В переплете Книги Знаний

Глава IX

То, что порт близко, Гаузен понял задолго до него. Пристанский воздух напоминал тухлую селедку, которую ему клали в кашу в монастыре. Однажды он целый день чистил на кухне рыбу, и его нос надышался настолько, что ничего кроме этого запаха он не ощущал целых два дня. Впрочем, в воздухе витало кое-что еще. Веселая песня, разудало распеваемая слаженным хором.

Уже на корабле стало ясно, что голоса принадлежат матросам, лихо отплясывавшим на палубе и мачтах:

Мэри давно хочет

В плавание уйти.

Днем или темной ночью -

Мэри как всегда в пути.

Сможешь ли возвратиться 

И прекратить мечтать

О золоте, что искрится?

Мэри, не хочу я ждать!

Постучавшись в дверь, дождался.

Постучавшись в дверь, пытался.

Постучавшись в дверь, вернулся.

Мэри, выйдешь за меня?

Став пиратом Мэри,

Грезит клад найти.

В море сильный ветер -

Мэри как всегда в пути.

Чуешь ли ты сирену

И волн седую прядь,

Мрачный дождь вдали и пену?

Мэри, не хочу я ждать!

Мэри, став морячкой,

В шторм не смогла спастись -

Впала средь рыбы в спячку,

Мэри на своем пути.

Встретить ее я так ждал,

Видеть лица овал.

Моя любовь на дне -

Не вернется уж ко мне!

Неизвестно, были ли в запасе у матросов еще куплеты или новая песня, так как из рубки на палубу вышел длинноволосый крепко сложенный мужчина в зеленом камзоле. Его лицо раскраснелось от гнева и он, силясь перекричать хор, схватил ближайшего матроса за рубашку и заорал ему в лицо: Кто такая Мэри, и где она живет - плевал я на самом деле, безголовый идиот! А ну все заткнулись!

- Это капитан Настар, - шепотом представила девушка морского волка.

- Вижу, что ему больше тридцати пяти не дашь, - согласился юноша, не до конца разобравшись с именем хозяина корабля.

- Ты опять не слушаешь? – возмутилась девушка.

- Я просто вспомнил одну поговорку: Если хаслин говорит что у него нет денег, значит, либо он врет, либо недоговаривает, потому что припрятал у себя драгоценные камни, - поделился народной мудростью Гаузен и пояснил:

- В смысле, не стоит сильно доверять хаслинам.

- Он что, не нравится тебе, потому что хаслин? – пристыдила его Лин.

- Да нет же, почему? – не согласился юноша. - У меня был один знакомый торговец на ярмарке. Он был родом из Хаслинии и очень хорошо ко мне относился. Почти не замечал, что я беру у него фрукты, а когда замечал, то далеко не гнался. Так, только для вида.

- Ты же говорил, что ничего не крал… - напомнила ему девушка.

- Ничего крупнее яблока! – уточнил Гаузен. - Если тебе удавалось продержаться на монастырской похлебке, значит, вас в Альдории кормят лучше нашего.

В это время Настар прекратил распекать свою команду и, все еще недовольный,  приблизился.

- Вот что значит – долго стоять в порту! – сердито пожаловался капитан. – Одна часть команды распустилась, другая – разбежалась, а на замену ничего лучше шайки бродячих артистов подыскать не удалось! 

-  Мы тут говорили о тебе, Настар, - обратилась к капитану девушка настолько приветливо, что Гаузен сразу невзлюбил его. - Ты напоминаешь моему спутнику его одного хорошего знакомого. Это Тален, мой наставник, - быстро произнесла девушка, не дав Гаузену представиться.

Гаузен сначала хотел было возмутиться, что ему присвоили чужое имя, но потом вспомнил, что под его собственным его могут разыскивать, и молча поблагодарил девушку за находчивость.

«Вчера я был в гостях у мертвеца, сегодня ношу имя покойника, страшно подумать, что же произойдет со мной завтра?» – невесело подумалось юноше.

- Не слишком ли он молод, чтобы учить тебя? – поднял бровь капитан.

- Нет, просто с самого раннего детства мы обучались разным наукам, - объяснила Лин. - Я разбирала древние летописи, а он познавал историю Велитии. Таким образом, он знает много того, чего не знаю я. И постепенно делится всеми своими знаниями со мной.

- Да я просто из вежливости поинтересовался, - успокоил хаслин, поймав настороженный взгляд Гаузена. – Ваш орден уже оплатил путешествие, а как говорится в одной нашей поговорке - после сделки не торгуются. Мы скоро отчаливаем, так что займите свою каюту, - предупредил капитан и удалился для выполнения своих непосредственных обязанностей.

Гаузен неодобрительно проводил капитана взглядом, а потом, придав своему внешнему виду должную непринужденность, обратился к Лин:

- Если я тебя стесняю, то могу заночевать в трюме.

- Ну уж нет! Ты там украдешь что-нибудь, а мне опять отвечать, - насмешливо возразила Лин, и юноша понял, что она уже почти перестала сердиться на него. - Пошли, - махнула рукой девушка по направлению к каюте.

- Что ты ему там наговорила? – уже внутри спросил Гаузен.

- Тален был моим наставником долгие годы. В последнее время он искал Книгу Знаний, а потом меня послали в Велитию ему на помощь. Мы были близки… Близки к находке, но нас напали разбойники. Мне удалось чудом спастись, - тут девушка замолчала. Было заметно, будто она снова, как наяву, переживает гибель друга.

- Тем же чудом, что ты ушла от них во второй раз? – попытался отвлечь девушку от тяжелых воспоминаний Гаузен. 

- Нет, это совсем другая история, - вернулась к разговору Лин. Похоже, что девушка не очень горела желанием вспоминать и об этом случае. -  Настар не мог быть знаком с Таленом. А то, что я взяла с собой неизвестно кого на корабль, могло бы привести к ненужным подозрениям или даже пересмотру договора.