В поисках волшебных книг (отзывы)

“Вернуть Эву” Георгий Трегуб и Ирина Валерина

Сердце бьется на три четверти,

Что ж вы, черти, круги чертите?

Возвращаясь по ним

Одной нитью быть связанным.

Не одним, так другим,

Не рабом, так обязанным.

На слова ответь дыханием,

Светом утренним израненным.

Все как будто не так,

И открытое - заперто.

Перепутала, видно, цвета

Свои радуга.

«Пикник» - Сердце бьется на три четверти

«Вернуть Эву» - мистическая повесть-триллер Ирины Валериной и Георгия Трегуба.

Название

Джейн: Категоричный, бескомпромиссный глагол в названии. Эва, кто бы она ни была, нужна, и вернуть её необходимо.

Название коротко, но цепляет сразу. В нем и конфликт, и загадка. Кто она, что произошло, зачем возвращать.

Сказать, что подходит, значит, не сказать ничего. Уместно, даёт читателю красивый намёк и отражает самую суть.

Скарлетт: Абсолютно согласна с Джейн, и мне тоже нравится конфликт в названии, оно прекрасно подходит для триллера. Кто-то дорогой герою пропал, его необходимо вернуть. Это сразу цепляет. Как, кстати, и обложка, отлично подходящая по жанру. Вот аннотацию я бы поругала – длинная, не слишком информативная. Но благодаря названию и обложке, на неё смотришь уже не так внимательно.

Сюжет

Джейн: В кои-то веки выбрались отдохнуть озеро, провести выходной вдвоём. И вот супруга зашла в магазинчик и что-то не спешит выходить.

Ты тоже заходишь в магазин поторопить её и не обнаруживаешь жены. Расспрашиваешь продавца, тот клянётся, что жена ушла на пляж.

Ошарашенный, идёшь искать. Проходишь через луг, отскакиваешь от здоровенной псины по имени Керби, добираешься до пляжа. Смотришь, как к берегу озера причаливает странная лодка, с очень странной пассажиркой и тушей оленя. Жены нигде нет, никто не видел её, твою Эву. Может быть ты просто перегрелся?

Снова вернувшись в магазин и насев на продавца, Герой получает уже другой ответ – Эва отправилась в Город. Какой город, зачем? А в тот, в который отправляются все.

Выбора нет, жену надо отыскать, и вот, начинается путешествие сквозь провонявший тухлятиной лес, через шахту к станции поезда, а оттуда к Городу. Нигде нет и следа Эвы, но надежда есть, строго говоря, кроме неё ничего нет. Надежда, вера и любовь ведут мужчину через препятствия.

Он добирается до Города, и его реальность крошится как стекло под каблуком.

Мерещится ли? На самом деле происходит?

Кто жив, кто погиб, кто кого на самом деле возвращает?

История делает резкий поворот вокруг своей оси, на какое-то время кружа голову и дезориентируя читателя. И пока ты приходишь в себя, оказывается, что авторы сыграли с тобой и на самом деле все совершенно не так. Ты путаешь звезды с их отражением на поверхности пруда, и принимаешь за реальность страшный сон.

Этот момент дезориентации и последующего осознания обрушивается на читателя как ведро холодной водички, бодрит, шокирует. Возникает желание резко выдохнуть и постучать зубами.

К стыду своему я доперла до мифологической основы истории только при обсуждении прочитанного. До этого было какое-то смутное ощущение, что-то пропущенное и важное на задворках сознания зудело. А потом – ба-бах, это же Орфей с Эвридикой. Позор на мои седины, я чуть не упустила.

На самом деле для более внимательного читателя мозаика складывается достаточно быстро. Намеков авторы дают порядочно, начиная с имени героини и клички собаки и вперед, только успевай находить.

Что круто, здесь не просто пересказ на новый лад, здесь своя постройка на классическом фундаменте. Эклектика и импровизация, переосмысление и сохранение самых удачных черт изначального.

Скарлетт: Это был мёд. Сейчас пойдёт дёготь, а именно структура сюжета, она же композиция. Здесь у меня два замечания (у Джейн одно).

Моё замечание первое: начало. Я не могу сказать, что оно скучное – слава богу, писать авторы умеют, и затягивают в текст описанием героев и языковым мастерством. Но – мы читаем про (та-дам!) обычный день. Герой рассуждает о рутине, о том, что долго не выбирался на природу, жена обделена вниманием, тра-та-та… Всё это, конечно, близко читателю: у нас у самих такой рутины хоть отбавляй. И почему я, спрашивается, должна об этом читать? Причём, достаточно долго для повести. Конечно, такой приём обожают все авторы, он же прекрасно вводит экспозицию («Герой в его типичной среде обитания») и не заставляет автора сильно напрягаться. Я понимаю, что в данной повести это один из способов игры с читателем. Но даже рутину можно описать интереснее. Так, чтобы с первого абзаца сердце ёкнуло. Авторы по уровню владения писательским мастерством это могли бы. Но не стали.