Тропа Надежды. Ловушка для охотника

15. По рукам

Когда буря из эмоций немного успокаивается, я поднимаю голову. Щурюсь на солнце и внимательно смотрю на стоящего рядом мужчину. Ну почему он вот такой, а? Почему не просто обычный чёрный пёс с пушистой гривой? Милый, ласковый, добрый...

Мотаю головой, отказываясь верить в реальность происходящего... Не хочу смиряться с такой несправедливостью! Во рту чувствую горечь, в душе обиду и разочарование…

— Пойдём в дом, — молвит этот…
Ну и как его мне теперь называть, прикажите? Лешим, что ли?

Позволяю мужчине помочь подняться мне на ноги, но затем быстро отстраняюсь. Отряхиваю подол платья от налипших сухих травинок и кусочков земли.
— Спасибо. Но я и сама пока в состоянии на своих двоих ходить, — говорю, видя, что он всё равно наготове держит вытянутую руку, чтобы в любой момент меня поймать. Не пойму, с чего так беспокоится Лютик? Разве похоже, что я могу упасть? — И что дальше? Что теперь будет?

— Надо людей из деревни успокоить, — молвит леший. — Ты, конечно, не должна, но это моя личная просьба. Уважь смотрителя леса. Знаю, о многом прошу, ты и так меня уже раз спасла... Но если мужики сейчас узнают, что без Ягини ещё неизвестно сколько времени лес без присмотра останется, то проблем не оберёшься... Страх, крики, драки, ссоры... А иные отчаянные головушки и вовсе способны в Навь на поиски кинуться, не жалея себя и свои семьи... Поэтому умойся, освежись, подбородок выше и выйдем вместе за калитку. Я тебя представлю.

— А отсидеться по тихому пару дней до очередного открытия портала у меня шансов точно нет, да? Или, может, настоящая Ягиня появится? Кстати, а где она? Надолго ли свой пост покинула? И почему? — грустно, почти не надеясь на положительные для себя ответы, спрашиваю я.

— Про хранительницу Грани нашей тут отдельный и долгий разговор получится. Потом потолкуем. А портал твой... Ещё неизвестно, будет ли это самое открытие. Вчера ночью случилось то, чего уже веками не случалось, — хмуриться… э… Лютик. Пусть остаётся Лютиком. Так чуточку спокойнее…

— А почему бы ему и не случиться вновь, раз один раз был? — не соглашаюсь со скептицизмом волшебного существа. — Я чувствую, что непременно так и будет!

Мужчина неопределённо пожимает плечами:
— Есть у меня одна догадка, почему это произошло... И именно проверяя её, я вчера чуть и не испустил дух в неравной схватке... Если бы не ты...
— Да я ничего такого и не сделала, — отмахиваюсь. — Если уж и кого благодарить, то Пашку. Он самую тяжёлую работу выполнил.
Но на это леший ничего отвечать не стал, лишь как-то загадочно долго посмотрел мне в глаза, что я даже засмущалась. Зато больше свои пессимистичные мысли вслух не произносил. И на том спасибо.

Прохожу в дом, холодной водой остужаю лицо. На цыпочках приближаюсь к окну, что выходит на ту сторону, где собрались жители ближайшего посёлка.

Осторожно выглядываю, так чтобы они не заметили.

Почти такие же грозные и огромные мужики, что Пашку забрали и куда-то уволокли… Пять человек. Оружие за поясом торчит, броды густые, светлые, волосы длинные.

— Так что решила, Надя? Пойдёшь мне навстречу? Выдашь себя за Ягиню новую? — раздаётся голос лешего из горницы.

— Сделаю, как ты просишь, если пообещаешь, что поможешь Павла из плена вызволить, — подхожу ближе, смотрю уверенно, не опуская взгляда.
Жути, конечно, это существо на меня наводит, но куда деваться? Надо непутёвого напарника по несчастью спасать.

Тот делает задумчивое лицо, хмурит брови.

— Обещать, что вызволим, не могу… Но клянусь, постараюсь сделать всё для этого…

— Тогда по рукам, — я потягиваю быстро ладонь.

Кто ж знает этих местных леших, вдруг у них семь пятниц на неделе. Возьмёт и передумает. А так, хоть рукопожатием наш шаткий уговор скрепим. Раньше, если ничего не путаю, такой жест многое значил у моих предков. Может, и в здешнем магическом мире такие же правила.

Пару секунд Лютик с сомнением смотрит на мою руку, но затем вытягивает навстречу свою.

И ладошка моя просто утопает в его огромной горячей лапище. По спине бегут мурашки, и я поскорее выдёргиваю ладонь из захвата.

— Вот только, надеюсь, местные от меня никаких чудес не ждут, — быстро говорю я. — Иначе обман наш раскроется мгновенно…

— Зря ты не веришь, что на чудеса способна, — загадочно молвит леший. — Если бы в тебе ни капли магии не было, то ты, Надюша, не то что яблоко на тарелочке не смогла бы использовать… У тебя бы его даже увидеть не получилось. И о прохождении сквозь грань так же не забывай, как и о моём спасении.

Удивлённо вскидываю брови. Не знаю, что именно имеет в виду Лютик, но говорит явно серьёзно, ни в голосе, ни во взгляде нет ни капли веселья или насмешки.

— Тогда я не понимаю, как эта магия могла во мне оказаться? Я же обычный человек, простой, ничем не примечательный…

— Постараемся позже выяснить причину, а также уровень силы, но пока… — и тут Лютик мне протягивает шкатулку резную, ту самую, в которой средство связи покоиться. — Вот, держи, мужики хотят вопрос задать, посмотреть, куда их отряд сегодня ночью сгинул. Подсобишь им, так и репутацию умелой Ягини себе заработаешь.

Я коробочку-то, конечно, в руки беру, а сама, ума не приложу, каким образом факт катания яблока по блюдцу убедит грозный жителей в том, что я, и есть та самая лесная стражница, хранительница покоя Грани, которую какая-то старушка во сне увидала?

Но если уж сам леший этого леса говорит, что такой демонстрации достаточно будет, что ж… Не буду ему перечить. Надо по-быстрому спровадить толпу со двора да план по освобождению Пашки составить. Домой нам надо возвращаться, и как можно скорее.