Соня Сомова спасает Новый Год

Глава 18.

В которой Соня Сомова вновь встречается с добрым волшебником Квитаном, который рассказывает ей и всем остальным друзьям нехорошие вести.

———————

Лишь поздним вечером друзья наконец справились с поставленной задачей. Усталые, но очень гордые за получившийся результат, они все вместе смотрели на целую кучу мешков и ящиков, доверху набитых новогодними подарками. И всем даже немного не верилось, что именно они умудрились сотворить такое огромное количество угощений за столь короткий срок.

— Мы — большие молодцы! — объявила Соня, с чем остальные немедленно согласились, поддержав маленькую хозяйку дружными возгласами и аплодисментами.

Девочка оглядела друзей с улыбкой: каждый из них сейчас чувствовал себя настоящим волшебником, не зависимо от того, обладал ли магическими способностями. Ведь истинная магия заключалась совсем не в виртуозном управлении стихиями или волшебных заклинаниях. Искренняя дружба, доброта и взаимоподдержка стали ключом к волшебству.

— А теперь, — сказала Соня, когда восторг немного поутих, — мы должны презентовать принцу Алану наше творение. Идёмте все вместе в тронный зал.

Общее бодрое настроение немного погасло при мысли, что сейчас предстоит встреча со взбалмошным принцем. Тем не менее, друзья не испугались. Прихватив с собой несколько упакованных конвертиков, Соня в сопровождении Чаки, скагетов, Тии, баронессы Финтифлюшкиной и графа фон Трусов направилась прямиком в тронный зал.

Принц Алан как раз находился там вместе с советником Феликсом Пустяковым. Мальчик явно скучал и от нечего делать пытался проковырять пальцем дырку в обивке подлокотника трона. Первый королевский советник по этому поводу ничего не говорил. Должно быть, он не счёл важным отвлекать принца от столь важного занятия.

Когда в дверях зала появилась компания друзей, Алан даже обрадовался в душе. Но для важности напустил на себя хмурый и недовольный вид.

— Что это у вас за собрание? — как бы равнодушно поинтересовался он. — Надеюсь, вы решаете, чем меня угощать на ужин.

— Почти угадал, — хитро улыбнулась Соня, подходя ближе к тронным ступеням. — Это не совсем ужин, но точно угощение.

Глаза у принца моментально заблестели, и он даже подался вперёд от нетерпения, совсем позабыв, что собирался изображать безразличие.

Тем временем Чаки подхватил в зубки один из конвертов и резво взбежал по ступенькам к мальчику. Тот слегка испугался от такой неожиданности и столь дерзкого поступка. Но решил не привередничать, поскольку от конвертика до него доносился невероятный, чарующий, сладкий аромат, который не оставлял сомнений в том, что внутри припрятано нечто вкусненькое.

Принц Алан забрал конверт и нетерпеливо сдёрнул приклеенный бантик. Сунув руку внутрь, мальчик немного покопался в содержимом и выудил оттуда то, что не смог никак определить. В его пальцах болтался весьма странный предмет — продолговатый, упругий, яркого оранжевого цвета и почти прозрачный как стекло, но при этом гибкий будто смола. Формой предмет напоминал самого настоящего дождевого червяка, что не оставило принца Алана равнодушным.

— Это что такое? — возмущённо проговорил он, готовый то ли наругаться, то ли разрыдаться.

— Это десерт, — спокойно объяснила Соня. — Очень вкусный. Попробуй. Тебе понравится.

— Я, по-твоему, питаюсь червяками?! — вскричал принц.

Все присутствующие слегка вздрогнули от его крика. Однако графи Людвг откуда-то нашёл в себе остатки смелости и робко заблеял:

— Многоуважаемый принц, такие сладости дети во внешнем мире обожают! Это называется жевательный мармелад. Мы все с удовольствием попробовали.

Алан недоверчиво скривился и вновь поглядел на желейного червячка в своих пальцах. На самом деле, никакой брезгливости он уже не чувствовал и вполне догадался, что червячок не настоящий и сделан из чего-то фруктового и душистого. И всё-таки сомнения продолжали его одолевать. А тут как раз вмешался первый королевский советник:

— Ваше Высочество! Угощение может быть отравлено! Вам не стоит это пробовать!

— Ничего подобного! — рассердился Лео, обижаясь на такую несправедливость. — Мы все вместе приготовили тысячу таких угощений для всех детей и взрослых королевства! Как вы можете говорить подобное?!

Маленький скагет даже ножкой притопнул от негодования. В самом деле, Пустяков говорил что-то ужасное и совершенно оскорбительное. Остальные скагеты поддержали Лео в его возмущении. Да и верные придпорные королевства — баронесса Глафира и граф Людвиг — также не остались безучастны. Всем своим видом они давали понять принцу Алану, что советник Феликс заблуждается.

— Отравлено, говоришь?.. — задумчиво произнёс мальчик, коварно прищурив глаза. — Первый королевский советник, приказываю тебе съесть этого червяка!

— Что?! — Феликс аж подпрыгнул.

А Соня едва сдержалась от смеха. Она-то прекрасно знала, что все опасения советника напрасны, но при виде его вытянувшегося бородатого лица сложно было не засмеяться.

— Это королевский приказ! — снова заявил принц Алан. — Вы обязаны подчиниться!

Феликс недовольно поморщился. В общем-то, он тоже догадывался, что никакой опасности нет, но уступать не желал из принципа. И всё-таки ему приказывал правитель Сиянии — пришлось нехотя повиноваться. Пустяков взял мармеладного червячка и, с неприязнью оглядев собравшуюся толпу, закинул к себе в рот. Пожевал, затем поглотил.

Все молчали и ждали вердикта. А принц Алан ждал хоть какой-нибудь реакции.

— Сладко, — сказал первый королевский советник, продолжая морщиться. — И противно.

Почему-то последнее замечание только раззадорило принца, и он тут же поспешил вытащить из конверта ещё одного червячка, которого немедленно съел.

— Ух, ты! — выдал принц, не скрывая восторга, снова нырнул пальцами в упаковку, отыскал желейного мишку и тоже проглотил сей же час. — Как вкусно! Как, говорите, это называется?

— Жевательный мармелад, — напомнила Соня. — А беленькие сладости — это особый вид зефира. Называется маршмеллоу. А ещё там есть имбирный пряничек.