Угра: Кровь И Обреченность

Глава 36. Спасение

Я стояла обессиленной, опустошенной, расстроенной. Мне было грустно, Аэлир отошел дальше сражаться с грибами, извлекая все больше искр, увеличивая их концентрацию до густого звездного тумана.

Меня окутал туман, отгораживая звездную пыль, и словно наполняя меня теплом обездвиженного воздуха и возвращая силы. Тьма перед глазами разверзлась, стало темно, но я чувствовала себя живой, дыхание выровнялось, силы постепенно возвращались, и даже искра Огня разгорелась сильнее ярким Алым Пламенем, которого у себя уже давно не видела.

Я проморгалась, окутавший туман имел в своей взвеси искры звезд, снежинки с разнообразными узорами, лунный свет рисовал инеевые разводы. Я протянула руку, и ледяные цветы мороза начали распускаться белым сверкающим рисунком у меня на ладони. Холод не обжигал, а пах хвоей, спелой земляникой и свежестью лесных трав.

Разве у Бездны был такой запах? Такой теплый, такой... родной и знакомый, мягкий и нежный, как летнее утро в хвойных горах, где журчит ручей, плавают золотые рыбки, на берегах растет много ягод сладких, ароматных, с особым запоминающимся вкусом, а в листве прячутся вкусные грибы, которые можно даже пожарить на костре.

И меня кольнуло воспоминание, будто открылась одна из дверей сознания, впуская воздух и мое прошлое, забытое в новом мире божествования, что мне совершенно не нравилось, особенно быть для всех открытой книгой, которую может читать кто угодно, и влиять на мои решения.

Я стояла посередине библиотеки в Оплоте, высокие стеллажи терялись в темных сводах потолка, я знала, там были книги, еще полок на пятьдесят, но не были видны. Доступ к ним был через отмостки, высотой в человеческий рост, что к ним можно было легко добраться.

Воспоминание о прошлом кольнуло в носу, и у меня потекли слезы. Это было неожиданно и ностальгически тепло. Душа болела от понимания, даже незначительное мое воспоминание бесценно, а тут их пропало неимоверное количество, да что там - практически вся моя жизнь.

Я не помнила этого, и почему-то могла рассматривать с исследовательским духом сейчас, собственным существом. Я прошла вдоль стеллажей, щелкая по корешкам книг кончиками пальцев, ощущая их гладкость лакированной кожи, шершавость ткани, выгравированные узоры, впечатанные буквы, украшения и краску.

Холодное дерево стеллажей не излучало жизни, в отличие от желтых страниц и текста, наполненного чувствами и мыслями. Кладка стен была выложена холодными мраморными плитами, гладкими, отполированными до зеркального блеска. И в углу, на одной из плит была незаметно выцарапана руна древнего языка, не знакомого мне, но я откуда-то знала, это руна из алхимии.

Неужели новая находка тайника, оставленного Апполинарией?

Я попыталась ногтями подцепить плиту через щель, но она не поддавалась... Стоп... Я посмотрела на вполне материальную руку, и вспомнила, чуть ранее мороз рисовал узоры у меня на ладони. Как? Почему у меня снова есть тело? Это сон? Но как можно спать без тела?

- Нажми, - услышала я полушепот детского голоса, с визгливыми нотками прыгающих плазм молний, пробежавших по нижним полкам стеллажей.

Бездна захватила меня и хочет что-то показать? Стоит ли поддаваться?

Однако теплота воспоминания о самой библиотеке Оплота, не давала испугаться, лишь на мгновение задуматься о целесообразности.

"Ладно" - подумала я, поднимая обе руки на уровень плиты, и осторожно, кончиками пальцев уперлась в гладкую поверхность вокруг руны, едва ее касаясь.

Что-то меня укололо и кровь быстро начала заполнять бороздки руны. Когда я убрала руку, испугавшись творившегося, бороздки полностью наполнились моей кровью. Хотя, откуда она у меня? У бестелесной души...

Руна засветилась, я посмотрела на ее свечение, начала разбирать дополнительные ответвления и поняла, рассматриваю драгоценное колье с рубинами. Отшатнувшись, отступила на шаг назад и увидела изображение.

Это было зеркало, но в зеркале стояла Апполинария, как в портрете, но за стеклом было целое помещение, а не двухмерное изображение рисунка.

Осунувшееся лицо сохранило черты былой красоты, но сейчас больше казалось уставшим и изможденным. Блеск в глазах ученого был с налетом легкого безумия.

- Что ты? - спросила я, с непониманием отметив, оно дышит, моргает и даже облизывает губы в нестерпимом желании говорить.

Страшно ли мне было? Нет. Но я вздрогнула, когда зеркало отразило не мой вопрос, а выдало ответ.

- Я отпечаток души, составленный в тайне ото всех.

Она была похожа на загнанного зверька, которому грозила опасность, хищник уже пришел, и от него не скрыться.

- Они... Все они ошибаются.

- Кто ОНИ? - опешила я, услышав вполне осознанную речь.

- Первые алхимики, пришедшие после основания этого дома. Первое здание было не здесь в доме, а на месте, где живет Аэлир, даря ему свою силу и черпая из нас, Хранителей.

- Так, в чем они ошибались? - возвращая ее к более главному, уточнила. О месте жительства Аэлира я догадывалась.

- Они думали, это источник магии. Но... Эту расщелину можно использовать, как источник, но очень быстро искажаешься в творение Бездны. Она скорее уничтожит, чем даст что-то бесплатно, не в обмен на твою жизнь.

- И что же они нашли, по-твоему?

- Не нашли... Пробудили.

- Как можно пробудить то, чего до этого не существовало?

- Они знали, здесь что-то есть. Начали искать, наткнулись на Границу и возжелали получить власть над этой силой. В изысканиях ставили опыты, и привлекли внимание спящего монстра со дна мироздания.

- Бездну они призвали.

- Нет, вовсе нет. Проблема не в Бездне, и не в самом Ничто. Они призвали Древний Голод Опустошения. Эта сущность родилась до Большого Взрыва, который насытил ее энергией для поглощения галактик. Его Рты расположены по всей вселенной, и они поглощают ее.

- Рты? По описанию похоже не Черные Дыры.

- Черные Дыры – это копиры. Они сначала поглощают массу, а потом, насытившись, выбрасывают. Эти же, ничего не отдают, аннигилируя в Ничто. А он, Древний Голод Опустошения, может вобрать в себя все. И он лишь спал. И его разбудили в блаженном неведении, что творят.