Следующая станция — любовь

Глава 12

Я размышляла над Федиными словами все время, что собиралась на обед. Обидно не было – я просто озадачилась. Он явно имел в виду нечто большее, но я никак не могла понять, что именно.

А впрочем, я могла все это себе надумывать. Наверняка, это у них тут такие инструкции для комфортной работы: не влюбляться в пассажиров. Я просто не могла иначе объяснить, почему после того, как он сам поначалу не хотел уходить от меня на площади на вокзале, теперь я для него словно не существовала.

Обнимая себя, и глядя исключительно под ноги, я прошла от своего купе до столовой. Интересно, что в поезде есть еще, кроме этих двух мест? Надо будет исследовать его – вдруг тут куча всяких удобств, о которых меня не предупредили? Будет обидно терять время на мысли о Феде, пока в поезде простаивает, например, джакузи.

Коридором мне никто не встретился. Я думала, это хорошо – общаться не хотелось. Однако, когда я заметила, какой оживленный гвалт стоит в столовой – сердце неприятно екнуло. Все с кем-то – лишь я одна.

Долго грустить не вышло. Едва я подняла глаза, мой взгляд перехватила бабуля-пенсионерка. Она сидели за тем же столом, что и вчера. Только теперь с дедом по одну сторону стола. А судя по тому, что бабуля призывно махала мне – вторую сторону они освободили для меня.

Даже компания пенсионеров звучала лучше, чем одиночество. Не думала, что в этом путешествии меня так накроет… Это все Федя виноват! Ха! Вот и нашли крайнего!

Ещё сильнее обидевшись на Федю, а вместе с ним на всех мужчин, я поплелась к пенсионерам.

Кроме нас здесь почти никого не было. Лишь очень грустный мужчина шарпей. Ну и где Федечка? Неужели, бросил свои служебные обязанности, только бы не видеться со мной?.. Ладно, хватит мечтать о том, что он так много обо мне думает.

– Добрый день! – сказал дедуля неожиданно бодрым голосом.

Захотелось поправить его – не «день», а «утро». Но потом я вспомнил, почему моя голова так неприятно гудит.

– Добрый, – кивнула я.

Кажется, получилось слишком скорбно – потому как бабуля чуть склонилась и спросила доверительным шепотом:

– Плохо тебя тут, да?

Я уже хотела грустно кивнуть, пожаловаться на погоду, и тогда, я уверена, разговор бы завязался. Погоду все всегда ругают, даже если она хорошая.

Но бабуля вдруг выдала:

– Совсем одиноко, да?

Я думала, что мне послышалось. Хотела хихикнуть и заговорить о чем-то другом. Но мне слово не дали.

– Знаешь, как мы с дедом познакомились?

Кажется, меня позвали не для разговора, а для исповеди. Что же, делать все равно нечего. Сейчас послушаю, а после не стану больше к ним подсаживаться.

Кивнув, я подперла щеку кулаком и стала наблюдать за тем, как официант суетится, разнося наш обед.

– Я тогда отправилась в поездку… Куда? Дед, ты помнишь?

Дед вообще слабо понимал, о чем речь. Смотрел на бабулю, подперев кулаком щеку, и улыбался. Я бы подумала, что он показушничает, если бы не знала, какие пенсионеры сентиментальные. Моя бабушка могла расплакаться из-за грустного видео с котиком. Впрочем, я тоже.

– Ой, толку от этого старого!

Бабуля махнула рукой на деда. Я улыбнулась, причем даже не вымученно.

– Я ехала, наверное, в горы! – воскликнула бабуля, а потом добавила шепотом: – Мы очень любим горы…

– Не мы, а ты, – вмешался дед.

Бабуля пихнула его локтем, и тот стал по-прежнему завороженно на нее смотреть.

– Да, мы каждый год зимой ездим в горы. Только в этот раз решили немного изменить маршрут…

– С чего бы вдруг? – сказал дедуля, словно бы не нам.

Улыбнувшись, я снова наблюдала, как супруга преклонного возраста избивает такого же супруга. Верно, поехали она сюда, потому что бабуля так захотела. С чего бы еще им менять маршрут?

Это было очевидно, так что переспрашивать я не стала. Тем временем бабуля продолжала:

– Я в ту поездку сама поехала. Была совсем одна, как ты сейчас.

Последнюю фразу бабуля произнесла, глядя прямо мне в глаза. Причем пристально, без улыбки. Моя собственная улыбка померкла, но я тут же ее вернула.

Это бабуля так забавлялась!

Однако, ее жуткое выражение лица не сходило. Она и говорить продолжила с ним:

– Как хорошо, что это был последний такой раз.

Клянусь, до того, как я оказалась в этом поезде, мне правда казалось, что ехать куда-то одной не так уж плохо! Однако, чем дольше я тут находилась, тем сквернее становилось на душе. Бабуля говорила про одиночество так, словно это болезнь. Может, от него плохо – но что с этим сделаешь? Универсальное лекарство еще не придумали. Наверное, и не нужно, чтобы оно существовало – а то совсем скучно стало бы на свете.

– Мы прямо в поезде познакомились, – неожиданно вмешался дед.

Оба теперь смотрели на меня по-обыкновенному. Да и тон их голосов был таким дружелюбным, что я засомневалась: может, бабулин наезд мне лишь привиделся?

– Да, я помню, – сказала бабуля мечтательно, словно решила, что дед это ей говорил, а не мне. – На тебе тогда зеленые штаны были.

– А я не на тряпки смотрел, а на тебя.

На месте бабули я бы обиделась за “тряпки”. И сейчас она была ухоженной, так что вряд ли в молодости носила плохую одежду.

Но, конечно, самой бабуле это обидным не показалось. Она чмокнула деда в щеку, а потом повернулась ко мне и сказала:

– Так что ты присмотрись. Может, тут уже есть тот, кто тебе нужен.

Наверное, бабуля и дедуля еще полдня рассказывали бы мне, как они рады быть друг у друга. И что мне стоит поторопиться, если не хочу умереть в одиночестве. Но, к счастью (это я по началу так думала), рядом с нами вдруг что-то загромыхало.

Я вскрикнула и вдавилась в стену. Резкой волной страх обдал все мои органы чувств. Глаза зажмурились, нос уловил запах катастрофы, уши заложило, на языке появился привкус металла. А прижатыми к руками груди я ощутила, как быстро заколотилось сердце.