Свадебный переполох

Платье мечты

Утро выдалось отвратительным. Голова гудела, как пчелиный улей, солнце безжалостно пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы, а в желудке поселилась тошнотворная смесь из недопитого коктейля и терпкого привкуса сожалений. Эйвери зарылась глубже в подушку, отчаянно пытаясь игнорировать реальность, которая неумолимо подкрадывалась с каждым новым лучом света.

Вчерашняя ночь была ошибкой. Грандиозной, импульсивной ошибкой. Признание Хлое, клуб, случайная встреча с Марком… Эйвери застонала. Она думала, что смогла пережить их расставание, залатать все трещины и двигаться дальше. Но вчерашний вечер доказал обратное. Искра, которая тлела где-то глубоко внутри, не погасла, а, наоборот, разгорелась с новой силой. И теперь, когда она грозила превратиться в пожар.

Телефон на тумбочке завибрировал, вырывая её из тягостных раздумий. На экране высветилось имя Грейс. Эйвери сглотнула. Вот и начало.

– Доброе утро, Грейс, – пробормотала она, стараясь придать голосу бодрость, которой и в помине не было.

– Эйвери! Прости, что так рано, но я просто не могла дождаться! Ты не забыла про сегодняшний поход за платьем? – голос Грейс звенел от восторга.

Эйвери зажмурилась. Как она могла забыть?

– Конечно, не забыла. Во сколько мы встречаемся?

– В десять возле салона "Черный смокинг". Я так взволнована! Уверена, мы найдем то самое платье!

После короткого прощания Эйвери отбросила телефон и с грохотом рухнула обратно на подушку. "Черный смокинг", "то самое платье"... Эти слова звучали как издевательство. Ей предстояло помогать Грейс воплощать фантазии в реальность, когда сама Эйвери лелеяла мечты о том, что когда-то могла быть на месте Грейс.

Через час, после холодного душа и чашки крепкого кофе, Эйвери чувствовала себя немного лучше. Она надела свою любимую кремовую блузку и узкие джинсы, стараясь выглядеть безупречно и уверенно. В конце концов, она профессионал. Она свадебный организатор. И она должна справиться с этим, несмотря на все внутренние терзания.

Возле салона "Черный смокинг" ее уже ждала Грейс. Она выглядела сияющей в легком летнем платье и с распущенными волосами, локоны которых игриво подпрыгивали на ветру. Эйвери невольно отметила, как Грейс похожа на героиню романтической комедии – беззаботная, счастливая и влюбленная. Идеальная невеста.

– Ты вовремя! – Грейс улыбнулась голливудской улыбкой, и Эйвери было от этого неловко, странно и мучительно больно.

– Я тоже рада тебя видеть, Грейс, – ответила Эйвери, стараясь скрыть дрожь в голосе.

В салоне царила атмосфера волшебства. Белые платья, расшитые бисером и кружевом, висели на манекенах, а приветливые консультанты сновали между ними, предлагая помощь и советы. Грейс сразу же загорелась. Она хватала платья одно за другим, восхищенно рассматривая каждую деталь.

– О, смотри, Эйвери! Это просто восхитительно! – воскликнула Грейс, поднося к себе платье с длинным кружевным шлейфом.

Эйвери сглотнула. Платье действительно было красивым. Идеальным. Но в тот момент ей казалось, что это кружево душит её, как петля на шее.

– Правда, очень красивое, – пробормотала она. – Но, возможно, стоит примерить что-то другое? Мы же должны пересмотреть все варианты, прежде чем сделать окончательный выбор.

Грейс согласилась, и они принялись перебирать наряды. Каждое новое платье, которое надевала девушка, причиняло Эйвери новую порцию боли. Она видела, как Грейс расцветает, примеряя на себя роль невесты, видела её сияющие глаза, предвкушение и счастье. И каждая деталь говорила о том, что она строит свое будущее с Марком. С Марком, который когда-то был её будущим.

После нескольких часов примерок Грейс начала уставать. Она присела на мягкий диванчик и вздохнула.

– Я так растеряна! Они все такие красивые! Я не знаю, какое выбрать.

Эйвери присела рядом с ней. Настало время проявить свой профессионализм. Забыть о собственных чувствах и сосредоточиться на том, что нужно Грейс.

– Давай так, – сказала Эйвери. – Опиши мне платье своей мечты. Не конкретное платье, а ощущение, которое оно должно вызывать. Как ты хочешь себя чувствовать в нем?

Грейс задумалась. Через некоторое время она подняла глаза на Эйвери.

– Я хочу чувствовать себя… воздушной. Легкой. Словно я парю над землей. И еще… я хочу чувствовать себя особенной. Единственной в мире.

