В чужой мир без бонусов

Глава 15. Доверие. 15 августа.

Я уснула с мыслью о побеге и с нею же проснулась. Боли не было, зато появился страх. Липкий, черный, лишающий воли.

Я не испытывала даже малой доли его, когда на меня напал Ризед. Злилась, ненавидела, опасалась, но не боялась. Даже когда видела белые полоски на шее и трогала тонкие шрамы, даже тогда не испытывала страха. Знала, что мой обидчик на свободе, разрывалась между желанием отомстить и держаться подальше, но не боялась. А все потому, что то зло имело лицо. Конкретную и вполне смазливую физиономию.

Неизвестное же пугало. И поняла я это утром после отравления, когда мне принесли еду.

– Я не голодна, - пробормотала, отодвигая поднос. Кружка с горячими камнями вызывала такое отторжение, что захотелось, чтобы ее немедленно унесли из комнаты.

– Ты должна есть, - нахмурился Стефанис. - Шатт придет поговорить. И Старх.

– Я не могу, - неправильно показывать свою беспомощность мальчику, который почти вдвое младше, но я пребывала в состоянии весьма близком к панике и не находила сил его скрыть. - Не могу…

Стеф все-таки взял кружку, сделал большой глоток и осторожно протянул мне. А я подавила желание вжаться в стенку. Лишь помотала головой - отчаянно и быстро.

– Не надо!

Стефанис вздохнул, покосился на дверь, словно ища у нее помощи. Пробормотал на местном:

– Боишься. Понимаю. И ничем не могу помочь. Аграй сказал, что то, что нормально для меня, может стать отравой для тебя…

Потом произнес на английском:

– Горячая вода? Я принести.

– Да, - кивнула с поспешностью.

Стефанису я доверяла. И верила, что он понимает мои опасения и проследит, чтобы ни у кого не было доступа к напитку.

Стеф вышел, и его место занял помощник Аграя - молодой парень, который ухаживал за мной после нападения Ризеда. Он смотрел на меня с любопытством и легкой опаской. А я подобралась, готовая отбиваться, если Леттию придет в голову на меня напасть.

Стефанис вернулся быстро. И не один, а в компании Шаттера и Старха. Оба выглядели не лучшим образом, кажется, поверенный даже похудел, отчего его массивный нос казался еще больше.

– Стефанис сказал, ты считаешь, что тебя отравили, - сказал Шаттер и, пока Старх переводил, огляделся. Видимо, пытался найти скамью. В итоге махнул рукой и устало опустился на соседний топчан. Леттий тихо выскользнул из комнаты.

– Кто приказал принести еду? - спросила тихо.

– Я, - ответил маэрд, не глядя на меня. Он оперся локтями о колени и уставился на сцепленные пальцы.

– Мне стало плохо сразу после того, как я выпила напиток. И он показался мне не таким как раньше. Как будто слишком крепким…

– Аграй не нашел яда, - Шаттер все также избегал смотреть на меня, а мне вдруг стало очень важным, чтобы взглянул. Страх, почуяв мою слабость, высунул пасть и облизнулся.

– Вы проверили напиток?

– Нет, его случайно разлили.

Случайно… Или нет?

– Тогда откуда уверенность, что яда нет?

– Аграй обследовал тебя.., - начал говорить Старх и замялся.

Не хочет говорить про вживленный артефакт?

– В нашем мире людей обследуют иначе, - сказала я, пытаясь поймать взгляд маэрда. - Берут анализы, изучают их…

– У нас другие методы, - ответил снова Старх, - лекарские артефакты. Вон они - на столе. По ним видно все, что происходит в организме.

Я бы поверила. Но было несколько «но». Во-первых, Аграй говорил про «крошечный вживленный артефакт», которого я мысленно окрестила «чипом». И сканировал он его во вполне определенном месте на моем правом плече. Во-вторых, Старх нервничал. Его крупный нос чуть покраснел от частых прикосновений. И Шаттер не смотрел мне в глаза.

Обманывает? Считает обманщицей меня? Или есть иная причина?

На остальные вопросы я отвечала рассеянно и почти бездумно. И обрадовалась, когда появился Аграй со словами «девочке необходим покой и лекарства».

Покой мне точно необходим. Подумать. Мне очень нужно подумать. Правда, сделать это не вышло - после укола я почти сразу заснула.

Следующие несколько дней прошли как в тумане. Я просыпалась, отказывалась от еды, принимая лишь горячую воду от Стефаниса, которому верила безусловно, или Аграя, которому пришлось довериться усилием воли. Шаттер показал принести мне переносной визор для артефактов. Тот не создавал иллюзии полного погружения, скорее дополненной реальности, но и это спасало. Я окуналась в чужии истории, забывая о реальных проблемах.

Я не ела шесть дней. При мысли о еде живот скручивал болезненный сухой спазм, а при виде ее - накатывала паника. Настоящий животный страх.

Сознание разделилось - почти как тогда, когда на меня напал Ризед. Самое настоящее раздвоение личности, правда, обе личности существовали одновременно и вполне были осведомлены о наличии друг друга.

Одна часть меня была рада вяло течь по течению. Прихлебывать горячую воду, смотреть артефакты и слабо улыбаться Стефанису и Шаттеру. Именно эта часть испытывала иррациональный, животный страх перед едой.

Вторая часть била тревогу. Ей не нравилось само наличие первой личности, и я смутно осознавала, что именно эта - вторая часть - была моей изначально. Она ужасалась тому, как я ослабла. Тому, что в принципе даже не испытываю голода, вполне обходясь горячей водой и витаминизированным составом, который мне ежедневно вкалывал Аграй. Вторая личность требовала действовать. Взять себя в руки, начать собственное расследование. Или сбежать. Например, поселиться в том охотничьем домике, который мне показал охотник Пьер. Он совсем рядом с аномальной зоной, можно сторожить порталы там…

На седьмой день Шаттер привез целителя из дворца.

– Если бы не приказ властителя, я бы ни за что не притронулся к иномирянке, - ворчливо бросил он, едва войдя в комнату.

Я смотрела на него, Старха и Шаттера сквозь очередную иллюзию и лениво раздумывала, нужно ли снимать «абажур». Так я называла визор. Произносила название на русском, чем очень веселила Стефа - ему нравилось и забавное мурчащее звучание слова, и значение.