Тьма Морока. О чем молчит вереск....

Глава 23

Алёна

Запах дыма, смешанный с терпкой ноткой вереска, всегда был для меня запахом дома. Но сегодня, в преддверии свадьбы с Семёном, он казался каким-то особенным, пропитанным не только привычным уютом, но и легкой тревогой, словно предчувствием чего-то большого и неизбежного.

Завтра я должна стать женой Семёна, сына нашего кузнеца. И хотя сердце мое билось в унисон с его, где-то в глубине таилось что-то, что я сама еще не могла до конца понять....

Сегодня к нам должен был прийти отец Семёна, сам Иван-кузнец. Мужик он был суровый, с руками, закаленными в огне горна, и взглядом, который, казалось, мог прожечь насквозь.

Но при всей своей суровости, он был справедлив и уважаем в нашей деревне. Его визит к воеводе был делом обычным, но в этот раз он нес в себе особую значимость. Это было последнее формальное подтверждение нашего союза, последний шаг перед тем, как две семьи станут одной.

Я старалась не думать о предстоящем, помогая матери накрывать на стол. Руки сами собой перебирали вышитые рушники, раскладывали свежий хлеб, ставили на стол глиняные горшки с медом и ягодами.

Дядя Игорь, обычно такой спокойный и рассудительный, сегодня ходил по избе взад-вперед, поправляя бороду и бросая на меня быстрые, но полные нежности взгляды.

Дверь распахнулась, и на пороге появился Иван-кузнец. Он был высок, широкоплеч, и даже в своей простой одежде казался воплощением силы. Его взгляд, как всегда, был прямым и проницательным, но сегодня в нем читалось что-то новое - уважение и, возможно, даже легкая робость.

- Здравствуй, воевода, - пророкотал он, и его голос, как и всегда, был низким и гулким.

- И тебе доброго дня, Иван, - ответил Игорь, подходя к нему и протягивая руку. - Проходи, располагайся. Мы тебя ждали.

Дядька несмотря на свою должность, относился к Ивану с должным уважением. Он знал, что за суровой внешностью кузнеца скрывается доброе сердце и острый ум. Они сели за стол, и я, по знаку Марфы, принесла им по кружке кваса.

- Ну что, Иван, - начал он, – вот и подходит к концу подготовка. Завтра свадьба. Семён - парень хороший, работящий. Смелый отрок. Ты его хорошо воспитал.

Иван кивнул, его взгляд остановился на мне.

- Алёна у тебя тоже девушка видная. Умница и красавица. Семён счастлив будет.

Почувствовала, как щеки мои заливаются краской. Семён… Его добрые глаза, его сильные руки, его тихий, но уверенный голос. Но иногда, когда он смотрел на меня, я чувствовала, что он видит не только меня, но и что-то еще, что-то, что я сама не видела. И это "что-то" вызывало во мне легкое замешательство.

- Спасибо, Иван, - ответил Игорь, улыбаясь. - Мы тоже рады такому зятю. Семён - достойная пара для Алёны. И дело ваше, кузнечное, всегда было в почете. Сила и мастерство - это то, что ценится в нашем роду.

Разговор перешел на более деловые темы: обсудили приданое, подарки, порядок проведения свадебных обрядов. Отец Семёна, несмотря на свою немногословность, был точен и рассудителен. Он говорил о том, как важно сохранить традиции, как чтить предков, как строить крепкую семью. В его словах не было ни капли фальши, только мудрость, накопленная годами.

После ухода Ивана-кузнеца, в избе стало как-то тише. Дядя, казалось, немного расслабился, но в глазах его все еще читалась задумчивость.

- Он хороший человек, - сказала я, подходя к нему и кладя руку на плечо.

- Да, Алёна, хороший, - ответил он, обнимая меня. - И сын у него такой же. Ты не ошибешься. Но помни, что главное в браке - это не только уважение и любовь, но и понимание. Слушай свое сердце, дочка. Оно никогда не обманет.

Эти слова запали мне в душу. Слушать свое сердце… Я старалась это делать, но иногда оно билось так быстро и тревожно, что я не могла разобрать его шепот.

Вечером, когда последние приготовления были закончены, я отправилась в баню.

Это была давняя традиция - перед важным событием очиститься не только телом, но и душой. В парной, окутанная густым паром, я встретила старую бабушку. Она была самой старшей в нашей деревне, знала множество трав, умела заговаривать болезни и, как говорили, видела то, что скрыто от других глаз...

- Иди сюда, дитятко, - позвала она меня, когда я вошла. Ее голос был тихим, но проникал сквозь пар, словно шелест листвы. - Вижу, волнуешься перед завтрашним днем.

Я кивнула, присаживаясь рядом с ней на лавку. Запах березовых веников и трав успокаивал, но тревога не отступала.

- Семён - хороший парень, бабушка, - начала я, и слова сами собой полились из меня. - Я хотела бы любить его. Но…

- Но что, Алёна? - мягко спросила, ее морщинистое лицо было освещено тусклым светом лампы. - Сердце твое неспокойно?

- Да, - призналась я. - Иногда мне кажется, что я не знаю его до конца. Или, может быть, я сама себя не знаю так хорошо, как следовало бы...

Бабушка взяла мою руку в свои, ее пальцы были теплыми и сухими.

- Любовь - это великая сила, Алёнушка. Она может исцелять и вдохновлять. Но она не должна быть слепой. Ты должна видеть не только то, что хочешь видеть, но и то, что есть на самом деле.

Она посмотрела мне прямо в глаза, и в ее взгляде я увидела не осуждение, а глубокое сочувствие.

- Слушай свое сердце, дитятко. Оно - твой самый верный проводник. Оно подскажет тебе, когда стоит довериться, а когда - насторожиться. Оно подскажет, как лучше поступить, даже когда разум молчит.

Она отпустила мою руку.

- Завтра свадьба на закате. Солнце будет садиться, и вместе с ним уйдет старое, а придет новое. Не бойся перемен, Алёна. Бойся упустить свою судьбу из-за страха или сомнений.

Я вышла из бани, чувствуя себя немного легче. Слова бабушки Агафьи похожи были на слова воеводы. Они все звучали в моей голове.

Слушать сердце. Доверять ему. Завтрашний закат обещал быть не только началом новой жизни, но и моментом истины. И я надеялась, что мое сердце, наконец, подскажет мне, правильно ли я поступаю...