Стихийное бардствие с привкусом рома

Глава 10. Когда тебе не нравится Пожиратель бардов, но тебе всё равно

Когда очередной человек, восхищённый этим неведомым волшебным бардом, вприпрыжку стремился попасть на его песни, до меня дошло. Я остановилась как вкопанная и задержала Удава за рукав куртки:

— Удав. Расскажи-ка мне историю одну.

— Тихо! Прислушайся, — Удав замер, вслушался, на его лице заиграла весёлая милая улыбка.

Я тоже прислушалась. И уловила. Голос. Гитару. Голос вроде бы знакомый. А вроде и нет. Голос что-то пел, такое очень душевное, прекрасное, и проникал в самую душу. Слов я пока не различала с такого расстояния. Но на меня опустилась волна умиротворения, я почувствовала внутреннюю силу, способность свернуть горы. От одного только голоса и гитары.

Голос стих, раздались бешеные аплодисменты, крики, восторженные визги, ор:

— Ещё! Ещё! ЕЩЁ!!! Пой ещё!!! Ещё хотя бы одну песню! Пой!!! Мы тебя не отпустим, пока не споёшь! Куда пошёл, ещё!!!

— Так какую историю ты хочешь от меня услышать? — Удав хитро взглянул на меня.

По моему лицу он понял, что я обо всём догадалась. И что я очень удивлена.

— Историю про то, как так получилось, что твой лучший друган по школе убийц, которого ты называешь Палочковидный, прирождённый головорез, маньяк — и при этом он великий бард? На него же указал Чёрный Бард. Это он начал петь и всех разбудил. И почему он не любит петь? Почему так артачился долго? Извини, мне надо его самого об этом спросить, но он ведь не скажет.

— Да, он не скажет. Он упрям как… как Палочковидный Червь, вот! А петь — это он считает против своей природы. Вернее, наоборот… Как бы тебе объяснить. Ты знаешь его как убийцу, меня — как вора. Оба мы с ним прошли эту школу, где подружились. Потом он долгое время был чёрным колдуном. Много кого убивал, и считал, что ему это нравится. И до этого стремился быть хуже, чем он есть. Он считает, что недостоин своего таланта. И недоумевает, почему ему дана такая тайная магия и такая тайная сила. Возможно, не хочет опорочить её. Я слышал его лишь один раз раньше, не считая теперешнего. Когда он поёт и играет на гитаре — он сродни божеству, вот что я тебе могу сказать. Тогда он просто показывал, что умеет это. И заявил, что никогда в жизни и ни при каких обстоятельствах больше никому не будет это показывать и использовать.

— Он боится, что это кто-то воспримет как слабость… — догадалась я, проговорив это тихо и грустно.

— Скорее, он боится, что сам себя воспримет как слабого, — вздохнул Удав.

— Но это не слабость, это большая сила. Он спас этих людей! — возразила я.

— Ты это ему скажи. Так, он идёт сюда.

Мы с Удавом, так и не дойдя до сцены и стоя среди деревьев, услышали шаги в темноте. Они приблизились, и мы увидели знакомый высокий силуэт с взлохмаченными волосами. Угрожающий силуэт, который при первом взгляде мог показаться маньячным. Но это был наш друг, наш большой друг, который расколдовал этих людей.

— Мы идём мочить Пожирателя или не идём? — Зелёный Червь обратился к нам будничным тоном, с лёгким нетерпением.

Мы с Удавом переглянулись, по умолчанию разом решив, что не будем никак комментировать то, что Зелёный Червь сейчас сделал для Леса и для всех людей. Если он сам захочет об этом сказать, то пусть говорит.

— Где гитара? — спросил только Удав.

— Там оставил. Не хочу, чтобы она разбилась, — последовал ответ. Странный для Червя. Он словно полюбил эту гитару. И тут же он выжидающе спросил: — Ну а Земляк где?

— Сейчас придёт.

Мы втроём подождали. Земляк действительно пришёл через пару минут. Выглядел решительно и воинственно, переоделся в более удобную одежду.

— Я готов! Что нужно делать? — он смотрел на нас уже с неприкрытым уважением.

— Тебе Земля подскажет, что делать. Слушай её, — произнёс Зелёный Червь.

— Нам каждому подскажет наша Стихия, — кивнула я. И внимательно посмотрела сначала на Земляка, потом на своих лучших друзей — Удава и Зелёного Червя: — Ребята, послушайте. Там говорить нам будет некогда, поэтому скажу здесь. Мы ведь уже поняли, когда сражались с его порождениями — нам нужно соединять Стихии. Соединиться придётся нам всем вчетвером, и только так ударить. Но чтоб Соединиться, нам нужно доверять друг другу полностью. Ведь придётся душу раскрыть и сознание. Вы к этому готовы? Я вам верю и душу свою раскрою.

— Про меня ты знаешь. Мы с тобой отрепетировали уже, — усмехнулся Удав.

— Мы тоже отрепетировали вчера, — кивнул Зелёный Червь.

— Земляк, ты сможешь впустить нас в себя, а сам войти в наше нутро и души?

— Я не понимаю, что это… Но я постараюсь, ребят. Я уже верю вам… — проговорил Земляк не очень уверенно.

— Мы тебе поможем, — ободряюще улыбнулась я.

— Нам идти несколько километров, пора бы уже выдвинуться, — призвал нас всех к дисциплине Зелёный Червь.

И мы выдвинулись. Каждый из нас знал, что эта миссия может оказаться последней. Для всех нас или для кого-то из нас. Я, Удав и Зелёный Червь к такому уже привыкли. А вот Земляк — не очень. Он храбрился и бодрился, но был бледен. Удав пытался его разговорить, шутки шутил. Они шли позади нас с Червём, а мы «прокладывали путь».