Следующая станция — любовь

Глава 10

Из столовой я уходила одной из последних. Нет, не потому, что надеялась остаться с Федей наедине… Ну, может, и поэтому. Но по большей части задержалась я из-за утки. Она была такой вкусной, что хотелось растянуть удовольствие. Так что я еле отвела руки от лица, которые подняла с намерением облизать пальцы.

Федя ушел одним из первых. Его пытались задержать пенсионеры и строгая дама, которая за все время, что была здесь, ни разу не улыбнулась. Но он быстро ответил на их вопросы, а затем убежал.

Мне уже и досадно не было. От усталости, наверное. А вот завтра с утра, с новыми силами, я снова пожалею, что исполняю свою мечту. И все из-за какого-то Феди!

Даже дурацкие разговоры Максимов больше не поднимали настроение. Они говорили так громко, что я слышала почти каждое слово. Тем не менее в беседу не включилась. Закончив с уткой, и даже с подливкой от утки, я встала и вышла из столовой.

Сытая, согретая, я хотела тут же лечь спать. Все-таки завтра тяжелый день… Или нет? Откуда мне знать – я ведь принципиально не слушала Федю. Впрочем, подумав логически, я поняла, что весь завтрашний день пройдет в дороге. Все-таки расстояние не близкое.

Но лечь спать пораньше мне не дали. Едва я зашла в купейный вагон, как одна из дверей с шумом отъехала. В проеме показалась голова одной из подружек. Вблизи она показалась мне еще младше. Наверное, когда умоется – младенцем станет.

– Наконец-то! – взвизгнула она. – Вот и ты!

Прежде, чем я успела воспротивиться или хотя бы поздороваться, девушка втянула меня в купе.

Я едва не споткнулась, но все же выстояла. А когда выровнялась, услышала, как за мной захлопнулась дверь.

– У нас тут продолжение банкета!

– Надеюсь, ты не против!

– Вареные яички, огурчики…

– Только стульчика приставного нет… Ладно, уговорила, уступлю тебе свое место!

Я не понимала, кому какая реплика принадлежала. Голоса обоих девочек звучали одинаково. Причем на таких высоких частотах, что разбирать, кто что сказал, было опасно для барабанных перепонок.

Меня усадили справа от стола, затем всучили в одну руку бутерброд с сыром и колбасой, а во вторую – огурец. Я не успела сказать, что не голодна. Впрочем, вряд ли ко мне бы прислушались.

Одна девочка села напротив меня, вторая – слева. Каждый раз, когда она тянулась к столу, я отодвигалась, а она, тоже каждый раз, говорила:

– Да не дергайся, я дотягиваюсь.

Не помню, как откусила огурец, но вдруг поймала себя на том, что жую его.

– Ну, рассказывай! – с широкой улыбкой сказала девочка, которая сидела напротив.

Меня затянули сюда насильно. Усадили насильно. И огурец всучили насильно. Но я вдруг поняла, что, в общем, не против провести с девочками немного времени. Не знаю, может, дело было в ярком свете этого купе, но я перехотела спать. Огурец, кстати, вкусный…

Девочки смотрели на меня так, словно я заинтриговала их какой-то интересной историей. Разочаровывать не хотелось, но все же сперва стоило спросить:

– Вы хоть скажите, как вас зовут.

Девочки шире заулыбались – хотя, казалось, куда уж! А затем сказали:

– Маша.

– Даша.

Ну, конечно! Как еще могут звать двух подружек. Хорошо хоть не Маша и Маша или Даша и Даша. А то знаем мы таких…

– А меня… – начала я.

Но Даша перебила:

– Мы знаем!

Я нахмурилась. Если доселе эти девочки вызывали у меня лишь умиление, как щенки или котята, то теперь я напряглась. Может, услышали, как я представлялась Максимам?.. Да нет же, они к нам не прислушивались.

– Откуда? – спросила я.

Девочки, если и растерялись, то лишь на мгновение. А потом заговорила Маша:

– А на двери висел список всех участников “Байкальской сказки”, которые в нашем вагоне!

– Правда? – удивилась я. – Не заметила.

– Так мы его забрали! – хохотнула Даша. – Чтобы всех по именам выучить!

Затем она снова хохотнула, но теперь на пару с Дашей.

Странно, конечно… Мне казалось, они зашли в вагон после меня. Впрочем, с чего бы им врать? Это такая мелочь, что ложь о ней просто бесполезна.

В задумчивости я откусила еще немного огурца и принялась медленно жевать. Жир с колбасы уже едва не тек по пальцам, так что я отложила бутерброд.

– Почему вы меня сюда затащили? – спросила я, решив за раз выпытать ответы на все интересующие меня вопросы.

– Ты просто такая грустная сидела в столовой, – сказала Маша, чуть выпятив нижнюю губу.

– И мы решили, что тебе одиноко, – вторила ей Даша, только она не выпячивала губу, а округляла глаза.

– Значит, нужно тебя развеселить!

Глупые, наивные, детские рассуждения. Я не верила, что эти девочки настолько недалеки. Но злиться на них не хотелось. А может, я правда такой грустной выглядела?

– Так ты расскажешь? – едва не с возмущением спросила Даша.

– Что расскажу?

– Кто тебе тут приглянулся! – сказала Маша.

Она так удивилась, словно я сразу должна была догадаться, о чем пойдет речь.

Впрочем, о чем еще могли говорить такие девочки, как не о мальчиках? Эту породу я знала. Сейчас начнется. Весь вечер будем обсуждать тех, кого видели в купе. А потом тех, кого знает лишь Маша и Даша, потом тех, кого знаю лишь я…

Разговоры про отношения вроде интересовали меня, но после я всегда чувствовала себя опустошенной. Последние мои похождения закончились еще в школе. Так что рассказывать не о чем. Я была не прочь послушать истории девочек – но когда они снова спросят меня, я не смогу их развлечь. Грустно улыбнусь, пожму плечами, а потом скажу, что у меня так давно не было отношений, что я уж не помню, что это такое. Девочки посмеются, но не очень громко. Потом продолжат разговаривать про себя. А я, хотя буду выглядеть довольной и даже отчасти чувствовать себя такой – после полночи буду сокрушаться, что в моей жизни совсем нет романтики.

Можно было встать и уйти – не допустить, чтобы все это случилось. Но я не стала. Не так уж все это страшно. Немного посвербит на душе, но на этом все. Да и девочки вроде хорошие. Отчасти они правы: мне тут немного одиноко. Так что неплохо будет подружиться с ними на эту недельку.