Следующая станция — любовь

Глава 9

Выяснив, как меня зовут, и добившись обещания, что хотя бы один обед за это путешествие я проведу в их компании, Максимы отчалили. Подошла их очередь и, получив программки, они заняли свой столик.

Без них стало одиноко. Пускай оба в первые три секунды нашего содержательного разговора показались мне дурачками, они были смешными дурачками. А теперь пришлось развлекать себя собственными мыслями. Которые становились тем тревожнее, чем ближе подходила моя очередь.

Наконец, все сидели за столами, а стояли лишь мы с Федей.

Сведя руки за спиной, я сжала кулаки, чтобы хоть немного сбросить напряжение. А потом улыбнулась.

Ффух, ну и задачка! Особенно когда тебе в ответ не улыбаются…

Он не улыбнулся мне!

Уголки губ резко опустились. Он мало того, что не ответил на мой располагающий вид, так вообще отвел глаза, когда я попыталась перехватить его взгляд.

– Так… Вот… Держите…

Федя-Федечка-Федот протянул мне бумажку, вогкую от его потных ладоней. Я могла брезговать, но противно не было. Потому, вместо того, чтобы скривиться, я сказала:

– Жарко тебе, да? Свитер, наверное, из викуний.

Я все еще тянула улыбку, хотя сил на это совсем не было. Не зря – Федя посмотрел на меня.

Его синие глаза снова были круглыми, как пять рублей. Я задумалась: может, это их обыденное состояние? А удивляясь Федя, наоборот, прищуривается?

– Вы что-то еще хотели уточнить? – спросил он в ответ на мой радушный взгляд.

Прикалывается, да?

– Варежку не находил? – спросила я, улыбаясь теперь искренне.

Федя сделался совсем расстроенным и сказал:

– Нет.

Да что же такое! Что я делаю не так? Или просто он глупый, шуток не понимает? В любом случае, останавливаться поздно.

– Розовую такую… – продолжала я, наблюдая за Федей.

Он поджимал губы и качал головой. Тогда я бросила козырь:

– Из викуний!

Секунду длилась тишина. И следующую тоже. И послеследующую.

Наверное, я покраснела – все это было ужасно неловко.

– Не понимаю, о чем вы, – сказал Федя.

Тогда до меня наконец-то дошло: он меня не вспомнил.

Ошеломленная этим осознанием, я резко развернулась и помчала к своему столу. Тут же, правда, пришлось снова развернуться и прошагать чуть назад – я выронила листок. Фу ты, как по-дурацки получилось!

Все, абсолютно все, начиная с площади у вокзала, получалось по-дурацки!

Я думала расслабиться в этом путешествии. Но в итоге с этим Федотом напряглась так, что голова разболелась… Или это от голода? Надеюсь, от второго, иначе несдобровать первому!

Чтобы хоть немного самоутвердиться, я сильно топала. Но этого никто не заметил, ведь подали ужин.

Наконец, я поняла, что так прекрасно пахло – печеная утка. С тушеными овощами, специями и ломтями хлеба, который подавали отдельно на маленькой тарелочке.

Так как мой стол был последним, я едва не захлебнулась слюнями, дожидаясь, когда очередь дойдет до меня. Как только это произошло, я накинулась на еду, точно привокзальная собака. Впрочем, таких я не видела уже давно. Хотя всего-то полчаса назад смотрела в зеркало.

– Приятного аппетита! – во всеуслышание пожелал Федя.

Ему ответила нестройный хор, в котором были голоса всех присутствующих, кроме моего.

Еще чего! Он меня не помнит – значит, и я его забуду!.. Если получится.

Я старалась над этим аж полминуты. Смотрела в тарелку и сосредоточенно жевала. Но забвение все не приходило. Тогда я решила посмотреть на Федю. Вдруг, когда гляну на него, пойму, что забыла абсолютно все черты его лица? И глаза-озера, и щетину, такую светлую, что ее лишь вблизи разглядишь, и прядь у лица, которая выбилась из общей массы гладких, светлых волосы, и брови, уж слишком аккуратные, как для мужчины, но довольно широкие…

Так, кажется, план провален. Но я все равно проверю.

Утерев рот, я отложила вилку и, не поднимая головы, осмотрелась, словно шпион. Кажется, никто не подглядывал. Даже оба Максима. Тогда я подняла взгляд на Федю и поняла, что не забыла его.

Досадно. Однако, порадовало то, что едва я взглянула на Федю, он уронил вилку. Ха! Может, в приметы Федя и не верил, но недруг, которого предвещает упавшая вилка, у него появился.

В моем лице.