Темная адептка или Как раздраконить декана!

ГЛАВА 8

КЭТРИН

Когда мы спустились в центральный зал академии, все уже были здесь. Ректор Лито уже начал приветственную речь.

Я протиснулась сквозь толпу за деканом к нашей группе, которая стояла беспризорниками на первой линии без куратора.

Люмен с каменным выражением лица занял свое место, взирая на ректора.

Я чувствовала слабость после выплеска магии, но, по крайней мере, не грохнулась в обморок, как в прошлый раз. Было немного не по себе, но я была благодарна мужчине, что он не насмехался и ругал за то, что я не умею контролировать дар. Несмотря на свою неприязнь, он помог мне.

— Это год будет непростой для всех нас, — продолжал Лито, — Мы должны научиться проявлять терпение, вспомнить, что благородство непустые слова.

По залу прошло легкое перешептывание, я понимала к чему он ведет.

— В этом году Светлая Академия открыла свои двери и для темных магов. Они будут учиться среди нас.

Адепты недовольно загудели, такой расклад не пришелся им по вкусу. Еще не все были осведомлены об этой новости. Но ректор поднял руку вверх, призывая к тишине.

— Сегодня у нас особенный гость, — проговорил он в тишине, — Королева Арделия лично посетила нас.

Тишина в зале стала абсолютной, когда из-за спины ректора появилась высокая женщина. Ее длинные светлые волосы, заплетенные в элегантную косу, переливались под лучами магических светильников, словно живое серебро. Королева Арделия двигалась с невозмутимым достоинством, ее черное с золотом платье мягко шуршало по каменному полу.

Мне сразу бросились в глаза ее глаза — такого же холодного голубого оттенка, как у Люмена, но в них не было его привычной суровости. Вместо этого они излучали спокойную мудрость и... печаль. Ту самую печаль, что остается после великих потерь.

— Спасибо, ректор Лито, — ее голос звучал мелодично, но с той твердостью, что не оставляла сомнений — перед нами стояла настоящая правительница. — Дорогие ученики Светлой Академии, — она обвела взглядом зал, и я невольно выпрямилась, будто ее взгляд коснулся лично меня, — Пятнадцать лет назад в битве при Лунном перевале я потеряла мужа, — королева не повышала голос, но каждое слово падало в тишину, как камень в воду, — Вашего короля. Моего любимого.

В зале замерли даже те, кто до этого перешептывался. Люмен стоял неподвижно, но я заметила, как его пальцы слегка сжались в кулаки.

— Пятнадцать лет я носила траур. Пятнадцать лет наша земля делилась на свет и тьму, — она медленно прошла перед первыми рядами, — Но пришло время идти вперед. Стихии не могут существовать в разделении. Магия нуждается в гармонии. И я лично подписала указ о том, что темные и светлые адепты будут учиться вместе. Это не будет легко. Но разве истинное мастерство когда-либо давалось легко?

Все молчали, никто не возмущался.

— Так должно быть. И так будет.

Когда королева закончила речь, зал взорвался аплодисментами. Даже самые скептически настроенные адепты хлопали — против такого величия невозможно было устоять.

Я украдкой взглянула на Люмена. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах бушевала буря, и казалось, что дотронься до мужской спины, от него посыпятся искры, настолько он был напряжен. Стало очень интересно откуда шрам на его лице. Имеет ли он отношение к войне с темными? Надо бы расспросить близняшек, они все знают.

— С этого дня надеюсь на ваше благоразумие, — проговорил ректор.

Но, по правде, мне мало верилось, что после их речей что-то существенно изменится. Это сейчас они воодушевленные речами, а стоит выйди за пределы зала, и тот же Рейт возьмется меня третировать. Нужно держать ухо востро и не доверять никому. Но при этом обзавестись союзниками не помешает. Я покосилась на темноволосого. Он будто почувствовал мой взгляд и обернулся, подмигивая мне из-под длинной челки.

Ректор что-то говорил про обучение, про какой-то бал, я потеряла нить повествования. Голова шла кругом. Очень хотелось спать.

С трудом выстояв официальную часть, наконец, отправились по комнатам.

— Хочешь что-то спросить? — догнал меня парень.

— Я Кэтрин.

— Финн. Спрашивай, Кэтрин, — подхватил меня под руку, помогая идти. Надо отдать должное его проницательности.

— Спасибо. Что ты имел в виду, когда говорил, что я странно пахну?

— Чужеродный аромат… Такого раньше не встречал.

Теперь понятно, я же из другого мира.

— А сейчас от тебя пахнет гарью и нашим куратором, — озадачил Финн.

— Что? — я принюхалась к рукаву платья, оно и правда немного отдавало ноткой дыма, но совсем немного… А вот запаха Люмена не наблюдалось.

— А чем он пахнет?

— Проблемами, — усмехнулся парень, — Нам с ним тяжело придется, — трудно не согласиться.