Спящая царевна. Своих не бросаем

10 Царская дочь

Андрей

– Ну, герой, что ж молчишь, подвигами своими не похваляешься? – благодушно усмехнулся царь Ратмир.

– Да я, государь, как-то хвастать не привык, – пожал плечами Андрей. – Да и какие там подвиги? Делал то, что и все.

– Ой, не скромничай! Гордей мне рассказал про твои заслуги. Говорит, если бы не ты, может статься, и до града бы не добрались. Да и у переправы без тебя всё могло иначе повернуться. Так что… Молодец! Заслужил похвалу.

– За добрые слова благодарю! – кивнул Беркут. – Да только… я ведь не похвалы ради…

– А ради чего же? – Ратмир смотрел пристально, щурился хитро.

– Мне казалось, у нас причина одна на всех, – пожал плечами Андрей, – свою землю от врага защищаем. Пусть я в Белогорье чужой, но для Делии это родной дом. А значит, теперь и мой дом тоже. И я защищаю свой дом, свою женщину. Вот и всё! Всё просто.

– Добрый ответ, – царь встал, прошёлся по светлице. – Отрадно мне слышать, что ты готов сражаться за дочь мою, за наши земли. Делия мне не раз говорила, что ты не робкого десятка, теперь вижу, что так и есть. Знать, я не зря согласился отдать её за тебя.

– Спасибо тебе, государь! – Андрей не удержался от счастливой улыбки. – Обещаю, что ты о том никогда не пожалеешь.

– Надеюсь… – в голосе царя промелькнули грозные нотки. – Сам знаешь, я тебя с недоверием встретил. Хоть Делия и твердила, что надёжнее во всём Белогорье не сыскать. Ты за то на меня не серчай, Андрей! Сам понимаешь, абы кому я единственную дочь никогда бы не отдал. Вот будут у вас свои дети, тогда поймёшь отцовские заботы. Сильно я сомневался, можно ли царевну Белогорья за чужака отдать, не знатного, без роду. Никто из нас не знает ничего о тебе и твоих родичах. Но дочь меня убедила. Сейчас, тебя слушая, верю, что семья у вас будет крепкая и счастливая. И защищать её ты до последней капли крови будешь. И это мне слышать отрадно… Ты настоящий воин, достойный потомок нашего народа, – царь оборвал хвалебные речи и неожиданно выдал: – Но в дозор больше не пойдёшь.

– Что значит, не пойду? – нахмурился Андрей.

– То и значит, – невозмутимо продолжил Ратмир. – Будешь здесь, при тереме, никакого больше приграничья.

Беркут шумно выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Вот так расклад от батюшки-царя!

Сперва сам на передовую сослал, видно, надеясь от неугодного жениха избавиться, а теперь, когда принял-таки выбор дочери, решил, пусть будущий зять в безопасной норе отсидится, пока другие жизнью рискуют.

– Ты прости, государь, но так дело не пойдёт! – спокойно и твердо возразил Андрей. – Я за юбку Делии прятаться не стану. Другие, значит, в бой пойдут, а я тут сидеть буду, как последний трус. Разве это справедливо?

– Ты с царём спорить вздумал? – удивлённо вскинул брови Ратмир. Не столько разозлился, сколько опешил.

– Я не спорю, я…

– В дозор больше не пойдёшь! – отрезал отец Делии. – И то, что у вас с моей дочерью скоро свадьба, тут вовсе ни при чём. Радослав за тебя хлопотал. Хочет в помощники. Так что пока при нём будешь.

– Радослав… – Андрей выудил из памяти смутно знакомое имя. – Это тот, что временной переходник изобрёл? А я-то ему зачем? Я же не учёный какой-нибудь… Какой с меня прок?

– Это ты у него спросишь! – отмахнулся царь. – Раз просит, значит, нужен. Может, в память твою заглянуть хочет. Вдруг в твоих знаниях найдёт способ нас уберечь от Серых.

– Это вряд ли… Про Серых у нас там, на моей родине, вообще никто ничего не слышал. Вот от Делии только и узнал. Как я могу помочь в таком деле? Я не воин, не учёный, обыкновенный егерь из леса…

– Может, и так. Но неспроста тебя Делия в мужья выбрала. Значит, что-то в тебе есть. Так что завтра же к Радославу отправляешься. А заодно… пока ты здесь, в тереме, и свадьбу справим. Хватит уж пересудов! Вся столица только и гудит про вас с Делией. Пора это прекращать. Станешь ей мужем, и сплетники прикусят злые языки.

– Спасибо, государь, спасибо! – Андрей поклонился, как тут было принято.

– Зови дочку! Благословить же вас надо…

***

Делия ждала буквально за дверью. Собственно, могла бы сразу пойти вместе с Андреем, но дала возможность Беркуту поговорить с царем наедине.

Теперь же они вместе стояли перед Ратмиром, сцепив руки, чуть опустив головы.

Андрей ощущал её тёплую нежную ладошку в своей, улавливал лёгкую дрожь, и сам от этого тоже волновался ничуть не меньше. Он остро чувствовал важность этого мига. Пусть это ещё не свадьба, и уже не их первый поцелуй, признание или близость…

Но вот именно здесь и сейчас должен подтвердиться их союз, здесь и сейчас их связь должна быть признана и утверждена кем-то свыше. Ведь это только на словах благословение даёт отец и государь, а по факту за этим ритуалом стоят силы, неподвластные человеческому пониманию.

– Да благословит вас Великий Род, Создатель Всего Сущего! Да наполнит жизнь вашу Светом Изначальным! К богам-защитникам нашего народа вызываю – Ярило, Лада, благословите детей ваших, Андрея и Делию! Да будет союз ваш крепок и плодороден, живите в мире и благодати, почитайте и любите друг друга! Я же, богов призывая в свидетели, даю вам своё отцовское благословение и отдаю тебе, Андрей Беркут, дочь мою Делию!

Андрей мог поклясться, что видел, как при этих словах князя вокруг их сомкнутых запястий, скользнула тонкая полоса света, будто золотая нить, связавшая руки.

Больше всего на свете ему хотелось сейчас прижать к себе любимую, зацеловать так, чтоб у неё голова от этой страсти захмелела, но при царе сдержался. Лишь на миг коснулся губами тонких пальчиков.

Потом они степенно поклонились царю-батюшке, чинно вышли из его покоев. А уж тут плотину прорвало…

Андрей накинулся на любимую, она руками его обвила. В небесно-голубых глазах счастливые слёзы засияли. А жаркий поцелуй показался бесконечным.

Стоило бы, конечно, до своей комнаты добраться, а не миловаться вот так у дверей царских, но на это уже терпения не хватило.