Станция Колхида закрыта на карантин

Глава 12

– Обалдеть! – искренне восхитилась я, когда тяжёлая гермодверь встала в пазы, отделив нас от административного блока.

– Это апартаменты для всяких важных шишек, чиновников там, дипломатов, – пояснила Айгуль, скидывая ботинки и переходя из холла в гостиную, по размерам превосходившую всю нашу квартиру. А такие высокие потолки в жилой зоне «Колхиды» вообще не делали, только в общественных местах. Метра три с половиной, если не четыре! Как в старых домах моего родного города, Петербурга.

Андрей Витальевич задрал голову, разглядывая дизайнерскую люстру с подвесками из искрящегося жёлтого стекла.

– А никто из гостей сюда не заявится?

Мы с Айгуль дружно хмыкнули. Чиновники и уж тем более дипломаты своим вниманием «Колхиду» не баловали. А зря. Апартаменты и правда были роскошными, куда там люксу в гостинице «Млечный путь». На реалистичных окнах-экранах шумело море. Перекатывались волны, ярко-синие с белыми гребешками, в безоблачном небе парили чайки. Сияло полуденное солнце, подсвечивая лёгкие занавески из тюля. И даже аромат для комнаты подобрали подходящий: пахло солью, йодом и тёплым песком.

Я вспомнила родителей, улетевших в отпуск. Как они там? Когда им сообщат, что «Колхида» закрыта на карантин? Мама, наверное, запрётся в ванной, включит воду и расплачется. Она делала так однажды, когда сестру увезли на операцию. А папа, совершенно потерянный, встанет у двери и будет пытаться её утешить: «Послушай, когда мы улетали, Дарья была совершенно здорова! Ни единого признака! У неё хороший иммунитет».

– Здесь есть еда. – Валентин уже во всю орудовал на кухне, распахивая дверцы подвесных шкафов. – Кому налить апельсинового сока?

– Мне, сынок. И лёд поищи, а то терморегулятор, похоже, накрылся. Сопрела уже от жары, – пожаловалась бабуля Акзия. Старушка с кряхтением наклонилась и прислонила винтовку к барной стойке, отделявшей гостиную от кухни.

– А ведь действительно. – Андрей Витальевич потёр большим пальцем ямочку на подбородке, покрытом многодневной щетиной. – Вы заметили, что на станции стало теплей?

С кухни откликнулся, звякая посудой, Валентин:

– Обживаются наши черви. Устраиваются с комфортом.

Кубики льда звонко стукнулись о стеклянное дно. Забулькал сок, переливаемый из пачки в стакан.

Я наткнулась на своё отражение в зеркале и ужаснулась: по осунувшемуся лицу и шее размазалась подсохшая кровь, моя и Майского вперемешку. Причёска превратилась в подобие копны из грязных дред, как у какого-нибудь опустившегося растамана. Кожа вокруг свежей ссадины распухла и окрасилась розовым. Надо бы её помыть и смазать обеззараживающим, пока не загноилась.

– Я в душ, – объявила я, перед тем как отправиться на поиски ванной среди лабиринта роскошных комнат. О, тут ещё и лестница на второй этаж...

– Иди, Дашенька. А я покушать приготовлю. Вы, поди, голодные все.

Удивительно, насколько легко бабуля Акзия переключалась из режима «бьющего без промаха пехотного снайпера» в «добрую бабушку, любительницу всех накормить». Будет мне на будущее урок: ни о ком нельзя судить поспешно. Легко развесить на окружающих ярлыки: этот задрот и маменькин сынок, а тот, наоборот, альфа-самец, вот зубрила и отличница, а вот – тупая красотка. Но люди всегда глубже и интереснее, если как следует их узнать.

На втором этаже располагались три спальни и гостиная поменьше. К каждой комнате примыкала ванная, а в гостиной имелась ещё и крохотная сауна с инфракрасным излучателем над деревянной скамьёй. Я выбрала самую дальнюю спальню с имитацией террасы, выходившей на скалистый берег. На стене висел переключатель визуальных эффектов, замаскированный под декоративное панно. Я выбрала последний пункт, «Ураган», и долго смотрела, как за фальшивым окном сгущаются тучи. Затем ушла в ванную, оставив дверь нараспашку, чтобы слушать, как несуществующие капли дождя барабанят в стекло.

Посреди ванной, отделанной бежевым мрамором с розовыми прожилками, стояла круглая чаша джакузи, быстро наполнявшаяся водой. Я бросила пенную бомбочку с маслянистым запахом роз, разделась и опустилась в блаженное тепло. Мой источник энергии, долгие часы питаемый адреналином и страхом, окончательно иссяк. Я лежала, не в силах даже намылить голову шампунем, вдыхала аромат цветов и ни о чём не думала.

В подобном онемении души имелись свои преимущества. Меня перестали мучить воспоминания о том, как вспыхнул ярким пламенем клубок щупалец, где покоилась не живая, но и не мёртвая Настя.

Мысли текли всё медленнее, тело расслаблялось... Я едва не задремала, очнувшись от того, что в нос попала вода. Вот будет глупо спастись от монстров и умереть, захлебнувшись в ванной. Опасаясь снова уснуть, я попыталась заставить работать вымотанный переутомлением мозг.

Надо связаться с Землёй. Но как? Пробраться в командный пункт? Сбежать на эвакуационной капсуле? Там, кстати, есть свой передатчик, отправляющий сигнал бедствия в автоматическом режиме. Может, удастся его как-то перенастроить?

Серьёзные вопросы не задерживались в голове, таяли хлопьями розовой пены. Другое дело Андрей... О нём я могла мечтать бесконечно. Он ведь тоже захочет ополоснуться. Расстегнёт рубашку, щёлкнет замком на ремне, приспустит джинсы, выбираясь из тесных штанин... Пройдёт в таком виде по комнате... Вот такая я дурочка, но что поделать.

Подсушив волосы полотенцем и накинув найденный в шкафу халат, из-за узора на ткани и широких рукавов похожий на кимоно, я спустилась на первый этаж.

Бабуля Акзия приготовила завтрак. Мы расселись за большим столом, красиво сервированным фарфором и столовым серебром. В большой герметичной вазе распускались лилии, запечатанные в вакуум и привезённые в таком виде с Земли. Наверное, последние живые цветы на «Колхиде»...

– Странно. – Валентин покрутил вилку, разглядывая украшенную завитками рукоять. Постучал тяжёлыми зубцами по краю тарелки. – Снаружи ад, Гигер отдыхает. А тут салфетки, бокалы...

– Пользуйся моментом, пока можешь, внучек. Жизнь такая непредсказуемая. Есть возможность – ешь, спи, влюбляйся. Дашенька у нас вон какая невеста вымахала. Всё при ней.