Скандальный развод с генералом драконов

4

В чернильной темноте стремительно кружились белоснежные мушки, напоминая быстротечность бытия. Казалось, ещё недавно я девчонкой ловила ртом снежинки, а сейчас лежала на льду и, не в силах пошевелиться, смотрела в черноту неба.

«Что произошло? – мелькали панические мысли. – Как я здесь оказалась? Неужели упала и сломала шейку бедра?»

Казалось, они принадлежали кому-то другому, потому что на сердце было спокойно. Я здесь, потому что время на земле завершилось, а на небо меня ещё не взяли. Где это «здесь», было не так уж и важно.

Я прожила хорошую жизнь. И пусть не всё сложилось так, как мечтала, ни о чём не жалела. Пусть первая любовь оказалась неудачной: меня угораздило влюбиться в Менделя Самуиловича, преподавателя института.

На то время я была студенткой первого курса и совсем не знала жизни. Иначе ни за что бы не вышла замуж за этого хитрого и изворотливого мужчину. Двадцать лет я пыталась поймать его на измене. А когда, наконец, застала с молодой любовницей, тут же стала вдовой.

Не по моей вине… К сожалению!

Менделю на то время стукнуло шестьдесят. По сердечку стукнуло, прямо во время измены. Люди говорили: и смех, и грех. А мне было совершенно невесело, поскольку после смерти мужа пришлось делить совместно нажитое имущество с шестью объявившимися внебрачными детьми. Мне же боженька ребёнка так и не дал.

На свою одну седьмую долю наследства взяла в аренду старый одноэтажный дом на окраине города и открыла ветлечебницу. Принимала мохнатых пациентов и лечила раненых бродячих животных, потому что никогда не могла пройти мимо безмолвного горя братьев наших меньших.

По этому поводу мы чаще всего ругались с первым мужем (не считая его тайных измен, которые я всегда чувствовала), а вот со вторым познакомились благодаря моему пристрастию.

Миша забрал из лечебницы в свой большой частный дом хромого пёсика, потом бесхвостого котика. Далее была черепашка, попугай… А как-то приехал на грузовике и перевёз к себе всех остальных, включая меня! Мы прожили душа в душу десять лет, пока жизнь мужа не забрала болезнь.

«Скоро мы встретимся, – глядя в небо, с улыбкой подумала я. – Надеюсь, ты соскучился по за тридцать лет по моему ворчанию!»

Вдруг в бесконечный холод ворвалось вибрирующее тепло. На грудь мне вскочила рыжая кошка и, громко урча, потёрлась узкой мордочкой о мой подбородок.

«Муська?»

Вот теперь я по-настоящему испугалась, ведь неделю назад я вытащила раненое животное из подвала, куда она приползла умирать, и отвезла в нашу ветклинику. Не отходила от пушистой красавицы, пока та не пошла на поправку.

Дочь Миши от первого брака, которая работала в нашей ветклинике вторым ветеринаром, выложила фото рыжульки в нашей группе, и кошечку должны были забрать в хорошую семью.

Почему же она здесь?

Неужели, Муська решила сопровождать меня в загробный мир?

А кошка всё тёрлась о моё лицо, и становилось всё теплее и светлее, пока из темноты не проступили огоньки горящих свечей и стены, обтянутые узорчатой тканью. А ещё тихий подрагивающий голос:

– Заулаир вантэйр…

«Пробудись, древняя кровь», – мелькнуло в мыслях.

Я с удивлением посмотрела на огромную кровать с тяжёлым бархатным балдахином и свисающей золотистой бахромой, на массивные канделябры, расставленные по углам

– Арум овиесс нейкс, – продолжал кто-то.

«Во имя звёзд и небес», – сам собой возник «перевод».

И я перевела взгляд на светловолосую женщину средних лет.

– Айел… – продолжала она.

«Связь».

Как вдруг поперхнулась и, выронив книгу, испуганно уставилась на меня.

– К-кто в-вы?..

Незнакомка была одета в сиреневое платье с пышной юбкой до пола, как в историческом фильме. Тонкая талия затянута в расшитый золотом корсет, изящные пальцы заметно дрожали, голубые глаза широко распахнулись.

– Баба Капа, – сорвалось с моих губ.

Я удивилась, что могу говорить, ведь думала, что умерла, и душа отделилась от тела. Возможно, я попала в загробный мир. Только непонятно, рай это или ад. Скорее первое. Рогов и хвоста у голубоглазой красавицы не было видно, а в ногах лежала старинная книга с пожелтевшими страницами. Может, там записаны имена усопших? Тогда стоило представиться как следует, как не как меня прозвали хозяева пушистых пациентов.

– Капитолина Никитична Ягова, – смущённо кашлянув, поспешно поправилась я. – Старший ветеринар ветлечебницы «Берлога». А как ваше имя, милый ангел?

Внезапно все огоньки разом шевельнулись, будто по комнате промчался ветер, и женщина гортанно вскрикнула. Упав на колени, она вцепилась в книгу и выпалила:

– Виийнар!

«Любовь», – мысленно перевела я.

Вмиг все свечи погасли, а меня затянуло в невидимую воронку. Закружилась голова, и я зажмурилась. А когда открыла глаза, то растерянно уставилась на книгу, которую блондинка только что читала вслух.