Сласти-страсти, или Личный кондитер стража

Глава 8

– Где? – я непонимающе хлопала глазами и пыталась вытянуть руку из почти железной хватки. Нет, ну вот о чем он? Но Морган продолжал прожигать взглядом мою руку.

– С руками что? – опять спросил таким тоном, будто я ему еду поставила грязными руками, с которых земля комьями сыплется. – Почему они такие красные?

– Стирка, уборка, – ответила, дергая рукой. – У нас другие средства для стирки. К вашему мылу я просто не привыкла.

Тяжелый вздох был мне ответом. И наконец-то Морган выпустил мою руку. Я тут же спрятала их за спину. Обидно стало. Странный такой, а чего он хотел? Я вчера целый день стирала-убирала, перчаток тут нет, а средства для уборки и стирки... Тоска-печаль, в общем. Крема для рук тоже нет. Ну и маникюр, конечно, тоже прощай. Ходить по салонам, если они тут есть, мне будет некогда и не на что.

– Ясно, – кивнул страж и полез в нагрудный карман легкой куртки. Не знаю, как это здесь называется. – Держи. Твои документы.

– Спасибо, – я осторожно вытянула из его пальцев сложенный лист бумаги. Развернула и быстро пробежала взглядом по странным символам, которые складывались в слова. Живу я теперь в королевстве Лахольм, город Лидс, на улице Лейт, дом сто восемьдесят. В документе также уточнялось, что я чужемирка. Надеюсь, эта бумага с гербовой печатью и кучей подписей поможет мне освоиться в новом мире. Все-таки официальный документ, обозначающий, что я не проходимка какая-то, а потеряшка.

– Господин Морган, кушайте, а то остынет, – напомнила о себе миссис Бернет. – Кушайте с удовольствием.

– Удовольствия от еды, – ответил Морган и взялся за ложку.

Я осторожно сложила документ и убрала в карман платья. Нужно его припрятать. Мало ли что можно сделать с ним. Выросшая в двадцать первом веке, я предпочитала не доверять свои документы и деньги другим. И тоже села на табуретку.

– Кушай с удовольствием, – буркнул Морган.

– Приятного аппетита, – пожелала я, нарочно игнорируя правильный ответ.

Осторожно попробовала первую ложку рагу. Вкусно! С каждой съеденной ложкой настроение поднималось. Руки заживут. Может, смогу зарабатывать столько, что найдется копеечка на местный крем. Всегда, во все времена и во все эпохи у женщин были косметические средства. И тут должны быть. Виденные на улицах леди явно же как-то ухаживают за собой.

– Ох, господин Морган, – миссис Бернет все внимание стража отвлекала на себя, – весна что-то задерживается. А вам приходится по такому холоду целыми днями патрулировать улицы. А правду говорят, что в питейных вам горячий грог наливают бесплатно?

– Нет, – удивленно ответил Морган. – Миссис Бернет, на службе нам вообще запрещено пить алкоголь. В питейные мы заходим только если нужно унять кого буйного или драку прекратить.

– А старик Томас доказывал, что наливают, – старушка поджала губы. – Вот старый прохвост. Наврал! Хотя вот бахвалился, что с Джеком выпивал. Ну якобы тот сказал, что приказ такой – стражам грог бесплатно наливать, чтобы грелись.

– Неправда, – вроде ровно ответил Морган, но я заметила, как прищурился и сжал челюсти. Кажется, старушка кого-то сдала нечаянно. Миссис Бернет все пыталась выпытать у стража всякие сплетни. Надеюсь, ей просто не хватает общения, а не сплетница по натуре.

– Завтра плюшки поставлю, – миссис Бернет сменила тему, когда не удалось выведать подробности скандала в доме через улицу. Похоже, в этом мире тоже люди подвержены страстям. Не то муж застал жену с любовником, не то наоборот. Но все вопросы Морган проигнорировал, сказав, что разглашать подробности происшествий не имеет права. – Присылайте кого с утра, чтобы с пылу с жару забрать.

– Благодарю, миссис Бернет, – улыбнулся Морган.

Удивительно, как его суровое лицо преображает улыбка, делая моложе. Не будь таким хмурым, был бы намного привлекательнее.

– Две плюшки медяк, – произнесла миссис Бернет. Вот хитрая старушка! Я уж подумала, что она стражей угощать будет. – У меня лучшие плюшки в Лидсе, господин Морган. Мне, старой, много и не надо. А вот Женя теперь у меня на шее. Девка молодая, кормить надо, одевать. Вот, капитан Браун навязал, а как кормить? Городские власти бы хоть медяк дали.

– Городские власти выделили золотой, – Морган снова полез в карман и вытащил золотую монету с чеканкой. Положил на стол.

– Ох, Жене очень пригодится, а то ни одежды, ни обуви, – воскликнула старушка с редкой прытью хватая монету и быстро пряча в карман. При этом ее глаза так блеснули, что мне показалось – не видать мне ни медяка с той монеты.

– Женя, ставь чайник, – прикрикнула она на меня. – Господин страж уже доел рагу. Наливай нам горячего отвару. Да господину стражу на службу пора.

Вдохнув, поднялась с табуретки. Вместо чая здесь пили ягодно-травяной сбор. Немного непривычно, но довольно вкусно и ароматно. Налив три кружки, поставила их на стол.

– Эх, конфет нет, – произнесла старушка с намеком, сверкнув взглядом на Моргана. – В лавку идти далеко, а мои старые ноги не ходят по льду. Туда идти-то, считай, квартала три? А то и больше. Затянулась зима, затянулась. Да кого там принесло? – она резко повернулась на стук в дверь. – Опять пьяница Томас дома поди перепутал. Если он, скажу, что тут его стражи поджидают, – и побрела к двери.

Удивительно дело, но Морган, проследив за ней взглядом, вновь полез в карман и вытащил небольшой мешочек.