Сирены. Свадьба, которой не было

Глава 44. Мой дом — не моя крепость

- И какой в этом смысл? - вяло поинтересовалась я. - Освободить Микаэля я все равно не смогу. Я пока неопытная колдунья.

Варвара свирепо хмыкнула.

- А хотя бы поговорить с родным папой не хочется? Ну, знаешь, Стася, я и подумать не могла, что ты такое бесчувственное бревно!

Я хотела ответить рассерженной фейке, что дело тут не в моей вопиющей бесчувственности. Что, при всем уважении, Микаэль Хаврошечкин — человек, которого я не видела ни разу в жизни, и мне сложно переживать за него, как за родного!

Но тут в моем мозгу щелкнули какие-то правильные рычажки, и я придумала, как мне действовать дальше. Теперь мне было удивительно, как я не додумалась до этого решения раньше.

- Ладно, - я говорила ровно, стараясь ничем не выдать своего эмоционального напряжения. - Отправимся к Микаэлю завтра вечером. А пока у меня для тебя есть задание. Точнее, два задания.

Варвара выслушала мои распоряжения, и на ее лице застыло недовольное выражение. Пререкаться она, правда, не стала — и на том спасибо!

Я написала два письма — бумага и ручка нашлись в прикроватной тумбочке моей обновленной спальни. Первое письмо было адресовано Карине. Пересилив себя, я напомнила Карине, как благородно спасла ее от нежелательного замужества. Пусть это и противоречило моим принципам — как говорится, делай добро и бросай его в воду — но игра стоила свеч. Я надеялась, что чувство долга не позволит Карине отказаться от моей просьбы.

Второе письмо предназначалось Эдику из чокнутого семейства Гарденсов. Тут я просто рассчитывала на его благородство и немножко — на то, что Эдик успел слегка в меня влюбиться.

Содержание обоих писем было примерно одинаковым. Я просила Карину и Эдика прибыть к моему дому на следующий день к пяти вечера, чтобы поучаствовать в операции по спасению моего отца. С утра мне нужно было посетить институтскую кухню, но я решила, что сделаю все, чтобы к пяти часам вернуться домой.

Сильно отличались в двух письмах только приветствие и прощание. Письмо к Эдику начиналось так: «Милый Эдик!», а заканчивалось словами: «С дружеским приветом, всегда твоя, Стася». Тон письма, адресованного Карине, был куда более сдержанным. Я долго думала, как к ней обратиться и в конце концов написала просто: «Карина!». Попрощалась и того суше: «С уважением, - закончила я письмо, - Анастасия Хаврошечкина».

Я подумывала, не отправить ли еще одно послание — для Алеся. Но в итоге решила, что это плохая идея. Юный сирин уже однажды меня подвел, а в деле спасения лорда Микаэля требовались на сто процентов надежные соратники. Всего на секунду я задумалась о письме для Эндрю, и отбросила эту мысль как абсурдную. Хотя при воспоминаниях о нем внутри меня разливался будоражащий холодок, я понимала — синеглазый красавчик заслуживает еще меньшего доверия, чем Алесь.

Варвара отправилась разносить письма, а я достала из тайника в кухонной тумбе синюю книжечку. За несколько часов до этого я завалила ценный сборник рецептов упаковками с крупами и решила, что вряд ли кому-то придет в голову так тщательно рыться в моих припасах. Зато мне самой пришлось потрудиться — я совсем забыла точное место тайника и дважды перелопатила содержимое тумбы, прежде чем отыскать мною же спрятанное.

Склонившись над записями, я быстро перелистывала страницы. Я точно знала, что видела этот рецепт и даже кое-что из него запомнила. Так, средство от нервов, средство для нервов, эликсир от повышенного аппетита, снадобье для прибавки трех размеров за одну секунду… Батюшки, а это-то зачем? Разве что сопернице или обидчице подсунуть…

Ага, вот оно!

В середине книжки автор оставил рецепт «всеоткрывающего бальзама». В описании значилось, что правильно приготовленный бальзам откроет любые двери, будь они закрыты хоть самой хитроумной магией в мире. Было только два «но». Первое — использовать уже готовое чудодейственное снадобье должны были обязательно трое — чистокровные сирены или полукровки, неважно. Собственно, по этой причине я и пригласила Эдика и Карину.

Второе важное «но» заключалось во времени — автор книги указал, что бальзам нужно готовить ровно в полночь и уложиться за одну минуту.

Пропустить нужное время я не боялась, потому что давно приметила встроенные в микроволновку электронные часы. А еще мне пришла в голову гениальная идея.

- Алиса! Дай знать, когда останется одна минута до полуночи!

- Хорошо, - ответил голос, который нравился мне все больше.

До времени приготовления бальзама, с помощью которого я планировала освободить Микаэля Хаврошечкина, оставалось еще больше часа. Поразмыслив пару минут, я стряхнула накатившую на меня вдруг нерешительность и направилась к тумбе. Извлекла из тайника коробочку с магическими специями, отложила в одну кучку те, что должны были понадобиться для всеоткрывающего бальзама. Не давая себе времени на размышления, в другую кучку сложила еще несколько пакетиков.

- Толченое сердце тритона, поцелуй рассвета, выжимка из утренней росы, - бормотала я, смешивая ингредиенты. Добавила лимон, апельсиновый сок и столовую ложку кофе — все согласно рецепту! - перелила полученную смесь в маленькую стеклянную бутылочку, плотно ее закрыла и спрятала в карман брюк.

Это был эликсир для возвращения памяти. Если верить автору, эликсир возвращал память в полном объеме независимо от тяжести магического воздействия и действовал на всех существ без разбору: сирен, полусирен, людей, феек и даже на животных. И еще на фурий. Кажется, про фурий я что-то слышала, но до сих пор не знала, кто они такие.

- Смотрю, ты все продумала, - прямо за моим плечом раздался вкрадчивый голос, который я сразу же узнала.

Я вцепилась в столешницу так, что побелели пальцы. Казалось, если я сохраню неподвижность, то все сложится так, как я задумала, а фигура за моим плечом растворится как ночной кошмар поутру.

Я услышала тихий смешок и скрип отодвигаемого стула.

- Можешь сколько угодно делать вид, что меня не существует. От этого я никуда не исчезну.