Танец снежного мотылька

Глава 24

Дала время насладиться не моему дракону триумфом, зачем человеку кратковременный праздник возмездия портить. Минут пять с арбалетом повозилась любовно, уже мои честно выигранные болты погладила. Моя прелесть! Про особенности ухода за ним поспрашивала у торговца, пока Эйрик с суперважным видом что-то внушал главного стражнику. Время тянет, вот точно.

Принц думал, что мне досадить получилось, а на самом деле ну очень помог. Мне столько успели рассказать. Конечно, родичи бы указали на ошибки обращения, но за это время я могла навредить оружию. Там, оказывается, столько тонкостей имелось: и тетиву смазывать, и холостыми бить нельзя, только болтом. Над спусковым механизмом вообще не дышать – любить и лелеять. И вообще, хранить оружие полагалось в чехле.

Продавец, видя мой неподдельный интерес и уважение, расщедрился и подарил мне старую баночку жира смазочного.

— Извиняйте, барышня, с чехлом не помогу. Даже самого рваного не имеется.

— Не беда. Можно глянуть хоть, как выглядит?

Мне показали. Вот пусть мои тётки займутся этим. Можно было чехол из кожи сварганить, но поймай пока эту кожу в лесу, обдери с хозяина рычащего, а можно из плотного сукна сшить. С мехом внутри. Возни много, конечно, ну что поделаешь. Оружие было дорогое и непростое. С механизмами.

Даже Эйрик остыл, прислушиваясь к нашему разговору. Потом подошёл и интересоваться стал про материал плеч на более дорогих арбалетах. В руках покрутил. Даже из стадного чувства хотел и себе купить, потом передумал.

Поговорили мы с торговцем и за его жизнь. Так, мельком. Откуда, что, как и почему.

Вручили мне арбалет и болты связанные. Сама несу – приказ выполняю. Тормознули у прилавка с орехами.

«А когда я последний раз ела?»

Желудок, про который я забыла, робко заныл вначале, а потом выдал неприличную трель. Ой, как неудобно вышло. Эйрик брезгливо скривился, глянув на моё обмякшее брюшко. Я прямо смутилась, а торговка жалостливо вручила горсточку – червяка, голосящего заморить.

Один орешек я принцу предложила, но он гордо отвернулся. Мне же больше достанется.

— Ну что, мой уже недорогой, выбирай теперь, куда на второй круг отправимся: в продукты или на одёжку любопытствовать?

Принц оторопел:

— Эй, ты чего? Мы же сейчас всё купили. Ты же отложила.

— Понимаешь, Эйрик, у женщин есть такая особенность – хотеть всё и сразу. Иногда скупаешь в порыве души нужное и ненужное. И чтоб деньги зря не тратить — присматриваешь покупки, откладываешь и ходишь по другим делам. А уже потом возвращаешься к отложенным вещам и решаешь, подходят они тебе или нет. Ну и на новое внимание кладёшь.

Принц неверяще посмотрел на торговку. Она энергично закивала в поддержку моих слов.

— Правду госпожа говорит. Вещам надо отлежаться у нас в голове.

Всё. Драконья крепость готова была пасть к моим ногам.

— Эйрик, но я понимаю, что ты на меня уже столько времени спустил и хочу предложить тебе компромисс.

Принц прищурился.

— Тебе какая разница, откуда нас в великий поход отправлять? Из тюремного двора или отсюда? Пусть твои стражники мою Коза Ностру , семью то бишь,сюда приведут. Если родичи переносом ценностей займутся — это же за помощь извне не будет считаться, а я, так и быть, не буду новое выбирать, а просто оплатим, что отложили.

Всё. Красноголовый недовольно, но кивнул. Хотел он, конечно, посмотреть, как я сама мешки с продовольствием волоком потащу или бочонок вина покачу, но не срослось у него- мужское неприятие долгоиграющего шопинга победило.

Конечно, я как настоящая женщина всё бы смогла перетащить, но не в этом неприспособленном к труду теле. Каких неимоверных трудов мне стоило изображать из себя готовую на дальнейший героический забег по рынку особу. Ноги гудели. Спину от долгой ходьбы ломило. Ожог этот зудел, как не знаю что.

Сказать, что я просто устала – это ничего не сказать, я смертельно устала, но показывать это моему неистинному было ни в коем случае нельзя. Поэтому, натянув весёлую улыбку, я широкими шагами на негнущихся ногах двинулась оплачивать приобретённое. Два стражника по кивку Эйрика отправились за родичами.

— Эйрик, мы когда должны в изгнание отбыть? — задумчиво спросила я. — Сегодня в ночь или поутру можно?

Тот пожал плечами:

— Не принципиально.

— То есть мы сегодня можем в телегах переночевать?

— Можете.

Внутри я ликовала. Усталый Эйрик, не подумавши, невольно разрешил мне три задачи.

Первая — перенести покупки. Второе я не понимала, как мне одной любимой все телеги на двор тюремный перегонять. А третье, оказавшись вне тюремного двора, но в городе, хоть и под присмотром стражи, я могла провернуть кой-какое важное дело.

Заронил мне дельную мысль разговор с торговцем оружием и его татуировка. Интересная такая. На костяшках пальцев правой руки были изображены цветочки. Симпатичные такие, только вместо тычинок зубы.

— Интересная татуировка у вас.

— Ага, — кивнул торговец. — Из Лютиков мы.

— В смысле? — заинтересовалась я.

— В подразделении Лютики служил в Диких землях.

— Егеря? — подключился к разговору Эйрик.

— Они самые, Ваше Сиятельство.

— По сроку службы на пенсии?

— Не, ногу откусили, — и он, выйдя из-за прилавка, продемонстрировал деревяшку вместо ноги. — Теперь вон оружие перепродаю.

— А что просто на пенсию не живёшь? — поинтересовался принц. — Она же достойная у вас.

— Скучно, — бросил торговец. — Да и по землям тамошним, не поверите, а скучаю. Иногда наведываюсь туда – заказы привожу.

— А что ж там не остался на проживание?

— Где? В гарнизонах? Кому там калеки нужны? Обуза только. А в городах близлежащих там ценники не хуже лютиков этих кусаются – уже на пенсию не прожить, там только здоровые могут прожить, что в лес ходют за добычей, или бедолаги типа вон неё, — кивнул он на меня, — которых выслали за прегрешения перед короной или другие заслуги.