Три Африки для Миши и Лизы

Глава 9. Новые навыки

А по ночам к Мише во сне приходила Лиза. Она брала его за руку, и они шли по городскому парку к центральной клумбе с цветами, там садились на лавочку и разговаривали, разговаривали. Лиза рассказывали новости отделения, о том, как опять наряд привозил чернокожих студентов, потом за ними, как обычно, приезжали из деканата. Заместитель заведующего кафедрой устало говорила, что они уже не дождутся, когда эта группа закончит институт.

Потом Миша, распугивая стайку важных голубей, шел к веселой толстой мороженщице, которая выдавала ему два холодных вкусных рожка с ванильным мороженым. Они с наслаждением съедали лакомство, а потом Миша начинал рассказывать о том, что с ним происходило. Лиза слушала с напряженным вниманием, иногда давала советы, иногда расспрашивала, красивые ли девушки Акоко и Яа. Она очень обрадовалась, когда Миша сказал, что Узома и Нгози оказывают девушкам знаки внимания.

После того, когда в одном из снов Лиза спросила, занимается ли Миша физической подготовкой, в маленьком отряде появилось новое занятие. Сначала Миша сам начал утром потихоньку разминаться. Здоровое молодое тело вряд ли прежде знало, что такое отжимание, планка или скручивание, но достаточно легко с задачей справлялось.

Сначала за Мишей просто наблюдали, и в тот же день к нему присоединились остальные парни. Всем очень понравилась утренняя разминка, а неистощимый на выдумки Бомани придумал выполнять упражнения под насвистывание любимой мелодии Миши про Владимирский централ. Не сказать, что мелодия эта была у Миши любимая, она вообще ему не слишком нравилась в его прошлой жизни, но уж очень привязалась эта зараза с недолгих дней пребывания в караване невольников.

Почти сразу предводитель восставших задумался о том, что нужно будет заняться единоборствами. Не сказать, что он был фанатом этого дела и день деньской в своей прошлой жизни тренировал хитрые приемы, но уметь – умел. Хотя бы небольшие приемы на всякий случай можно было показать парням. Эта затея тоже имела большой успех, и все свободное время группа чернокожих мужчин весело пыхтела перед входом в пещеру, осваивая неведомую науку и вызывая неподдельный восторг женщин. Сначала шли отработки приемов, а потом старались в игровой форме применить полученные знания.

Незаменимым аниматором стал Бомани. Каждую тренировку он посвящал какому-то сюжету из мифологии своей народности и обыгрывал его в стиле ярмарочных скоморохов. Конечно, он не знал, кто такие ярмарочные скоморохи, но очень хорошо скопировал манеру, которую однажды продемонстрировал Михаил.

Однажды в охотку тот показал, как богатыри (синонима в африканском лексическом багаже не нашлось, поэтому пришлось обозвать богатырей лучшими воинами племени) защищали принцессу (дочку вождя) от злого Тугарина (получился злой белый человек). На середину лужайки он усадил смущающуюся Акоко. Сам стал играть роль лучшего воина племени, а все остальные, как ужасные белые, должны были выкрасть дочь вождя, используя полученные навыки.

То, что Миша один раскидывал с помощью несложных приемов трех-четырех «белых» было очень показательно, и удивляло парней. Выяснилось, что только целый отряд коварных врагов из пяти человек мог выкрасть прекрасную дочь вождя, которая не очень хотела, чтобы ее выкрадывали, поэтому активно помогала своему защитнику и колотила всех подряд своими кулачками.

С тех пор каждая тренировка заканчивалась мини представлением по мотивам местной мифологии. Иногда Миша в этих игрищах становился существом чируви. У этих существ, очень похожих на людей, разрезанных напополам, всего одна рука, одна нога, один глаз, одно ухо. Громко хохоча над ситуацией, добрые африканские друзья не стали резать своего сэнсея, а только привязали одну руку к телу, а ноги привязали одну к другой. Милостиво разрешили глаза и уши не закрывать. И вот в таком дурацком виде Миша должен был сопротивляться и отражать нападения.

Он умаялся, но перед Бомани и Абубакаром устоять не смог. Остальных победил довольно подлыми болевыми приемами, иначе его имидж бойца слишком сильно пострадал бы. Поверженным врагам он снисходительно пообещал как-нибудь показать такие хитрые приемчики.

Иногда играли в китунуси (а это всегда был Миша) – маленького, но сильного духа, который является при дневном свете. Каждого встречного он спрашивает: «Где ты увидел меня?» По мифам, если человек говорил, что видел издалека, то он оставался живым. Если же говорил: «Вот здесь увидел», то существо его убивало. В модифицированной версии, Миша бегал за разбегающимися друзьями, громко спрашивая, где его видели. С желающими сразиться, бился, а тех, кто говорил, что видел издали, сдавал под охрану Акоко и Яа.

Тогда же Миша, наконец, раскрыл простой прием, с помощью которого смог открыть рогатину. Этот вопрос очень давно интересовал его отряд, и Миша показал несколько простых приемов из арсенала правонарушителей, про которые им рассказывали в школе полиции. Всегда важно знать, какими методами пользуется лихой криминалитет. И тогда любой ржавый гвоздик в обломках деревянной колодки, найденной на месте старой стоянки невольничьих караванов, сможет стать прекрасной отмычкой.

Именно для этого он собрал все сломанные рогатины с места, где оставался Диего со своими людьми после восстания рабов. Рогатины были сломаны, но послужить наглядным пособием еще могли. Все очень надеялись применить полученные знания на практике.

***

Миша и Абубакар считали, что уже можно начинать понемногу щипать караваны невольников. Бывший лейтенант с удивлением делал вывод, что никто никогда раньше не пытался освобождать рабов извне, то есть силами свободных людей. Во всяком случае, так говорили парни. Случалось, что рабы сбегали, случалось, что удавались восстания в караванах, но целенаправленно никто не занимался спасением страдальцев. Видимо, не нашлось организатора, что называется, «настоящего буйного малого».

То, что в целом на континенте давно сложился высокодоходный бизнес по продаже себе подобных, Миша уже понял. Даже его новые друзья поначалу, кажется, были бы не против присоединиться к такой деятельности.