Там, где живёт моя магия. Книга 2

Глава 33

К дому мы подлетели подобно всадникам апокалипсиса: с оглушительным грохотом и рёвом, от которого содрогалась вся округа. Бенджамин слишком поздно сообразил, что при всём желании, прямо в дом он въехать не сможет. Двадцать высоких ступеней, ведущих в резиденцию Белфордов, служили серьёзным аргументом против его замысла. В горячке, он чуть не проскочил мимо крыльца, развив слишком большую скорость. Негодующий визг тормозов, был слышен, наверно, в Лондоне.

Я выскочила из машины прежде, чем она успела толком остановиться и помчалась к дому, перепрыгивая через ступени. Реактивной ракетой, промчалась мимо дворецкого, который только и успел, что рот приоткрыть. Я бежала туда, где ощущала, как уходит жизнь из той, что стала моим дыханием. Мне было не до этикета, стучать не стала. Массивную дверь толкнула с такой силой, что она ударилась о стену, наверно выбив кусок штукатурки.

Просторная комната и, скорей всего, светлая при свете дня, сейчас почему-то утопала в полумраке. Две огромные хрустальные люстры под потолком включить никто не потрудился. Комнату освещали всего две настольные лампы и парочка бра на стене, что для такого просторного помещения явно маловато. Довольно большие окна могли бы исправить ситуацию, но закрытые плотными шторами, которые не позволяли проникнуть свету фонарей с улицы, в данный момент, были бесполезны. Мебели было немного: несколько шкафов с книгами и какими-то безделушками, зеркальный бар с впечатляющим выбором спиртных напитков, бильярдный стол, отодвинутый почему-то в угол, полукруглый диван внушительных размеров, шесть кресел, несколько изящных металлических подставок под лампы. Всё это я охватила одним взглядом ни на чём, не задерживаясь. Обстановка сейчас меня волновала меньше всего.

Моё фееричное появление заставило всех присутствующих повернуть голову к двери и застыть на своих местах. В случае какой-нибудь неожиданности или опасности, мы чаще всего подчиняемся инстинкту, заложенному природой: замереть и притвориться мёртвым, вдруг пронесёт. Тем, кто находился в комнате, не повезло.

На мгновение мне показалось, что я ошиблась и в спешке влетела ни туда, куда бежала. На первый взгляд, в комнате присутствовали только мужчины. Френсис и Уилл Белфорды расположились рядышком на соседних креслах. Я успела заметить усталые складки возле губ старшего Белфорда и бледное, осунувшееся лицо Уилла. Фигура мужчины, сидящего рядом с ними, была мне незнакома, а его лицо практически полностью скрывалось в тени. Выяснять, кто он такой не было времени, но по моим ощущениям, этого человека я видела впервые. В голове почему-то мелькнуло определение «серый кардинал». Последним на кого наткнулся мой взгляд, как ни странно, был Алан Грин. Почему странно? Да потому, что в отличие от других мужчин, он стоял. Алан стоял возле кресла, в котором сидела… Анна.

Девочка в тёмном платьице, с распущенными волосами, наполовину скрытая крупной фигурой склонившегося над ней экстрасенса, со стороны была почти незаметна. Я не сразу поняла, что происходит, а когда поняла… Ярость обжигающей лавой хлынула по венам. Очевидно, до моего появления, Анна тщетно пыталась выдернуть пальцы из руки Алана. Не теряя ни секунды, действуя скорее по наитию, чем осознанно, перехватила поток воздуха и ударила воздушной волной. Грин с воплем пролетел через всю комнату, врезался в стену и сломанной куклой рухнул на пол. И тут в тишине раздался полный отчаяния крик девочки:

— Алекс! Алекс!

Анна соскочила с кресла, но ноги держали её ещё плохо. Они подвели хозяйку, и она с тихим вскриком упала. Вместо того, чтобы остаться на месте, девочка приподнялась и поползла ко мне на руках. Уилл и Френсис бросились к ней, чтобы помочь, но я их опередила. Подлетев к малышке, поставила на ноги и прижала к себе. Девочка вцепилась в меня мёртвой хваткой. Она уткнулась лицом ко мне в грудь и разразилась громким плачем:

— За-а-а-чем, за-а-чем ты приехала-а-а. Я пы-та-а-а лась предупреди-и-и-ить, чтобы ты не приезжа-а-а-ла. Алекс, они… они плохи-и-е. Уходи-и-и… Им что-то от тебя нужно-о-о, ― почти по-волчьи выла малышка.

От этого воя всем стало жутко, а мне больше всех. Сердце малышки, то начинало биться с сумасшедшей скоростью, то почти замирало, ещё немного и… Больше всего на свете мне хотелось расцеловать её мокрые щёчки, пригладить мягкие кудри, приласкать и позволить выплакать свой испуг, но этого делать было нельзя. Малышка была слишком взвинчена. Назревающую истерику, нужно было немедленно остановить иначе… Даже я не смогла бы завести её сердце во второй раз. Пришлось отодвинуть все мои порывы на задний план.

— Анна, — я встряхнула девочку и строго велела, — немедленно прекрати. Твоё сердце еще не окрепло. Ему вредны подобные волнения. Ты делаешь больно не только себе, но и мне. Слышишь меня? Немедленно успокойся.

Девочка судорожно всхлипнула, пытаясь прекратить истерику. Она сжала губы, не позволяя срываться рыданиям. Постепенно она сумела взять себя в руки, хотя слёзы всё ещё продолжали капать.

― Ну-ну, солнышко, ― я вытерла большими пальцами мокрые дорожки и легонько похлопала её по спине, ― всё будет хорошо.

― Нет, ― покачала головой малышка и ещё крепче вцепилась в меня, ― они хотят забрать тебя.

― Куда и зачем?

― Не… не… не зна-а-ю, ― с последним всхлипом выдавила она.

― Успокойся и не переживай. Они не смогут.

Анна попыталась улыбнуться:

― Ты уверена?

― Да, ― я наклонилась и заглянула ей прямо в глаза.

Девочка обхватила ладошками моё лицо, и потрясённо прошептала:

― Ты смогла? Ты сумела?

Я выразительно шевельнула бровями, слегка покосившись на прислушивающихся к нашему разговору мужчин.

― Процесс почти завершён, ― еле уловимо шепнула я и, выпрямившись, громко добавила для посторонних ушей: