Трудовые Будни Великого Героя

КРОКОДИЛ НА ОБЕД

Сегодня ровно три месяца, как я начал вести этот дневник. Зеленомордая поганка сидит рядом, радостно лыбится и зубоскалит. Он выиграл, но нечестно — на его сторону встал мой отец со слишком весомыми доводами. Я так до сих пор и не понял, какого лешего отец поддержал эту затею, но вот — я сижу и строчу.

Вчера, после очередного учебного дня и тренировки, было только одно желание — выпить вина и завалиться на койку. Что и было проделано с неимоверной радостью. Сегодня, правда, побаливала голова, но зато выходной и возможность прогуляться по кабакам всерьёз. Но не дали.

Поганка молча чистил сапоги — он так же серьёзно готовился к выходу в свет. Как сын орочьего посла, он имел определённые привилегии, я, как ближайший друг этого посла, — тоже. Сегодня в наших планах был фешенебельный ресторан, где собиралась городская элита, заезжие гости, послы и все те, у кого в кармане не бывает пусто. Моя семья тоже не из бедных, но я не рисковал ходить в это место. Но в этот раз Роше настаивал:

— Отец собирается провести вечер с какими-то шишками. И как представитель другой расы, я должен явиться вместе с ним. А ты можешь просто увидеть высший свет… Ну, в смысле, совсем высший, — слегка сбился орк. — Может, познакомишься с кем-нибудь…

Я просто махнул рукой. Мне было не по себе. Но я шёл, так как не мог подвести этого поганку…

…Ресторан горел яркими огнями, вокруг сновали толпы людей, разодетых в богатые и не очень одежды. Постоянно подъезжали кареты, лакеи подбегали к дверцам, всё это сверкало, блестело и перешёптывалось.

Мы с Роше были одеты как на парад, но в глубине души (да что там в глубине — под маской вежливости) мечтали свалить подальше, в родные кабаки, где вокруг ровня, молодежь и креплёные вина. Но мы уже стояли у входа:

— Вы среди приглашённых, господа? — вежливо-безразлично поинтересовался метрдотель.

— Да, мы вместе с послом из Горы, — Роше нарочито не называл имён.

Метрдотель проявил толику любопытства.

— Прекрасно. Меня попросили обеспечить вам свободный проход. Вам в третий кабинет.

Кабинет оказался огромной залой, в которой было полно народу. Все расфуфыренные и накринолиненные. Нас усадили недалеко от главы стола, за несколько мест до кресла отца Роше. Было шумно: разговоры людей, музыка, шаги, стулья, тарелки порождали какофонию. Но вошел посол, представитель города и в зале воцарилась тишина. Стало слышно, что кухня находится прямо за стенкой, и там активно что-то шкворчит.

— Приветствуем вас, господа! Званый ужин в честь наших друзей из Горы — объявляю открытым! Да будет наша дружба вечной, крепкой и, конечно, прибыльной! — представитель города поднял бокал.

Присутствующие поддержали, и мы следом.

Дальше началось что-то похожее на обычные посиделки, но без шумных криков, ругани и кидания бутылок. Чинно, спокойно, со вкусом. Иногда люди переходили с места на место, общались, интересовались делами соседей. К нам подсел среднего возраста мужчина с короткой косичкой из тёмных волос:

— А молодежь чего скучает? Неужели старики так неинтересны?

Мы вежливо улыбнулись, но постарались не вступать в дискуссию — даже Роше не очень знал, кто здесь кто, поэтому оскорбить генерала или главного казначея было бы элементарно и очень небезопасно.

— Да, ладно, чего молчите? Думаете, что сын посла и сын благородного фон Прейса могут оскорбить старика? Вряд ли. А если и удастся — сочтёмся. Я думаю, вам стоит дойти до кухни и глянуть, когда принесут главное блюдо. Поговаривают, что в этот раз повара должны превзойти самих себя.

Дядька заинтриговал нас, после чего встал и пошел дальше приветствовать знакомых. Он знал наши имена, даже моё. Он не боялся подтрунивать над нашими соседями. Занятный мужик. Мы решили послушать его совета и, переглянувшись, отправились на кухню.

Кухня была полна запахов, пара, криков и указаний. Она очень напоминала мне дом, где мама с твёрдостью генерала управляла развитием боевого сценария на полотне нового рецепта. Правда, она никогда не экспериментировала с живыми существами, а эти рискнули.

Они притащили на кухню живого крокодила — почти такого, как у нас в пруду, только поменьше и чуток другой раскраски. И теперь пытались его утихомирить, но он брыкался и не давал себя связать окончательно. И в тот момент, когда мы зашли, он наконец смог освободиться.

Повар закричал на подчинённых. Существо очень испугалось. Оно с хрипом вырывалось и щелкало зубами. Поварята и прочая прислуга кинулась в разные стороны, бросая верёвки и кухонные принадлежности.

Ещё рывок, и крокодил соскочил со стола. Дёрганой походкой, хрипя и воя, двинулся к ближайшему выходу. То есть, к нам. А за нами — зал с ничего не подозревающими гостями. В моей голове что-то перещёлкнуло, и я крикнул: