Слепой прыжок Кэллоу

Глава I: Сигнал из мерзлоты

Ледяная пыль на планете Криос-4 въедалась в сочленения скафандра со звуком, похожим на скрежет зубов. Температура за бортом упала до минус ста двадцати, и старый исследовательский бот Марка Кэллоу, «Скиталец», жалобно поскрипывал обшивкой, припав к замерзшему плато.

Марк выругался про себя, когда гидравлический бур в очередной раз наткнулся на породу, которую сканеры не могли распознать. Он был археологом, но последние пять лет его работа больше напоминала мародерство. Долги перед синдикатом нависли над ним, как смертный приговор, и этот вылет на окраину галактики был его последним шансом.

Вдруг экран портативного датчика моргнул. Частота прыгнула вверх, выдавая чистый, ритмичный сигнал. Это не был шум недр или эхо тектонических сдвигов. Это была логика.

Перед Марком, среди расколотых ледяных глыб, показался край идеально ровной, антрацитово-черной плиты. На её поверхности не было ни инея, ни царапин. Металл Предтеч. Материал, который человечество научилось использовать, но так и не смогло понять.

— Ну давай, старик, покажи, ради чего я здесь замерзаю, — прошептал Марк, очищая термо-щеткой скрытый в скале проход.

Плита бесшумно ушла вниз, открывая зев узкого коридора, уходящего вертикально вглубь планеты. Внутри не было темноты — стены светились тусклым, едва заметным фосфорическим светом, реагируя на присутствие живого существа. Марк двинулся вперед, и с каждым шагом датчики его скафандра сходили с ума от электромагнитного излучения.

В конце коридора его ждал зал. Посреди него, на парящем постаменте, неподвижно завис полуметровый граненый монолит. Он казался жидким и твердым одновременно, переливаясь ртутными каплями.

Марк подошел ближе. По правилам безопасности Института, следовало вызвать исследовательскую группу. Но Институту было плевать на Марка, а коллекторы из синдиката не стали бы ждать. Он протянул руку в тяжелой перчатке скафандра к артефакту.

Как только пальцы оказались в сантиметре от металла, монолит вспыхнул.

Это не был взрыв. Это была ослепительная вспышка белого света, которая прошла сквозь перчатку, сквозь плоть и кости. Марк закричал, но звука не услышал. Его левую ладонь обожгло невыносимым, первобытным жаром. Металл монолита буквально впитался в его кожу, оставляя на руке ветвящийся, светящийся синевой узор из микросхем.

В ту же секунду его сознание затопило трехмерное изображение. Прямо перед глазами, поверх шлема, развернулась гигантская звездная карта. Миллиарды точек пульсировали, выстраиваясь в сложную, постоянно меняющуюся трехмерную линию. Конечная точка вела в неизвестный, пустой сектор космоса. Карта двигалась и перестраивалась синхронно с движением его зрачков.

Марк упал на колени, тяжело дыша и сжимая обожженную руку. На приборной панели шлема загорелся красный индикатор — радар «Скитальца» на поверхности зафиксировал мощную аномалию.

Динамик в шлеме ожил, пробиваясь сквозь статические помехи:

— Внимание... Зафиксирован... выход из гиперпространства... — бортовой компьютер говорил монотонно, но Марка обдало ледяным потом. — Боевой крейсер класса „Коршун“. Принадлежность: Корпорация „Авангард“. Орудийные системы активны. Наведение на наш сектор.

Они засекли вспышку монолита. У Марка было меньше трех минут до того, как орбитальная бомбардировка превратит этот бункер в пыль вместе с ним.

Марк рванулся назад по коридору, едва не задевая плечами светящиеся стены. Левая рука горела так, словно под кожу залили расплавленное олово. Синеватые линии узора на ладони пульсировали в такт его бешено бьющемуся сердцу, а прямо перед глазами, перекрывая обзор, безумно кружились созвездия и навигационные маркеры древней карты.

— Скройся! Исчезни! — прохрипел Марк, зажмурившись.

Карта мгновенно свернулась в крошечную светящуюся точку в правом углу его зрения, повинуясь мысленной команде.

Он выскочил из бункера прямо в объятия ледяного урагана. Видимость упала почти до нуля. В черном небе Криоса-4, разрывая плотные облака, зажглись три яркие точки. Это были не звезды. Это были десантные капсулы «Авангарда», летящие к плато на тормозных двигателях. Корпорация не собиралась вести переговоры — им нужен был артефакт, и они знали точные координаты.

Марк добежал до «Скитальца», прыгнул на обледенелый аппарель шлюза и буквально ввалился внутрь корабля. Задраив люк, он сорвал с себя шлем и рухнул в кресло пилота.

— Запуск систем! Прогрев маневровых! — крикнул он в пустоту кабины.

— Запуск невозможен. Температура левого двигателя ниже критической отметки, — бесстрастно отозвался бортовой компьютер.

— Обход протокола! Жги напрямую из реактора, нам хана, если мы не взлетим сейчас! — Марк ударил здоровой правой рукой по панели управления. Левая рука его почти не слушалась, пальцы судорожно подергивались.

Снаружи раздался оглушительный грохот. Земля вздрогнула. Первая десантная капсула рухнула всего в двухстах метрах от «Скитальца». Экран внешнего обзора зафиксировал, как из нее начали выходить тяжелые штурмовые дроны корпорации, их красные визоры сканировали метель. Один из дронов мгновенно засек тепловой след корабля и вскинул тяжелое плазменное орудие.

Раздался страшный удар. Левый борт «Скитальца» содрогнулся, датчики давления взвыли, сигнализируя о разгерметизации грузового отсека.

— Двигатели запущены, — доложил компьютер.

Марк рванул штурвал на себя. Корабль, тяжело преодолевая притяжение ледяной планеты и сопротивление бури, оторвался от земли. В ту же секунду место, где он только что стоял, накрыло залпом из тяжелых орудий высадившегося десанта. Лед превратился в пар.

«Скиталец» свечой уходил в серое небо, но радары уже вовсю пищали: на орбите их ждал боевой крейсер «Коршун».

— Внимание, зафиксирован захват цели орбитальными турелями, — произнес компьютер.

Экран лобового стекла побелел от лазерных лучей, наводящихся на маленький бот Марка. Корпоративный крейсер висел в космической пустоте прямо по курсу взлета, как стальной левиафан. Марк понимал, что один залп главного калибра «Коршуна» испарит его старый корабль вместе с обшивкой. Гипердвигатель требовал тридцать секунд на расчет прыжка, которых у него не было.