Сирены. Свадьба, которой не было

Глава 40. Спасти соперницу

Такой юношеской бодрости я не чувствовала давно. Казалось, моей энергии хватит на то, чтобы за один день уладить все проблемы Мэрджанга, а потом еще отправиться на Землю и между делом спасти и земной мир.

Пританцовывая, я отправилась к Мурке, с опаской наблюдая за тем, как она продолжает выписывать танцевальные па — единорожица выглядела куда активнее меня. Но все-таки она выпила гораздо больше эликсира, вспомнила я, и пожалела о том, что не соблюдала четкой дозировки. Не хватало еще, чтобы Мурка выкинула меня из седла в порыве бешеной бодрости!

- Милая моя Мурка! Ты можешь пронести меня над Мэрджангом?

Единорожица весело заржала, закивала и зацокала копытами.

- Отлично! Только нести меня нужно медленно. Чтобы я успела все как следует разглядеть. Поняла?

Мурка нахмурилась — ну, конечно, насколько вообще могут хмуриться единороги. Предложение мое ей явно не понравилось. Полагаю, она предпочла бы нести меня со скоростью торпеды, и я надеялась, что ослушаться меня Мурка не могла, раз уж я была ее хозяйкой.

Я прыгнула в седло и удивилась тому, как ловко это у меня вышло. Может, эликсир влияет еще и на ловкость?

Уже имея опыт полета на единороге Толике, я была готова к столь небанальному способу транспортировки. Правда, Мурка вела себя не так предупредительно, как белый единорог Эдика Гарденса. Может, так действовал бодрящий эликсир. Или все-таки сказывалась небезупречная Муркина биография — как ни крути, она училась в классе для двоечников!

Как и Варвара. Как и мой отец лорд Микаэль. Интересно, могла бы я всех их перевоспитать, учитывая мой педагогический опыт?

Мурка проскакала по участку, как дикий мустанг, и резко взмыла в небо. По бокам от ее спины выросли темные, почти черные, глянцевые крылья. Не хуже, чем у Толика, с гордостью подумала я.

Я уверенно держалась в седле, приговаривая:

- Плавнее! Несем хозяйку аккуратно! Держим себя в руках… В смысле, держим себя в копытах!

Единорожица обернулась и проржала что-то недовольное. Не учи ученого, расшифровала я.

- Ладно, ладно, - я не была настроена на споры. - Давай сделаем круг над городом.

Мы забрались выше самых высоких мэрджанговских деревьев. Мурка двигалась рывками и по ее напряженной спине я чувствовала, что единорожица с удовольствием летела бы стрелой, если бы не мои указания.

Я смотрела вниз, изучая городские кварталы. Довольно быстро я сообразила, что Мэрджанг можно разделить на три условных района. Первый район — с шикарными особняками всех форм и размеров. Второй — с одинаковыми симпатичными домами, эдакое жилье для среднего класса. И третий район, самый мрачный — что-то вроде трущоб, где жили эсклавы. Как маяк, в самом центре города стоял институт-корабль.

Мое сердце сжалось — где-то в мэрджанговских трущобах жил и Кирилл. Пусть он поступил ужасно по отношению ко мне в нашем мире, но все равно не заслуживал такой участи.

Внизу я различала едва заметные фигурки сирен и сиринов. Над Мэрджангом потихоньку опускались сумерки, и я решила, что пора нам спуститься пониже, чтобы получше все разглядеть.

- Мурка, давай немного снизимся, - ласково попросила я.

И Мурка охотно стала снижаться. Все же доброе отношение иногда работает лучше всяких педагогических приемов!

Все было спокойно на улицах города. По широким тротуарам гуляли целые дружеские компании в ярких одеждах. Изредка попадались парочки. Я даже заметила одного сирина, толкающего перед собой детскую коляску.

Мурка плавно уносила меня все дальше от центра Мэрджанга. Гуляющих становилось меньше, пока мы не попали в совсем уж тихий квартал, где не было ни души.

Я уже хотела попросить Мурку отправиться домой, но тут мое внимание привлекла странная сцена. Две фигурки на тихой улочке ссорились.

Конфликт выглядел тревожным. Одна фигура, как мне показалось, мужская, хватала за руки другую, женскую, фигуру. Не дает ей уйти?

- Спустись еще ниже, Мурка!

Мы снизились так, что я могла прекрасно разглядеть яркие крыши одноэтажных домиков и разбитые на участках бассейны. А еще стали слышны вечерние звуки: громко щебетали птицы, где-то мычала корова, из центра города доносилась музыка.

- Отпусти! - услышала я женский голос. Знакомый голос.

Я присмотрелась к ссорящейся паре и узнала в девушке Карину. Ее объемная прическа была хорошо различима даже в полутьме.

- Кариночка! Мне совсем не хочется вас отпускать! - навязчивый кавалер говорил ласково, почти приторно, но во всем его облике чувствовалась угроза.

А еще этот сирин тоже показался мне знакомым. Где-то я уже видела эти широченные плечи и слышала эти интонации влюбленного кота…

Ну конечно! Это же сеньор Филипп! Тот самый развязный тип, который зазывал меня в ресторан после того, как я выступила на музыкальном турнире.

- Мура, бери чуть левее и спускайся во-о-о-он в те густые кусты, - я шептала в напряженное коричневое ушко, а единорожица внимательно меня слушала.

Мы опустились прямо в середину пышных зеленых зарослей, и я выпрыгнула из седла. Красиво и ловко — прямо как наездницы в фильмах. Стало даже немного жаль, что никто не видел меня в этот момент.

Поглаживая Муркину гриву, я размышляла, как лучше поступить. Вмешаться в конфликт? Было бы неплохо, но физическое преимущество явно не на моей стороне — даже вдвоем с Кариной мы не справились бы с могучим Филиппом.

Может, сделать вид, что я просто проходила мимо? Вдруг наглого развратника это спугнет?

И тут мне стало не до долгих размышлений. Потому что ситуация стала принимать уж совсем угрожающий оборот.

Из-за углов неподалеку стоявшего здания — это был магазин или что-то вроде того — с двух сторон вышли несколько сиринов. Пока они приближались к испуганной Карине и довольно ухмыляющемуся Филиппу, во мне теплилась робкая надежда, что сейчас эти сирины вступятся за Карину.

Но когда они одобрительно заулюлюкали, все мои надежды одномоментно рухнули.