Смерть Луны (не)признанная драконом.

Глава 20

Лекс

Не понимаю. Я ничего не понимаю.

В какой-то момент всё происходящее превратилось в мешанину. Вот, казалось только, что я уже решил, что буду делать дальше, как буду вести себя с дерзкой ведьмой, которая утверждает, что она пара Крона, вместе с ней и с её подругой, что ни на шаг от неё не отходит и яростно защищает при любой возможности. Судя по тому, что я постоянно чувствовал энергетические потоки, которыми подруга ведьмы почти всегда окутывала юную ириату, девушка не лгала и является целительницей. И мне бы стоило допросить этих девиц сразу, как услышал от них о том, что произошло с Луной, и о зле, что, по их мнению, идёт сюда, но стоило мне увидеть стремительно бледнеющее личико юной ириаты и её же мутнеющий взгляд, как все намерения рассыпались. Моё сердце бешено забилось в груди, а тело начал сковывать страх. Из последних сил я пытался сохранять спокойствие и подскочил к девушке из моего сна. В голове роились мысли, словно разъярённые пчёлы в улье. Яркие образы сменялись смутными догадками, и никакой ясности не появлялось. Нужно было вдохнуть глубже, успокоиться, всё обдумать, и в первую очередь, почему я так реагирую на ухудшение состояния её организма. Но разве можно думать, когда сердце стучит в ушах так, будто это не сердце вовсе, а огромный барабан, и его ритмы не дают сосредоточиться ни на чём, кроме того, как донести это почти невесомое тело до палатки и дать целительнице в полную силу заняться её здоровьем? В какой-то момент я даже был рад, что Луна вернулась не одна, пусть даже в довесок к целительнице шла ведьма. Теперь не страшно: главное – с поддержкой.

После того как я оставил девушек отдыхать, в голову снова полезли мысли, уже вплотную касающиеся ириаты. Хотя…

Высасывать силы из живого существа… Да что за извращённый ум мог до такого дойти и откуда такая сила?

Истребить драконов и фениксов?

Где логика? Фьера же погибнет! И опять, откуда такая сила и самоуверенность? Что драконы, что фениксы – магические существа с колоссальной силой, даже несмотря на то, что сила эта уже совсем не та, что была раньше, и идти на нас войной — верх безрассудства.

«Нет, мне определённо нужно поговорить со спутницами Луны и узнать подробности», — чётко решил я, садясь рядом с палаткой, отданной для ночлега девицам. Отсюда был хороший обзор лагеря, да и осторожность не помешает. В людях Князя я, конечно, не сомневался: дозорные были поставлены со всех сторон, но от ведьмы можно ожидать чего угодно. Тем более какой она силы, я не знал. И даже приглашение Князя уединиться и отдохнуть в другой палатке, поставленной неподалёку, я отверг. Почему-то казалось, что вдобавок к своей осторожности именно с этого места я чувствую пусть слабый, но зов Лини, и ещё чуть-чуть, и я пойму, в какую сторону мчаться.

— Луна… — выдохнул бесшумно в уже вечернюю прохладу и прикрыл глаза.

Что? Почему Луна? Лини! Мой неукротимый огонёк! — тут же мысленно поправил себя, доставая воспоминания недавних дней. Дерзкое упорство, робкое доверие, страстное желание и глаза, несущие в себе всю синеву и глубину неба. Простят ли меня эти глаза, будут ли смотреть на меня с той же мягкостью? Поверит ли моя княжна в то, что я не желал так поступать? Откроется ли она мне вновь? Вопросов много, но ждать на них ответов лучше, чем желание разодрать грудь от осознания того, что ничего изменить нельзя, и виновник этому ты.

Мой огонёк жива!

Возможно, ранена, испугана и очень зла на меня. Но жива! А раны излечу и буду любить каждый шрамик, если он останется, как её саму. Мне будет в радость выслушивать её горькие упрёки, если так она пожелает выплеснуть свою злость, и я тихонечко буду успокаивать её, пока страх моей княжны не уйдёт. Главное, что я буду рядом.

Размышления мои прервал негромкий шорох, и я заметил выходящую из палатки целительницу. В её глазах читалась усталость, но вместе с тем и решимость. Заметив меня, она направилась ко мне и, почтительно склонив голову, тихо сообщила, что Луне лучше и что ириата сейчас спит. Заметил, как, услышав это, чувство облегчения заполнило мою грудь теплом, хотя большая часть забот всё ещё оставалась нерешённой.

Всё же странно я реагирую на преемницу Норы.

Захотелось воспользоваться моментом и расспросить девушку обо всём, что они с ведьмой вскользь рассказали ранее, но остановил себя. Видно было, что эта Рита отдаёт немало сил на исцеление Луны и сама нуждается в отдыхе. Поэтому искренне поблагодарил целительницу и, пожелав ей доброй ночи, отпустил. Сам же снова окунулся в собственные размышления. Запах древесного дыма, идущий от костра вперемежку с ночной прохладой, завораживал. Думать о будущем пока казалось более спокойным занятием. Впереди ждали разговоры, выяснения и, возможно, битвы. Но прямо сейчас была необходимость восстановить силы и собрать все внутренние резервы для предстоящих испытаний не только мне, но и всем, кто меня сейчас окружал. Облокотившись о тряпичную стену палатки, я прикрыл глаза и снова начал притягивать к себе образ Лини.

Кстати, а ведь у Луны глаза тоже отмечены небесной лазурью и… Да что же это такое, почему я вновь и вновь возвращаюсь мысленно к этой девушке? Снова выругался про себя и, прикрыв глаза, теперь постарался отбросить любые мысли, что лезли в мою голову, и постарался ненадолго забыться.

Как только первые лучи утреннего солнца начали рассеивать ночную тьму, я поднялся и, размяв затёкшее от длительного пребывания в одной позе тело, прошёлся и осмотрел лагерь, погружённый в утреннюю тишину, где лишь дежурные стражи едва заметно переминались с ноги на ногу. Воздух был свеж и прохладен, и я с облегчением осознал, что ночь, наконец, осталась позади, а вместе с ней и тревожные думы. Надеюсь, этот день принесёт мне множество ответов на вопросы и приблизит меня к моей княжне.

Заметив, как несколько воинов князя, что сидели у костра, вдруг обернулись, я насторожился и тут же проследил за их взглядами, которые, как оказалось, следили за Луной. Девушка вышла из палатки и тоже смотрела на парней. Заметив меня, парни чуть заметно кивнули мне и вернули своё прежнее положение. Я же последовал за ириатой, которая после того, как пропал к ней интерес, пошла прочь от лагеря. Девушка выглядела не такой утомлённой, как вчера, но всё равно хрупкой и немного отчуждённой. Нагнал я её быстро и удивился, что она совершенно не чувствует чужого присутствия, хотя ириаты очень осторожны по своей природе и чужих чуют задолго до их появления. Уверен, именно это свойство помогало преемнице Норы так хорошо скрываться от меня и прятать Лини в моменты, когда мой огонёк убегала от меня. Что же сейчас она так беспечна?