Универсальный саквояж мадам Ренар: Троянский слон

Глава 8, в которой все кончено

Машина Юферова двигалась по маршруту передвижений Троянского слона. Капитан ехал брать Летнего. Березкин сидел рядом с ним.

– ...но чисто по-человечески! – у Льва все тряслось в животе, но он упрямо верил в чудо. – Чисто по-человечески! Сергей Яковлевич! Чисто по-человечески, а? Ну не верю я, что вас все это устраивает! (От нервов Березкин не выбирал слова, наплевав, что картавит). Скажите мне правду, пожалуйста. Скажите правду, Сергей Яковлевич!

Юферов делал вид, что не слышит.

***

Дрон-танк проехался по горкам из камней, спустился по травяному склону и взлетел. Летний отскочил за гору мусора и пригнулся – за три дня, проведенных на свалке, уже привык. Горы мусора неплохо сходили за брустверы. Федор дождался, пока дрон-танк отлетит подальше. Утопая ногами в проседающей почве спустился на дорогу. Место было открытым, укрыться негде. От гула в небе он не мог слышать, как военные за мусорными фортификациями перебегают с места на место. Как щелкают затворы, готовясь открыть огонь. Военные ждали только сигнала. Федор Летний спокойно поднимался по слякоти к Троянскому слону.

Теперь не спешить. Только не дергаться и не спешить.

В этот момент Лев его и увидел.

– Теодор, нет! – заорал он, высовываясь из окошка автомобиля капитана. Сорвал голос, но не все равно орал: – Теодор! Стой! Не двигайся!

Но его превосходительство не слышал.

– Стоять! Летний, стоять! – кричал капитан Юферов, приоткрыв дверцу. – Стой, стой!

От выстрелов заложило уши. Военные со всех сторон открыли настоящий огонь по Троянскому слону.

Летний прыгнул в кабину на ходу – в последний момент. Дверцу закрыл, хотя и грохнулся на пол. Экран бортового компьютера был непритязательно черным. Но вдруг он заморгал, фон стал голубым, иконки пропали и не осталось ничего, кроме цифры «десять». Которая быстро стала цифрой «девять». Летний нажал на одну клавишу, на другую, повозил пальцем по тачскрину – ничего не изменилось. Внезапно включился саундтрек из любимого фильма ПТ – «Гостья из будущего». Летний знал эту композицию: «Гибель робота Вертера».

Восемь. Семь. Шесть.

Было слышно, как снаружи съезжаются машины, слетаются дроны и геликоптеры. Лидеры разных государств прибыли на место событий, несмотря на то, что это нарушало все международные договоренности.

Мир рушился окончательно. На этот раз все было кончено.

Пять.

Музыка продолжала играть.

– Встаньте в круг... – послышался Голос из динамиков – строгий и печальный.

От шока Летний даже не сразу понял, что это все еще саундтрек.

– В круг вставать не надо, Федор Николаевич, – вмешался голос ПТ-2. – Моя программа выполнила свою задачу. Через несколько секунд она исчезнет. Я исчезну. Никто не пострадает. Никто ничего не докажет.

В этот момент снаружи происходило вот что. Стрельба продолжалась. Гофрированные ноги слона подогнулись, он медленно осел на колени и остался в таком положении. Гофрированный хобот, бывший шланг от цистерны-ассенизатора, опал на землю. Уши, бывшие параболические антенны, поникли.

На экране бортового компьютера зазмеились беспорядочные цветные линии. Потом он погас.

– Петя, – хрипло произнес Летний. – Петя...

Больше он не смог ничего сказать. Все-таки вынул ставшие бесполезными две платы. Сидел молча и только изредка подносил руку к глазам. Пока, наконец, не послышалась возня, глухой удар в борт, еще один, еще... Кто-то снаружи пытался открыть дверцу кабины Троянского слона.

Это был Лев Березкин. Грязный, мокрый от дождя, благоухающий помойкой.

– Вот вы говорите, чисто по-человечески, Березкин, – послышался далекий голос капитана. – Чисто по-человечески я бы выслал его в отдаленные районы Сибири. Это можно устроить. Знаете, почему я этого не сделал? Опасаюсь, что он и там устроит какой-нибудь дикий цирк. Выходите, гражданин Летний. Будем разбираться.

***

– Факты? – допытывался капитан Юферов. Он даже из машины не вышел: все ближе слышался вой полицейских сирен. – Только факты. Какое отношение к вам имеет Троянский слон?

– Почему Троянский слон, Сергей Яковлевич! – удивился Федор Летний (у них на лицах мелькали синие отсветы мигалки). – Простой фрагментированный гофрослон на чебышеходах Янссена. Школьный проект. Я дал детям попользоваться свой домашний робот. Он просто не мог сознательно сделать ничего из того, что вы говорите. Физически не мог.

– Не вешайте мне лапшу, Летний. Вы же не хотите сказать, что это все случайно!

– Сергей Яковлевич, вы же умный человек. Это обычный картофелемет, только большой. Его дети собрали. Посмотрите ролик на ютубе.

– Я видел этот ролик. У этого робота прототип Большая Берта! Один из первых образцов сверхтяжелого артиллерийского оружия. Там компьютер!

– Я не очень разбираюсь в военной технике, – Летний поскреб почти трехнедельную рыжую щетину, – но тут как минимум нужен, э-э-э, модульный преобразователь. Ну, сами подумайте. Робот-пацифист? Утопия. Это даже не научная фантастика. Мы же с вами живем в реальном мире, да, Сергей Яковлевич?

Юферов вышел из машины. Побродил туда и сюда, провожаемый драматическим взглядом Березкина. Поковырял носком туфли то, что было у него под ногами. Сел на кучу мусора, вытер лоб рукавом и жестом подозвал к себе Летнего. Тщательно обыскал. Залез ему в задний карман джинсов, вынул оттуда две маленьких платы и затоптал их в мягкую, проседавшую под его весом, «почву» помойки.

– Что, по-вашему, я должен записать в рапорт? Вышедший из строя робот случайно развязал войну? Совпадение? Не думаю.

– Вы же сами сказали: только факты, – развел руками Федор Летний.

Три полицейских джипа добирались до них через горы мусора.

Летний вспомнил арест «мадам Ренар». Бежать, как это сделал семь лет назад переодетый мсье, было бессмысленно и некуда. Федор вздохнул – и послушно протянул руки полицейским.