Твоя маленькая ложь

Глава 15

От неожиданности я хватаюсь за лоб, громко выдыхая воздух из легких.

— Ты уверена? — тихо спрашиваю я, опускаясь на корточки, чтобы удерживать зрительный контакт.

— Нет, я не уверена, но задержка две недели и тошнота по утрам и вечерам говорят только об одном, — измученно проговаривает Грета, тыльной стороной ладони вытирая воду с губ.

— То есть, тест ты не делала? — задаю я вопрос в воздух, заранее зная на него ответ и когда Грета отрицательно машет головой, устремляю взгляд в потолок. — Боже, Грета, когда ты успела и главное с кем?!

На ее устах появляется слабая улыбка, словно она проваливается в приятные воспоминания.

Зная Грету более десяти лет, я с уверенностью могу сказать, что она не из тех, кто бросается в постель к первому встречному и даже к десятому встречному она не бросится. Ее родители чистокровные немцы и воспитывают ее в полной строгости, храня свою дочь для идеального брака. Но видимо, что-то пошло не так.

— Сразу после первого отборочного тура с Адамом, — сообщает она. — Я тогда еще не знала результатов анализов, да и терять мне было уже нечего. Хотела сделать это с тем, кого я люблю с пятого класса.

Некоторое время я молчу, зарываясь рукой в волосы. В голове проносятся тысяча мыслей за одно мгновение, и я не успеваю их перебирать. Но ясно становится только одно — Грета больше не участница отбора. 

— Эли, — тихо произносит она сквозь слезы, — я не знаю, что мне делать… — последние слова девушка произносит практически беззвучно, падая лицом в ладони.

Я сажусь на голый кафель рядом с ней, поправляя платье.

— Первым делом нам надо раздобыть тест на беременность, чтобы окончательно подтвердить ее, — твердо говорю я, поглаживая подругу по плечу. — Потом я постараюсь как-нибудь мягко сказать об этом Кристиану, и он инкогнито договорится с клиникой о медикаментозном аборте пока не поздно…

— Нет! — громко восклицает Грета, резко отстраняясь от меня как от врага народа. — Это же убийство человека!

— Я понимаю, тобою сейчас движут эмоции, но ты сама подумай, ты будешь до конца оставаться на отборе, обманывая всех, в том числе и принца? А когда начнет расти живот вернешься домой и что скажешь родителям? Мам, пап, я вам тут в платье наследника принесла, но не престола?!

Грета вновь прячет лицо в ладони, выплескивая все накопившиеся эмоции навзрыд, а я понимаю, что все эти дни поступала эгоистично по отношению к своей подруге детства. Я была занята исключительно своими переживаниями, сблизившись с девушкой, которую знаю буквально несколько дней, совсем не замечая состояния Греты.

Несколько минут мы сидим, крепко обнимая друг друга. Я мягко поглаживаю ее спину и волосы, пока она плачет навзрыд. Ее спина сотрясается от рыданий, а голос продолжает дрожать. В какой-то момент она отрывается от меня, двумя руками вытирает слезы, полностью уничтожая туш на ресницах и устремляет на меня взгляд заплаканной панды, полный стальной решимости.

— Я буду рожать, — уверенно произносит она, продолжая всхлипывать. — Этот ребенок от человека, которого я люблю уже не первый год.

— Хорошо и что ты скажешь родителям? А Адаму? Вы ведь даже не встречались, — обескураженно спрашиваю я.

— Родителям я расскажу все как есть. Знаю, что они меня осудят, могут даже наказать за это, но они меня примут. Они меня примут такой, какая я есть, — проговаривает Грета, хлюпая носом. — А Адам… Я не планировала беременность, но он имеет право знать, а остаться со мной или нет это уже его право.

Я громко выдыхаю, спиной опираясь на стену.

— Спрашивать почему вы не предохранялись, я думаю, нет смысла, да? — подавляя смешок, спрашиваю я, аккуратно вытирая сползающую слезу на ее щеке. На лице подруги появляется едва уловимая улыбка и она смущенно опускает взгляд. — Теперь нам надо как-то добыть тест. Я попробую в субботу сказать Кристиану.

— Боюсь представить его реакцию, когда ты попросишь его купить тест, — Грета подавляет смешок, опуская взгляд вниз. — Я знаю, что Чак, то есть Кристиан поймет. Идея пойти на отбор была не моя, а родителей. Это они хотели, чтобы их дочь хоть чего-нибудь добилась в жизни…

Я натягиваю улыбку, осознавая, что еще не встретила участницу, которая пришла сюда добровольно, а не под давлением каких-либо обстоятельств. Искренний ли отбор после этого? Нет. Собирается ли кто-то что-то менять? Опять мимо. Осознают ли это администрация и сами участницы? Думаю, да.

— Сейчас главное, чтобы администрация не узнала о твоем положении, — констатирую я и встаю с пола, поправляя мятое платье.

— Я скажу, что у меня гастрит, что съела что-то не то, — говорит Грета, вставая на ноги вместе со мной. Облокачиваясь об раковину, она смотрит на свое отражение в зеркале и тут же пытается с помощью слабой струйки воды смыть остатки туши на глазах.

— Только что мы будем делать с физкультурой, если по утрам у тебя токсикоз? — спрашиваю я, поправляя ее прическу.

— Я… я не знаю, — она растерянно разворачивается ко мне.

— Кажется, у меня есть пару идей на этот счет… — таинственно проговариваю я, наблюдая за растерянной реакцией подруги.

— Ты уверена? — все еще сомневается она.