Служебный роман для богини любви

Глава тридцать шестая

Рене стоял над картой белый, как снег, и водил ладонями по облакам тьмы, словно пытаясь разогнать их. Облака набрасывались на его руки, вгрызались в кожу и отпускали, разлетаясь в стороны. Он смотрел опустевшим взглядом, тяжело дышал.

- Что там?

- Ответ вам не понравится, - покачал головой мужчина. – Сильно не понравится.

- Скажи, а мы сами решим.

Он набрал тьму в пригоршню и подул на туман, который держал в руках. Тот поднялся в воздух на несколько секунд, чтобы потом осесть обратно на карту и обосноваться в тех же местах. Вспыхнула еще одна светлая точка, но её было недостаточно, чтобы победить мрак, стремительно наползающий на мир.

- Истинным не просто так даровалось бессмертие. Да, они руководят этим миром. Но и мир руководит ими. Самоуправство невозможно. Их крепко держат данные обещания. Обязательства, которые невозможно нарушить. В том и прелесть, - прошептал Рене. – Мир позаботился о себе и сделал так, чтобы бессмертные теряли годы, старели и лишались своих сил, если будут нарушать негласные правила и отступать от своего истинного предназначения в пользу корысти.

- Но?..

Мой вопрос так и повис, невысказанный, в воздухе. Рене ухмыльнулся. Ответ был ему известен.

- Матильда давно уже не живет жизнь праведницы. Она не просто так регулярно приглашает к себе мужчин. Она подпитывается их временем, об этом все знают. Очевидно, это не единственная тьма, которую творит Матильда для того, чтобы оставаться на коне.

Мы с Себастьяном переглянулись. Он встал совсем близко ко мне и опустил руки на плечи, пытаясь передать собственную уверенность. Я тяжело дышала, чувствуя себя так, словно меня пригвоздило к полу. Я и прежде подозревала, что тут не все чисто, но от того, что говорил Рене, волосы на голове дыбом вставали.

- Матильде нравится делать все, что ей в голову взбредет. Она… Безумно привлекательна, но при этом порочна. Это, знаете ли, притягивает.

- Это притянуло тебя? – спросил Себастьян.

- Не всем влюбляться в хороших девушек, - Рене скосил взгляд на меня. – Но да ладно… Забыли об этом. Есть и куда более серьезная проблема.

- Какая?

Он хохотнул.

- Тьмы стало не хватать. Она идет на сделку с совестью и с магией, раздает обещания, а потом восполняет их… вот так. Стрелы, которые летят не туда. Преступления. Случайные смерти, которые я почему-то не смог определить до этого, когда занимался аналитикой. События, не имеющие ни причин, ни объяснения. Все это – случайное зло, которое отвлекает мир от Матильды и дарует ей новые годы жизни. Вот только мир не вечен. У него тоже есть предел прочности…

Рене опустил голову, зажмурился. В какую-то секунду мне даже показалось, что он плачет.

- Почему я не замечал этого раньше? – прошептал он. – Почему никогда ничего не делал? Я же мог! Мог каким-то образом её остановить…

- Рене, не стоит… - я осторожно коснулась его руки. – Ты ни в чем не виноват. Да, влюбился. Но не всегда везет любить хороших. Ты же это понимаешь.

- О да. Как никто другой.

Я порывисто обняла его, и Рене сгреб меня в охапку. Он мог еще много чего говорить – о том, что прежняя Эдита была инструментом в руках Матильды, что я сама просто попала под раздачу и зря попыталась все восстановить, только навлекла дополнительную дозу негатива на свою голову, - но на самом деле никакие слова уже не имели значения.

Мы и так все прекрасно понимали.

Рене отступил от меня, разжимая руки. Выглядел он очень решительно. В синих глазах светилось что-то такое, чего я не замечала прежде.

Сейчас я бы совершенно не хотела оказаться его противницей.

- Нужно уходить. Себастьян, я видел там снаружи повозку – улетите на ней. Вдвоем. Я останусь. Мне Матильда ничего не сделает. Она испугается.

- Мы не можем тебя оставить, - запротестовала было я, но Рене, кажется, плевать хотел на чужое мнение.

- Можете, - хмыкнул он. – И быстрее. Уходим отсюда. Надо закрыть лабораторию.

Он буквально вытолкал нас с Себастьяном за дверь и захлопнул её. Сам подобрал знак любви и вложил его в мою руку, еще обжигающе-горячий.

- Береги это. Мало ли, может, еще где-то пригодится.

Я напряженно кивнула. Рене же направился к выходу из лаборатории, жестом увлекая нас за собой. И хотя больше всего на свете мне сейчас хотелось упасть, обхватить колени руками и тихо плакать, подчиняясь своему страху, я последовала за ним. Не то сейчас время, когда можно делать глупости.

- Все будет хорошо, - решительно заявил Рене. – Верьте мне. И быстрее.

…Он побежал по ступенькам вниз первым, словно подавая таким образом пример.

Мы вылетели на крыльцо дома – и сразу же поняли, что опоздали.

Вокруг вспыхивали золотистые круги. В разные стороны разлеталась колдовская пыль. Из воздуха появлялись силуэты.

И в самом центре стояла Матильда.

Я никогда прежде не видела Истинных, но представляла себе их куда более величественными. Это ведь боги! Они отвечали за этот мир.