Там, где живёт моя магия. Книга 2

Глава 21

Глава 21

Спустившись вниз, я с удивлением осмотрелась. Холл был абсолютно пуст. Зато из гостиной доносились негромкие мужские голоса. Мне до ужаса стало любопытно, как выглядят молодые Белфорды в неформальной обстановке. Признаюсь честно, познакомившись с Анной и наслушавшись её восторженных отзывов о братьях, мне захотелось узнать о них больше и, я прошерстила интернет в поисках информации. Скажу сразу, несмотря на своё богатство, положение в обществе и весьма незаурядные внешние данные, эти парни не увлекались светской жизнью.

О старшем из сыновей, Уильяме, кроме того, что ему двадцать восемь, и он пошёл по стопам отца, ничего конкретного выудить не удалось. Похоже, он тщательно скрывал от общественности не только, чем конкретно занимается, но и свою личную жизнь. Уильям не вёл инстаграм или блогов и в социальных сетях не мелькал. Мне с трудом удалось найти несколько фото с каких-то официальных мероприятий и всё. Под этими несколькими снимками, на которых фотографу едва удалось поймать Уильяма, стояла кучу лайков. Ну, что тут скажешь, если даже профиль этого молодого мужчины более чем впечатляющ.

Средний, не менее загадочный, хотя более открытый — Бенджамин оказался крутым финансистом. Сказать, что парень сумел быстро продвинуться по карьерной лестнице — это значит, ничего не сказать. Бенджамин не продвинулся, а буквально взлетел к самым вершинам. В свои двадцать шесть, он уже занимал пост заместителя управляющего одного из известных банков, и дело тут было вовсе не в его богатстве или семейных связях. Этот парень с отличием окончил университет. Являлся одним из главных разработчиков новой банковской системы. Был автором нескольких, нашумевших статей по экономической эффективности и целесообразности новой банковской платформы. Бенджамин великолепно играл на саксофоне, увлекался спортом, профессионально играл в покер и… был сущим наказанием для слабых женских сердец. Откуда я это знаю? Интернет был наводнён его фотографиями с самыми красивыми девушками Англии.

Этот поток поутих два года назад, когда миру объявили о грандиозном событии. Наконец-то нашлась отважная укротительница, сумевшая завоевать сердце строптивца. Мне попалось огромное количество статей о помолвке сэра Бенджамина Оливера Белфорда с леди Амалией Софи Уолкер двухгодичной давности. Все они на разные лады разглагольствовали, о внезапно вспыхнувших чувствах двух молодых людей. С фотографий смотрел высокий, красивый мужчина со сдержанной улыбкой на губах, а рядом с ним восторженно улыбалась хрупкая белокурая фея. Полгода назад интернет буквально взорвался от промелькнувшей информации о расторжении помолвки по взаимному согласию. На фотографиях Бенджамин больше не улыбался, а восторженная фея выглядела потухшей. В комментариях кто-то откровенно злорадствовал, но в основном, народ сожалел о том, что распалась такая красивая пара.

Младший из братьев, Гарри, учился в университете и работал в одной весьма знаменитой галерее, вёл блог, посвящённый современному искусству. Судя по фотографиям, парнем он был отрытым и жизнерадостным. У него была куча подписчиков и ещё больше друзей. А уж девушек… Казалось, этот маленький засранец делает всё, чтобы переплюнуть брата и это ему удалось.

Я осторожно заглянула в гостиную. Белфорды пили чай с бисквитами. Судя по их довольным лицам, выпечка нашей миссис О’Рейли пришлась им по душе.

― Это просто офигительно вкусно, ― восторженно восклицал Гарри. Его густые, тёмные волосы забавно топорщились в разные стороны, но ему, как ни странно, подобная небрежность удивительно шла. Он был похож на встрёпанного воробья, готового в любую минуту вступить в схватку с наглым соседом. ― Дорогая миссис О’Рейли, я всегда думал, что никто в Англии, а, возможно, и за её пределами, не печёт бисквитов лучше нашей Мегги, но вы её переплюнули.

― Гарри, ― строго одёрнул сына старший Белфорд, ― следи за языком, иначе мать тебе устроит очередную выволочку. Совсем распустился.

― Что я такого сказал? ― искренне возмутился парень. ― Разве я солгал?

― Нет, но сказать можно по-разному. Ты не среди своих друзей. Кстати, миссис О’Рейли, мой сын абсолютно прав. Ваши бисквиты просто божественны.

Наша домоправительница расплылась в довольной улыбке:

― Ну что вы…

― Не спорьте и отбросьте ложную скромность. Они великолепны. Тесто невероятно воздушное. В них чувствуется сладость, но она не чрезмерна, а аромат… Аромат, источаемый вашими бисквитами, заслуживает отдельного описания. Я уловил ваниль, едва ощутимый аромат корицы и чего-то ещё удивительно свежего. Не поделитесь секретом?

― Спасибо я рада, что вам понравилось, но нет. Это семейный рецепт, передаваемый от матери дочери. Многие поколения моей семьи свято хранили и оберегали его. Лучше ещё раз приходите к нам в гости.

― Вы случайно не собираетесь менять место работы? ― как бы, между прочим, спросил Белфорд.

Зря он это сказал. Лицо нашей домоправительницы мгновенно окаменело:

― Спасибо, я всем довольна, ― отрезала она холодно. ― Ещё чаю?

Белфорды переглянулись.

― Похвальная преданность, ― насмешливо буркнул Уильям и кривовато ухмыльнулся.

Если бы я так пристально не наблюдала за собравшимися, то не заметила бы, как мужчина дёрнулся. Скорей всего, кто-то из братьев пнул насмешника под столом, но было уже поздно, наша домоправительница пошла в атаку:

― Не вижу в этом ничего смешного, ― отрезала она. ― Мистер Локсли замечательный человек и отличный юрист. Он никогда не отказывает в помощи, тем, кто в этом нуждается и, если уж взялся за дело, будьте покойны, он его выиграет. Кроме того, мистер Локсли отличный хозяин. За всё время службы, я от него слова грубого никогда не слышала. Он никогда не забывает поздравить с праздником или днём рождения, не говоря о том, чтобы похвалить за хорошую работу, что, согласитесь, редкость в наше время.