Скандальная любовь лорда

ГЛАВА 9

Девушки, покинув шумный зал, брели по коридору, ведущему на кухню.

— Главный сказал принести ещё стаканов в седьмой зал, — быстро выкрикнула Эви, обращаясь к распределителю, разглядывавшему девушек с подозрением.

Кто был этим главным и какой именно зал считался седьмым, не знала ни сама Эвелин, ни сбитый с толку распределитель. Однако, опасаясь гнева начальства, мужчина не стал останавливать девушек и отвлекать их от «поручения», а сам принялся лихорадочно прокручивать в голове, какие залы и номера видел за вечер и где именно мог находиться этот самый седьмой зал.

Эви крепко сжимала ладонь Софии и упрямо тянула девушку к чёрному выходу, удачно расположенному рядом с кухней и ведущему во внутренний двор. Кухня закрылась полчаса назад: для господ уже были приготовлены закуски, а всех девушек разослали к барам и гардеробным.

Эвелин надеялась, что за это время работники, повара и посудомойки уже успели разойтись, а внутри осталась лишь уборщица, дометающая полы.

— Мистер Браун — коричневый как рабочий пиджак… — задыхаясь, бормотала София. — Блу… Блюмент… нет, не он… Человек с птичьей фамилией… Фоукс… Фокс… а за ним гонится серый волк Вольф… а следом медведь, он же мистер Беар…

— София, перестань… Ты уже меня пугаешь, — прошептала Эвелин, остановившись в коридоре и осторожно заглянув за угол.

Но София не обращала внимания ни на людей вокруг, ни на слова Эвелин. Она сосредоточенно прокручивала в голове свой неловкий, сбивчивый стишок, боясь упустить хоть одно имя.

Наконец Эвелин удалось толкнуть бедром дверь, ведущую на улицу.

И хотя вины за своё присутствие здесь, как и за обман, она не чувствовала, после разговора за покерным столом ей до боли хотелось как можно скорее покинуть это заведение и оказаться в горячей ванне с лепестками роз.

Эвелин просто вытолкнула Софию за порог и, не отпуская руки журналистки, побежала к карете, уже ожидавшей их за углом. Район считался безопасным, но Эвелин не покидало гнетущее чувство тревоги, словно этот вечер не мог закончиться вот так спокойно.

Как только её тело коснулось кожаной обивки сиденья, Эви глубоко вдохнула.

— Неожиданно… — присвистнул Натан, разглядывая девушек. От ожидания он уже успел задремать и был разбужен громким хлопком двери и бессвязным бормотанием Софии.

— Да ну тебя… — махнула на него рукой Эвелин.

— Браун, Беар, Блюминг… — продолжала София, выуживая сумку из-за сиденья.

— Ну, ко многому я был готов, но, честно говоря, не к такому, — сказал Натан, протягивая девушкам плащи.

Карета тронулась, а София, которой не мешали ни тряска, ни разговор соучастников, раскрыла переносную чернильницу и принялась пером выводить фамилии. Она не обращала внимания ни на корявый почерк, ни на жирные кляксы, в которых уже успела вымочить чёрные перчатки своего сомнительного наряда.

— Что за бал Сатаны там был? — спросил Натан. Он начал разглядывать пол, приподнимать юбку Эви и приговаривать: — Ну где же? Где? Где же?

— Что? — спросила Эви, опуская руки к полу в поисках потерянного предмета.

— Как что? Ваши мётлы и здравый смысл! — воскликнул Натан. — Это хоть того стоило? Будет что детям рассказать?

Эви раздражённо пожала плечами.

— Высокородные снобы, собственники и повесы… — начала перечислять она, загибая пальцы.

— Банкир был? — уточнил Натан, с неожиданной серьёзностью заглядывая Эви в глаза.

— Нет…

— Ура! Я всё записала, всех запомнила! Это будет сенсация! Будет скандал! — выпалила София.

— Конечно, моя дорогая. Вы украли такие платья. Завтра вас будут искать. Маски снимете, — продолжал смеяться над ними Натан.

— Вы не понимаете! Это будет отличная статья. Мистер Волкер. В самом закрытом джентльменском клубе был мистер Волкер! — с нажимом произнесла София.

— Мистер Волкер, председатель профсоюза фабричных рабочих. Борец за свободу и права, — выпалила София. Она резко развернулась и схватила Эвелин за руку. — И он был там. Он пил за их счёт, ел трюфели и икру…

— Но это пока не преступление. Хотя и выглядит подозрительно… — пробормотала Эви, пытаясь вспомнить, видела ли она этого господина.

— Он принёс список самых активных протестующих и выложил его на стол перед владельцами фабрик. Их всех уволят… — София взмахнула руками. — Отошлют из столицы. Он должен был защищать их интересы! Там столько фабрик, столько фамилий…

Натан лишь присвистнул.

— Такая статья не выйдет, София, — сказала Эвелин, прямо глядя девушке в глаза. — Ни один редактор не пропустит подобный материал.

— Но, Эвелин?.. — София не могла поверить услышанному.

— Напиши об отвратительном обращении с женщинами. Напиши о деньгах, о бюджетах. Что там было? Икра?

Она на мгновение замолчала, словно прикидывая в уме последствия.

— Так будет даже лучше…

Эвелин уже успела снять маску, стереть помаду платком и перевязать волосы в аккуратный пучок. Она зевала, утешая себя мыслями о горячей ванне и мягчайшем одеяле.

Карета остановилась у дома Софии, а точнее, за квартал до нужного здания. Натан вышел первым и без лишних слов изъявил желание проводить Софию. Эви же осталась ждать его возвращения, чтобы наконец отправиться домой.

***

София вошла через чёрный ход. С самого детства она наблюдала за слугами и знала, как правильно поддеть ручку, чтобы дверь бесшумно поддалась. Она поднялась по лестнице для прислуги, проскользнула мимо кабинета, в котором отец порой засиживался допоздна, и скрылась в глубине дома.

Смыв помаду и краску с глаз, София переоделась в ночное платье и забралась под одеяло. Но сон не приходил. Слова складывались в предложения, в голове гремели кричащие заголовки, а воображение рисовало мальчишек, уличных разносчиков газет, бегущих по улицам с воплями о сенсации.

Люди выходили на протесты, поддерживая защитников своих прав и свобод. Богачи, владельцы фабрик, мрачные, придавленные общественным мнением, были вынуждены слушать рабочих, пока секретари поспешно записывали требования.