Смерть Луны (не)признанная драконом.

Глава 12

На некоторое время меня оставили одну, предоставив долгожданную передышку.

Я понимала, что это ненадолго. Мне дали лишь небольшую отсрочку на то, чтобы осмыслить всё, что обрушилось на меня.

Эта маленькая пауза стала даром, который был отвоёван двумя на удивление решительными девушками у их мужчин-драконов, когда они увидели, что мне совсем плохо, и я никак не желаю принимать действительность.

К моему счастью, а может, и наоборот, сознание я не потеряла, слушая скорее оправдания, нежели объяснения этой голубоглазой целительницы, что каким-то образом может удерживать жизнь, а в моём случае ещё и менять местами.

Закрыв лицо дрожащими руками, я стала всматриваться сквозь едва ощутимую красно-розовую завесу, вдыхая аромат, напоминающий дым. Сердце колотилось всё быстрее, и я вновь чувствовала панику.

Резко оторвав ладони от лица, я вытянула их вперёд.

Маленькие, худые, с длинными пальчиками кисти переходили в изящные запястья. Я аккуратно дотронулась до плеча, а затем коснулась ключицы, обрисовывая тонкие косточки, обтянутые нежной кожей, создавая утончённую линию шеи. Мой взгляд скользнул на ступни, которые выглядывали из-под длинной сорочки, — небольшие, с такими же длинными пальцами, как у рук. Теперь я провела ладонью по бедру, затем впалой талии и снова коснулась лица. Его я запомнила хорошо, хотя и смотрела на отражение совсем недолго: огромные глаза, серые, как тучи перед бурей, словно провалились в тень, маленький, вздёрнутый нос казался даже острым, а губы излишне пухлыми для такого небольшого лица. Да, всё на этом истощённом, почти лишённом цвета лице казалось непропорциональным. Мы с сестрой всегда были худощавыми, но эта девушка, в тело которой я попала, была не просто худа: она казалась безжизненной, словно ветер развеял её плоть, оставив лишь тень.

Что же с ней произошло? Или она всегда была такой?

«Мертва!» — эхом отозвался голос целительницы в моей голове.

— Мертва, — повторила я уже вслух.

А как же я?

Что с моим телом?

Мы поменялись с ней местами или…

— Мертва, — прошептала, скорее всего, правду, вновь разрывая тишину комнаты.

Странно, но в этот раз я не проронила ни слезинки. Почему-то сейчас меня начала наполнять злость и обида. Подобное я уже чувствовала совсем недавно, когда отец сказал, что решение всех наших проблем — это моё исчезновение из их жизни. Жизни, где, по сути, меня никогда и не было. Вот только в данный момент я больше злюсь на себя, а не на дракона или Лили. И совсем не понимаю, что мне делать.

Тишина вокруг словно обернулась ураганом внутри меня, вращая мысли и терзая душу. Пока ещё мою душу, но надолго ли? Я во власти драконов и боюсь, что их дамы не смогут отвоевать мою свободу.

Сжав уже не знаю в какой раз кулаки, я попыталась встать.

Получилось не сразу. Ноги всё ещё отказывались подчиняться, словно были прикованы невидимыми цепями, а тянущая боль прогоняла прочь любое желание делать новую попытку. И когда мне всё же удалось сделать шаг, а затем второй, я хищно улыбнулась, словно уже могу убежать от всех опасностей.

— Собираешься сбежать? — неожиданно услышала за спиной, отчего испуганно взвизгнула и замахала руками, ища опору. Благо, ушла недалеко и смогла ухватиться за деревянную спинку кровати.

— Извини, не хотел напугать, — тут же прозвучало совсем рядом. Талии «моей» коснулась широкая, холодная ладонь, благодаря чему я удержалась на ногах. — Какая же ты худая, тебя бы подкормить!

Я узнала его: это мужчина был одним из тех, кто встретил моё пробуждение. Усадив меня на кровать, он наполнил стакан водой и протянул его мне, а сам же почти рухнул на стоящий рядом стул, сложив руки на груди, и начал бесстыдно изучать меня.

— Как тебя зовут? — спросил он, как только я перестала пить воду и поставила стакан на тумбочку.

— Я уже говорила, — ответила я, пытаясь сдержать дрожь в голосе.

— Да, да, Линилия Озор, — покачал он головой. — Вот только первое, что ты произнесла, — это: «Лили нет», а после спросила за сестру. Линилия — Лини или Лили, логичное сокращение. Так как тебя зовут, княжна?

Я нервно сглотнула вдруг ставшую вязкой слюну, судорожно вспоминая, так ли это было. Тогда, в первые мгновения пробуждения, мне казалось, что я всё ещё в пещере и спасаю сестру. Для меня не было разрыва между переходом от своего тела к этому так же, как и ощущением собственной смерти.

Как же глупо было назваться её именем!

— Какое это сейчас имеет значение? — тихо выдохнула, собирая лёгкую простыню у груди, тем самым закрываясь от мужского взгляда.

— Никакого, — усмехнулся он в ответ и перевёл свой взор в сторону окна. — Но, думаю, тебе будет приятно, если к тебе будут обращаться твоим собственным именем, а не чужим. Тем более что своего у тебя благодаря нашей Ри почти ничего не осталось.

Я замерла.

Было странным слышать такое от человека, который, я уверена, прекрасно знал мою дальнейшую судьбу. Тело-то я потеряла, а вот ведьмовскую силу — нет. Вот только ненадолго ли?

— Лу… Луна, — также тихо произнесла собственное имя, правда, сокращённое. Но даже это было приятно. Возможно, я в первый и последний раз представляюсь чужому человеку именем, которое дала мне мама.

— Хорошее начало, Луна, — ещё шире улыбнулся мужчина, уже глядя на меня. — Меня зовут Бруно, я брат того гада, что сотворил с тобой, точнее, с той, что была до тебя, вот это вот всё. — Он обвёл рукой круг перед собой и указал на меня, точнее, на мои волосы, теперь с серьёзным лицом. — Не переживай: он получит по заслугам. Но Криспиан лишь марионетка в чьей-то очень грязной игре, а ты, точнее, она, была близка к нему. Возможно, в тебе остались отголоски её воспоминаний.

Слушать его было странно, так же как и сопоставлять собственную жизнь с жизнью этой девушки. Попытка заглянуть в чужие мысли казалась безумной, но я попробовала. К сожалению, а может, к счастью, её прошлого я не помнила, словно она и не была хозяйкой этого тела. Будто бы её и не было никогда.