Твоя маленькая ложь

Глава 3

— Вот скажи мне, зачем ты общаешься с какой-то незнакомой пьяной девчонкой? — спрашиваю я, зарывая руки в запутанные каштановые волосы. 

    Дверь бара со скрипом открывается, и мы все с интересом поворачиваем головы назад. В помещение заходят три сотрудника полиции, несколько раз оглядывая всех изучающими взглядами. Макс медленно отворачивается в сторону барной стойки, сосредоточенно всматриваясь в одну точку, максимально изображая вид, будто эта ситуация совершенно не волнует его.

    — Добрый вечер, будьте добры, покиньте заведение, — уверенно проговаривает один из полицейских, продолжая осматривать столики.

    — Если мы сейчас сбежим, ты пойдешь с нами? — тихо спрашивает Макс, наклоняясь в мою сторону.

    — Что? — удивляюсь я. — Но куда? И зачем нам убегать?

    — Просто скажи — да или нет, — шепчет парень.

    — Нет, — со стальной решимостью оповещает знакомый голос. — Она никуда не пойдет.

    Я резко оборачиваюсь и натыкаюсь на Чарльза. Его стальное лицо, полное ненависти и безрассудства слегка пугает меня.

    — А кто ты такой, чтобы решать за нее? — громче проговаривает Макс, вставая со стула.

    — А что здесь, собственно, происходит? — присоединяется друг Макса.

    — Алекс, да все нормально, — успокаивает его Карен.

    — Вам нужна помощь? — обращается один из полицейских к Чарльзу.

    — Нет, благодарю, — говорит он, продолжая устремлять грозный взгляд в сторону Макса.

    — Какого черта ты здесь делаешь? — спрашиваю я друга.

    — До тебя еще не дошло? — удивляется он, с вызовом приподнимая одну бровь.

    — Лилибет, я жду твой ответ, — спокойно говорит Макс.

    Я замечаю, как сильно он сжимает кулаки, костяшки его пальцев белеют. На лице отображаются знакомые эмоции: блеск в глазах, брови опущены, рот плотно сжат в одну линию. Я догадываюсь о том, что он собирается сделать.

    — Прости, — шепчу я, искажая лицо в кислой гримасе.

    Несколько секунд спустя я ощущаю на своем плече теплую ладонь Чарльза.

    — Нет! — выкрикиваю я, но этого оказывается недостаточно.

    Замахиваясь, Макс одним ударом руки вырубает одного полицейского, тот с грохотом падает и прихватывает за собой несколько стульев. В помещении раздается крик девушек, я пытаюсь хватать ртом воздух, чтобы не сойти с ума от происходящего. Но Алекс не дремлет и наносит второму полицейскому неожиданный удар по спине алюминиевым стулом, тот в точности повторяет падение своего напарника. Третий полицейский немедленно достает пистолет, направляя его на нарушителей порядка. Мое сердце продолжает разрываться в бешеном ритме, и я прикрываю рот ладонью, чтобы не закричать на всю улицу.

    — Что вы делаете?!— недоуменно спрашивает молодой полицейский, продолжая неуверенно удерживать в руках пистолет.

    — Отвлекающий маневр, — отвечает Алекс, приподнимая перед собой руки, словно сдаваясь в плен.  — Слышал о таком?

    Я улавливаю взгляд Макса, в его глазах проносится адреналин, уголок его губ приподнимается вверх и через мгновение быстрым рывком он проносится к открытой двери, исчезая в темной улице.

    — Аrrivederci! — восклицает Алекс, перед тем как захлопнуть за собой дверь.

    Через несколько секунд на улице раздается рев скутеров, который практически мгновенно исчезает так же, как и их хозяева. 

     — Меня сейчас стошнит, — проговаривает Карен, прикрывая рот ладонью.

    Я оглядываюсь по сторонам. Нас окружают полуразрушенная мебель и разбитые бокалы. Двое полицейских начинают приходить в себя после нескольких ударов. Один из них с горем пополам хватается за круглый стол, пытаясь опираться на него, третий полицейский приходит к нему на помощь.

    — Я ничего не понимаю, — тихо проговариваю я, хватаясь за голову.

    Мир вокруг медленно пошатывается, перед глазами расплываются предметы. Будто то, что было несколько минут назад и не существовало вовсе. Будто, те мгновения, которые я провела с тем странным парнем — исчезли, испарились, и сейчас я очнулась в суровой реальности.

    — Вы, — говорит Чарли, указывая на Грету и Карен, — живо в машину.

    Спустя несколько минут мы оказываемся в знакомом черном автомобиле Чарльза и молча усаживаясь по местам, пытаемся пристегнуть ремни безопасности.

    — О, нет, мне нельзя домой в таком состоянии, — машет головой Карен.

    — Мне тоже, — Грета морщится, укутывая Карен легкой кофтой.

    Родители Греты немцы, причем ярые католики. Если они узнают, что их единственная дочь надралась на выпускном в сомнительном баре, да еще и в добавок с какими-то мутными парнями, то объявят ей пожизненный домашний арест и мы будем видеться с ней строго по расписанию.

    — Мы вообще-то договорились с тем парнем, что он покатает нас на скутеру по ночному Копенгагену, — еле проговаривает Карен, надувая губы, пытаясь избавиться от приступа икоты. — Поедемте в клуб.