Угра: Кровь И Обреченность

Глава 43. Голос из вне

На следующий день, с утра пораньше, я подстраховалась, запрятала в двери ключ от квартиры, чтобы снова не ломать замок и не вызывать службу для вскрытия квартиры. Посмотрела карту, для определения, где оставлю машину, и где ее никто не тронет.

- Ладно, поехали, - я взяла Мняфа на руки, позволяя ему когтями немного впиться с одежду, легко покалывая кожу, не больно, но чувствительно.

Мы спускались на лифте, и я в зеркало смотрела как Мняф положил мне голову на плечо, и его большую спину было легко гладить по всей длине.

- Смотри, какой ты красавец, - улыбнулась, поворачиваясь к зеркалу наполовину боком, чтобы он смог увидеть себя такого соблазнительного и призывающего к глажке.

- Ф-фх, - как-то фыркнул он, лишь скосив взгляд на зеркало, но поглаживаниям не сопротивлялся, хотя редко, когда не хотел, чтобы я пригладила его шерстку.

На улице было холодно, наверное, минус два. Снег лежал ровным сверкающим тонким настом, который еще не успели убрать, мы выезжали еще до рассвета. Снежинки пушистые сверкали в свете фонаря маленькими звездочками. Снег был частично голубой, под фонарем желтый. И тут закружил снегопад, начиная белыми мухами танцевать в столпе света фонаря.

- Красота, правда? – улыбнулась я, скользнув губами по шерсти, приглаживая, расчесывая, с тем вдыхая его неповторимый запах чистого озона и свежескошенной травы.

Каждый раз, ощущая его запах, не понимала, почему от него пахнет травой, если он постоянно сидит дома, не выходя на улицу.

Машина, запустившись удаленно, уже прогрелась, лед с лобового стекла уже стек, оставляя чистые стекла, крышу и зеркала, если он был, конечно.

Мняф большими глазами смотрел на медленно падающий пушистый снег и даже попытался поймать одну слипшуюся снежинку лапами, чуть оттолкнувшись от моего предплечья. Сжав снежинку в лапе, понюхал, но на пумпончике теплой лапки осталась только капелька влаги.

- Разочарование, да? – улыбнулась я, посмотрев, как он внюхивается в лапку, ища следы пушистой снежинки. – В машине будет теплее, не замерз бочок?

Я погладила теплой ладонью его еще не выросшую шерсть на месте, где еще недавно была ужасная рана, которую я прижимала рукой, чтобы он не истек кровью.

- Ф-ф, - выдал он, снова положив свою голову мне на плечо, смиряясь с ситуацией и невозможностью поймать снежинку в том виде, в котором она падает.

- Поедешь рядом, - предупредила его, высаживая на соседнее с водительским кресло.

Мняф послушно сел, провожая взглядом, как я закрываю дверь. Обойдя с другой стороны, открыла водительскую, и садясь в кресло, посмотрела, как он, успокоившись, укладывается клубочком на кресле, пряча под длинным пушистым хвостом нос.

- Здесь не так холодно, - улыбнулась я, потрепав его по пушистому загривку, но поймав желтый осуждающий взгляд, погладила его по спинке.

Откинувшись назад, достала любимое одеяло Мняфа и накинула его на часть кресла.

- Вот, можешь под него спрятаться, будет уютно и тепло, - предложила, а когда Мняф улегся на одеяло, накрыла его другой частью, даря ему тепло, темноту и комфорт.

И большие расширившиеся зрачки, в окружении светящихся желто-зеленых глаз, было более, чем благодарностью с его стороны.

Пристегнувшись, мы поехали. Машина шла ровно, тихо, и для чувствительных ушей Мняфа, должно было быть вполне комфортно, не особенно громко. Снега на самой трассе не было, лед еще не успел образоваться, а летящие снежинки не перекрывали обзор, до метели было далеко.

Снег падал медленно, тихо, но дорога стала мокрой и черной. Машины впереди пылили грязью, пачкая нас, но я старалась выбрать полосу, где не было впереди идущих машин, что избавляло от лишней грязи и помех.

Мняф устал лежать, дорога была длинной, и начал метался по салону, благо хоть не мешал вести. Не прыгал на руки, лишь переходил на заднее сидение, вытягивался там во всю длину, валялся, крутился, поднимался на задние лапы, передними вставая на подлокотник, смотрел в окно, но однообразие явно навевало скуку. От этого он быстро уставал, снова вытягивался на заднем сидении, или возвращался на переднее скрутиться клубочком, прикрыв хвостом нос.

Я в это время слушала музыку, подпевала, на что Мняф смотрел с некоторым презрением, как мне казалось, но подумала, было бы весело, если бы он подпевал.

- Мняф, давай, подпевай, - задорно воскликнула, продолжая внимательно смотреть на дорогу.

Трасса уже заканчивалась, нужно было свернуть, но Мняф начал подпевать, я посмотрела на него, и пропустила поворот.

- Ну вот, - расстроилась я, когда навигатор перестроил маршрут немного в обход, на что мы должны были бы потратить времени на полтора часа больше.

Откинув неприятные мысли, говорящие, это знак, и мне совершенно не стоит туда ехать, но я очень хотела увидеть Оплот, возможно, смогу что-либо вспомнить или найти то удивительное, странное гибридное существо. Почему-то мысли о нем, приносили тепло.

В итоге, к месту стоянки, где меня встретил палаточный городок, мы подъезжали с другой стороны. Однако доехать не успели, Мняф странно завыл, когда выехала на широкую глиняную дорогу, посыпанную щебнем. Место, где мне помог велосипедист, отставший от гонки, и доставил к их дежурной скорой, и где Мняфу оказали необходимую помощь, так как я настаивала, чтобы помогли и ему, было много дальше. Но Мняф метался, орал, пищал, выглядывал в окно, попытался забраться в багажник, и мне пришлось остановиться и обратить на него более пристальное внимание.

Остановившись, посмотрела на Мняфа, он стоял на сидении рядом и лапами упирался в окно, а посмотрев туда, увидела целую машинную дорогу, с зеленой мшистой тропой посередине. Это выглядело очень странным, так как дорога казалась накатанной, а мшистая тропа зеленела, виднеясь издалека, и словно расцветала золотыми искрящимися цветами, выпускавшими звездную пыль.

- Неужели, нам туда? - с сомнением спросила, ни к кому конкретно не обращаясь, но Мняф завыл.