То, что осталось после. Часть 1

Глава 4 Крестовский остров

После изучения карты, капитан велел остальным отвести Сергея в одну из пустующих квартир, выдать белье и все положенные принадлежности, затем показать склад, и местному завхозу по прозвищу бурдюк, чтоб тот поставил его на довольствие и выдал все необходимое. На острове, по его словам, все распределялось поровну, дабы никто не оставался в обиде. Еще предстояло определиться с профессией, ему сказали, что новые руки требуются везде, начиная от свинарников, заканчивая постовой службой и ему дадут выбрать что ему предпочтительней.

Не набирали новичков только в сталкеры, там команда была давно уже укомплектована и слажена, да и брали туда только матерых бывших вояк и бывших представителей внутренних органов, которые умеют обращаться с оружием и имеют хорошую физическую подготовку. Узнав, что ни к тем ни к другим Сергей не относится, ребята развели руками и сказали, что дороги в сталкеры ему нет.

Капитан и Артем Вячеславович остались на месте, им нужно было что-то обсудить.

Они покинули парк и пошли по Крестовскому проспекту, расчерчивающему почти весь остров, к жилому массиву, где находились квартиры.

Как оказалось, прозвища тут имели почти все. Они пришли на замену фамилиям, которые в узком обществе и отсутствии надобности в документах, быстро сошли на нет.

Мишу- сошедшего с холста картины, называли либо Миша богатырь, что было предсказуемо, либо Миша кувалда. Первое он получил благодаря крупному телосложению, а второе благодаря своей профессии. Он был самым настоящим кузнецом, причем еще задолго до того, как мир был разрушен жнецами. Он мастерил кованные винтажные изделия, украшения для фасадов домов, собирал на заказ не дешёвые расписные ворота, устанавливаемые в коттеджах, не бедных людей и получал с этого неплохой доход. Естественно после Армагеддона он продолжил заниматься своим делом и дальше, так как подобная профессия ценилась теперь на вес золота, правда золота за работу ему никто не платил, делал все на общественных началах. Впрочем, как и остальные жители ни получали ни копейки за свою работу, так как деньги исчезли из обихода за ненадобностью.

Миша был единственным на острове профессиональным кузнецом, способным из металлолома сделать конфетку.

В целом мужик оказался довольно серьезным, рассудительным, добрым, но строгим. А в сочетании с именем Миша и надлежащей внешностью, напоминал большого добродушного косолапого медведя, которого лучше не злить.

Миша не воспринимал прозвища и считал это ребячеством, вероятно в силу своего возраста, а было ему уже сорок с хвостиком, поэтому Андрей рассказал все это в пол голоса, стараясь чтоб их не слышали идущие впереди Николай Сергеевич и собственно сам Миша.

Позади всех шел Буч, иногда поскуливая, вертя мордой во все стороны оглядывая незнакомых прохожих, за всю жизнь он не видел других людей кроме Сергея. Наверное, в собачьей голове сейчас происходило нечто подобное что и в голове хозяина.

О себе Андрей рассказывать ничего не стал, обещав поведать свою историю потом. И как оказалось позже, о его прошлой жизни не знал никто на острове, в том числе и сам Андрей. Так, во всяком случае говорили. Широкий шрам на затылке свидетельствовал о серьезной черепно- мозговой травме, произошедшей в прошлом, и вероятной это вызвало потерю памяти. Сам Андрей в этом не признавался, возможно надеялся, что воспоминания всё-таки вернутся, или просто не хотел ворошить прошлое. Ему было гораздо легче начать жизнь с чистого листа, оставив трагические воспоминания прошедших лет где-то глубоко в подкорках головного мозга.

Прозвище у Андрея было простое – конопатый. Все потому, что поздней весной, когда солнце, наконец начинало прорываться сквозь серую завесу облаков, его тело и лицо покрывалось частыми веснушками. Некоторое время он ходил словно чумазый, но затем веснушки пропадали. Даже сейчас, если приглядеться, можно было заметить, как на лице уже начинали проступать редкие крошечные пятна.

Николай Сергеевич, самый старший из всей компании, в прошлой жизни был простым сантехником. На острове его профессия не пригодилась, так как водопровод и канализация уже давно не работали. Но зато он единственный, кто остался жить в собственной квартире. Прозвища никакого не имел, все его просто звали Коля. На вид простой как две копейки, людей подобных ему всегда можно попросить о помощи и те не откажут. К сожалению, такими зачастую пользовались ради личной выгоды, и ещё к большему сожалению, такие люди вовсе не замечали этого и отдавали всего себя любому нуждающемуся.

Но больше всего Сергея интересовал Артем Вячеславович. Дряхлый старик, который чуть, в буквальном смысле, не просверлил его своим тяжелым взглядом, не выходил у него из головы, и Сергей, перебив очередную байку, вылетавшую из уст Андрея, спросил.

- А кто такой этот Артем Вячеславович?

- А это тебе лучше у капитана спросить, - тут же ответил Андрей, - он лучше всех на острове его знает. Я если честно, за все время, сколько тут живу, видел его раза три только. Но человек он странный. Не могу объяснить почему, может потому, что взгляд у него тяжелый. И как правило он молчит и просто слушает. У таких людей неизвестно что в голове творится. Некоторые его даже колдуном называют. Да и много чего поговаривают. Общается он в основном только с капитаном, это вроде его друг старый, а может и не друг, а родственник. Лично я у капитана не спрашивал, а тем, кто спрашивал, он отвечает, что давно его знает и старик этот вроде как очень мудрый, якобы в сложной ситуации ему всегда дельные советы дает. А живет он там, - Андрей махнул рукой в ту сторону, где пропадала длинная линия Крестовского проспекта и продолжил быстро тараторить, - в конце острова, отдельно от всех. Там у него квартира. Чем он там занимается – Бог его знает, - он на секунду затих, - Ну вот почти пришли. По левую сторону у нас жилой комплекс, где мы все и обитаем, а напротив, через дорогу госпиталь, там у нас все как положено, врачи и медсестры имеются, правда с медикаментами в последнее время напряжена. На острове на самом деле тут много чего есть, мы не в каменном веке живем, даже некоторые блага цивилизации имеются, ты думаю сам со временем все увидишь.