Эйвери кивнула. Она понимала. Она знала, какое платье нужно Грейс. Платье, которое подчеркнет её красоту и нежность, платье, которое сделает её центром внимания в этот особенный день.

Она поднялась и подошла к стойке с платьями. Внимательно осмотрев их все, она остановила свой выбор на одном. Оно было сшито из тончайшего шелка цвета слоновой кости, с нежным кружевом, украшавшим лиф и рукава. Платье было простым, но элегантным, и от него исходило какое-то необъяснимое сияние.

–Попробуй это, – сказала Эйвери, протягивая платье Грейс. – Мне кажется, это именно то, что ты ищешь.

Грейс с сомнением взяла платье. Оно отличалось от всего того, что она примеряла до этого. Но что-то в нем ее зацепило.

Когда Грейс вышла из примерочной, Эйвери замерла. Платье сидело на ней идеально. Оно подчеркивало её фигуру, делало её стройнее и выше. А цвет слоновой кости идеально сочетался с её светлой кожей и золотистыми волосами. Грейс действительно выглядела воздушной, легкой и особенной.

Эйвери почувствовала, как по горлу поднимается ком. Она должна была радоваться за Грейс. Она проделала отличную работу. Но вместо радости она испытывала лишь пустоту и боль.

Грейс посмотрела на себя в зеркало и счастливо улыбнулась.

–Это оно, – прошептала она. Это платье моей мечты. Спасибо, Эйвери. Ты нашла его для меня.

Эйвери выдавила из себя улыбку.

– Я рада, что смогла помочь.

Они купили платье, и Грейс сияла от счастья всю дорогу до дома. Она не переставала благодарить Эйвери и делиться своими планами на свадьбу. Эйвери слушала ее, стараясь не показывать, как ей тяжело.

Когда они прощались возле дома Грейс, та неожиданно обняла Эйвери.

– Ты знаешь, я очень рада, что именно ты организовываешь нашу свадьбу. Я чувствую, что ты вкладываешь в это душу.

Эйвери замерла. Душу? Да, она вкладывает в это душу. Но не ту душу, которую Грейс ожидала. Она вкладывает в эту свадьбу свои разбитые надежды и несбывшиеся мечты.

– Я тоже рада быть частью вашего праздника, – ответила Эйвери, отстраняясь от Грейс.

Она села в машину и поехала домой. По дороге ей позвонил Марк.

– Привет, Эйвери. Грейс рассказала, что ты помогла ей выбрать платье. Она в восторге. Спасибо.

Голос Марка был теплым и искренним, но Эйвери уловила в нем какую-то нервозность. Услышав его, Эйвери почувствовала, как все ее тело пронзает дрожь. Она должна прекратить это. Она должна держаться от Марка подальше.

– Пожалуйста, – ответила она. – Это моя работа.

Пауза повисла в воздухе. Эйвери чувствовала, как Марк нервничает.

– Эйвери… слушай… ты Грейс ничего… не рассказывала? – прозвучал его вопрос, полный тревоги.

Эйвери нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду, Марк? О чем я должна была ей рассказать?

Он выдохнул, и Эйвери услышала, как он сглатывает.

– Ну… о нас. О том, что… мы были вместе.

Эйвери похолодела. Его слова, сказанные таким испуганным тоном, прозвучали как обвинение.

– Марк! Ты что, думаешь, я бы стала рассказывать Грейс о нашем прошлом? Ты серьезно?– ее голос дрожал от возмущения.

– Я просто… испугался, – пробормотал он. – Вчера вечером в клубе… Ты выглядела… расстроенной. Я боялся, что ты что-то скажешь Грейс, чтобы… отомстить.

Эйвери почувствовала, как ее гнев нарастает.

– Отомстить? Марк, ты что, считаешь меня такой мелочной? Я профессионал! Я никогда бы не позволила своим личным чувствам повлиять на мою работу. И да, вчера вечером я была расстроена. Но это мое дело. И уж точно не повод думать, что я побегу рассказывать Грейс о наших отношениях, чтобы испортить ей свадьбу!

Она помолчала, пытаясь унять дрожь в голосе.

– Марк, я хочу, чтобы ты четко понял одну вещь. Я сделаю все, чтобы эта свадьба прошла идеально. Но это не значит, что я забуду о том, что ты со мной сделал. Просто… оставь меня в покое. Не звони мне больше с такими глупыми обвинениями.

Она отключила телефон и отбросила его на заднее сидение. Эйвери была ужасно зла и расстроена одновременно. Злость клокотала в ней, заглушая все остатки грусти. Как он вообще мог так думать о ней? Он что, совсем не знает ее? Этот звонок стал последней каплей. Она сделает эту свадьбу идеальной не для него, а вопреки ему. Чтобы он понял, какой глупостью было думать, что она способна на мелочную месть.