Ведьма и столичный инквизитор 2

Глава 10

Теяна

В углу, у очага, свернувшись калачиком, дремал… Берни. Как-то подозрительно, что Эшфорд зашел без приглашения, да еще и козла моего домой завел. Внутренности скрутило узлом.

В руках у Эшфорда было то, что я надеялась никогда не увидеть так близко. Небольшой, изящный браслет из переплетенных серебряных нитей с крошечным, пульсирующим тусклым светом кервальских кристаллов. Браслет был направлен в сторону Берни. И по мере того, как Блэкторн медленно водил им в воздухе, камень отзывался тревожным свечением. Это конец. Я пропала.

Как ненавистен был мне сейчас этот маленький камешек, мерзкий свет которого стольких погубил. Безошибочный индикатор магии в моем доме. Случись это прежде моего признания – решила бы, Эшфорд пришел проверить меня.

— Хотел рассмотреть его повнимательней, — голос Эшфорда прозвучал глухо, без единой нотки тепла. Он даже не посмотрел на меня.

Холодный ужас пополз медленно по спине.

— Кого? — выдохнула, все еще надеясь, что это какое-то страшное недоразумение. Может, он нашел какой-то другой источник магии? Может…

— Человека, судьбу которого мог бы повторить, — мужчина наконец поднял на меня взгляд. В его серых глазах не читалось ничего, кроме разочарования и ледяной ярости.

Я онемела, не в силах разгадать, куда он клонит.

— Твоего жениха, Теяна. Бернарда, — инквизитор произнес имя отчетливо, отчеканивая каждый слог, как приговор. — Станешь отрицать? И как я сразу не догадался? Видимо, правильно говорят, что красота женщины застилает глаза мужчине, и даже умный становится дураком…

Инквизитор поднялся, отложив браслет на стол. Его движения были плавными, усталыми.

Боюсь подумать, как он разочарован.

— Послушай, Эшфорд, — я сделала шаг вперед, мои пальцы бессильно разжались, корзинка выпала, и морковка рассыпалась по полу. Сверток с пряжкой инстинктивно прижала к груди, как щит.

— Насколько ты обиделась на Берни, когда он бросил тебя перед свадьбой? — перебил меня инквизитор, его голос зазвучал громче, с опасной интонацией. Он подошел вплотную, заслоняя собой свет, льющийся из окна. — Настолько, что готова была мстить? Превратить его жизнь в ад? Сделать его посмешищем? Лишь бы он не нашел своего счастья в объятиях другой девицы? Не находишь это совсем низким? Ты не только любви его лишила. У него был дом, мечты, семья…

Из его рта, как из рога изобилия, сыпались вопросы и обвинения.

— Да, я обиделась сильно, — чувствуя, как предательская дрожь подкашивает ноги, я призналась. Голос мой звучал слабо и испуганно. — Ведь была уверена в нем, отдала ему свою девственность, а он бросил меня. Но если ты считаешь, что я…

— О, то есть девственность достаточно веский мотив, чтоб из мужика здорового и молодого вот это сделать? Обиделась она! – Эшфорд кипел от ярости.

А мне было безумно обидно. Если пришел ко мне, то не слушаешь почему?

— Выходит, я ошибся в тебе, Теяна. Не такая уж ты и безобидная ведьма, — Блэкторн горько усмехнулся. — Так отомстить… Это даже не месть. Это садизм. Ты же убийца. Чем Лиреи лучше-то?

— Ты все не так понял! — Вырвалось у меня. Попыталась схватить его за руку, но инквизитор резко отшатнулся, как от гадюки. — Дай же мне объяснить!

— Убийца не только тот, кто, как маньяк, убивает невинных девушек, но и тот, кто лишает жизни, превращая в чудовище.

Теперь и с Йоргеном меня сравнил. Закончится уже это представление или нет?

— Может, все же тебе близка позиция Лиреи, что людей в чудовищ превращала? Может, ты и сама не прочь поиграть в богиню, вершащую судьбы? — Продолжил мужчина, не оставляя мне даже мгновения, чтобы ответить. Его слова били, как молотом.

— Как ты можешь так говорить? — Прошептала в ужасе, улучив момент. — Ты же знаешь! Ты сам видел! Я пыталась помочь тебе в расследовании! Это я сняла амулет с пастуха Карела! Я рисковала жизнью!

— То есть других ты обвиняешь? — Инквизитор фыркнул. — А в своем глазу соринку не видишь. От одной погубленной жизни все равно не откупишься, Теяна. Ты сотворила зло, пускай и сама этого не признаешь. Ты превратила бывшего жениха в козла только за то, что он не принял твою природу. Таких, как ты, всегда сжигали на костре… за дело.

Последние слова повисли в воздухе, звенящие и смертельные. Кажется, их он сказал все же случайно, на эмоциях. Перед глазами поплыли красные пятна. Мне стало так дурно.

Он… он действительно видел во мне мрак. Ведьму, которую нужно уничтожить. Страх, острый и первобытный, сжал мне горло. Я посмотрела на Эшфорда в отчаянии, ища, куда же спрятался тот мужчина, которого люблю. Не мог он вовсе исчезнуть.

На суровом, окаменевшем лице все также горели праведным огнем серые глаза. Но в них я не видела искорку юмора. Все, что было между нами, было перечеркнуто отныне вскрывшимся секретом. Значит, так и кончилась наша любовь?

— Нет! — Закричала я, отступая к стене. — Я не превращала его! Это не я! Я взяла Бернарда к себе из жалости, чтобы хоть чем-то помочь и чтобы хоть кто-то о нем заботился!

— Ты искупала вину. Вот и все.

— Послушай, не веди себя как чурбан. Я же сказала, что хотела заботиться.