Сирены. Свадьба, которой не было

Глава 8. А ты когда-нибудь подозревала, что принадлежишь совсем другому миру?

Я ожидала чего угодно, но только не вопроса про старый колодец.

- Другой мир? Ну придумывали мы всякое в детстве. Но это все детские фантазии.

- Фантазии?

Надин усмехнулась и спросила:

- Кстати, ты не могла бы сходить в уборную и принести стакан воды?

Идти я никуда не собиралась, но машинально перевела взгляд на то место, где должна была находиться небольшая деревянная дверь, которой я воспользовалась совсем недавно.

Должна была находиться. Но ее там больше не было!

- Что это? Как это? - пролепетала я, чувствуя, как недавно обретенная уверенность меня покидает.

- Я смотрю, Стася, ты вообще не отличаешься наблюдательностью. Вот плед, на котором ты сидишь. Откуда он взялся? Ведь его на кровати не было, когда ты встала. Может, я его в кармане принесла?

Это вряд ли, подумала я, украдкой оглядывая ладную спортивную фигуру Надин. Белое платье она, конечно сняла, но теперь щеголяла в еще более лаконичном наряде — зеленом топе, похожем на широкую полоску, и коротеньких шортиках того же цвета. В деталях этого наряда даже не было ни одного кармана, в котором Надин гипотетически могла бы протащить плед!

- Наблюдательность — не моя сильная сторона, - согласилась я. - Ну а что это такое? Дверь, плед… Надин, ты фокусница?

- Я не фокусница, Стася. Я — сирена. И ты, кстати, тоже.

Надин подняла ладонь в предостерегающем жесте, когда я открыла рот, чтобы выдать очередную серию вопросов.

- Будешь меня перебивать, охать и ахать — не стану рассказывать. Живи в неведении, пока не созреешь. А жить тебе, Анастасия, придется здесь, в этом даже не сомневайся. Ты не сбежишь, потому что в этом мире идти тебе некуда.

И я как-то сразу поверила в то, что Надин говорит всерьез. Затихла, пообещала себе молчать, что бы ни рассказывала моя собеседница, и обратилась в слух.

… Мир сирен, сказала Надин, так же реален, как мир, к которому привыкла я. Он населен разумными существами, которые учатся, работают, смеются, грустят, ссорятся и примиряются.

Вот только все жители Мэрджанга — так сирены называют свой мир — объединены одной великой целью. Что кардинально отличает их от жителей Земли, у которых нет не то что общей цели, а зачастую и хотя бы личной.

- Мы сохраняем баланс, - говорила Надин, и в ее голубых глазах плясали серебристые искорки. - Храним свой мир. И ваш. Без нас вы бы давно рассорились и уничтожили друг друга.

Мы похожи на людей и одновременно совсем другие. Любая сирена может изменить ход событий, просто повлияв на мысли какого-нибудь человека. Благодаря нашим силам преступления не совершаются, и потенциальные жертвы даже не знают, что избежали серьезной опасности.

Увы, мы не всесильны. Не в нашей власти предотвратить все ваши несчастья.

А теперь мы и сами нуждаемся в помощи. За Мэрджангом, кроме нас самих, присматривать некому. Сейчас нашему миру грозит большая опасность, и нам жизненно необходим тот, кто сможет эту опасность устранить.

Надин умолкла. Она смотрела в окно, задернутое плотными синими шторами, и как будто видела там что-то большее, чем красиво струящиеся куски дорогой ткани.

Я выждала для приличия пару минут и осторожно подала голос:

- Теперь можно говорить?

- Не больше трех вопросов, - предупредила Надин. - И пойдем. Тебе нужно поскорее привыкать к Мэрджангу.

- Почему я?

- Что ты знаешь о своем отце? - ответила Надин вопросом на вопрос.

- Ничего хорошего. Пил, не работал, мотал нервы мне и маме. Потом мама с ним развелась, и больше я его никогда не видела.

- А как он выглядел, помнишь?

- Обычно выглядел. Маленький, плюгавенький… Черноволосый, кареглазый, с крупным носом. По-моему, у него грузинские корни.

- И мама жгучая брюнетка. Невысокая. Мама похожа на цыганку, да?

Меня даже не удивило, что Надин так хорошо описала мамину внешность, и я просто молча кивнула.

- Стася, и как же ты получилась высокой, со светлыми волосами и голубыми глазами?

Надин печально улыбнулась и покачала головой. А я замерла, обдумывая ее вопрос. Отчего-то раньше он никогда не приходил мне в голову.

- Твой отец — он из нашего мира. Наш бывший лорд влюбился в земную красавицу Веру. Результатом этой любви стала ты. Но сирены не могли допустить, чтобы трон первой леди заняла человеческая женщина. И лорд Микаэль… исчез.

Исчез! Ага, так я и поверила. Поди заперли его в какой-нибудь сиреньей тюрьме или еще чего похуже…

Про отца я решила пока не спрашивать. Решила, что Надин вряд ли будет со мной откровенна. Но меня занимал еще и другой, немного глупый вопрос.

- Вы называете себя сиренами. Но это же только женщины? А как называются ваши мужчины?

- Это второй вопрос, - предупредила Надин. - Наши мужчины — сирины.

- Где Кирилл?

- Здесь. Думаю, вы еще увидитесь. Только он вряд ли тебя вспомнит.

Надин встала и на этот раз очень настойчиво потянула меня за руку.

- Но у меня еще очень много вопросов! Ответь хотя бы, смогу ли я когда-то вернуться в свой мир?

- Вопросы закончились, - отрезала Надин. - И вообще-то, ты уже в СВОЕМ мире. Мир людей для тебя чужой.

Я нехотя поднялась и вспомнила про свой сомнительный внешний вид. Может, Надин и привыкла рассекать полуголой, но мне, как учительнице, такое вообще не пристало!