Ведьма на час 2. Дракон обмену не подлежит!

Глава 7

Воздух в избе стал плотным, как кисель, и пропитался запахом жжёного озона и горьких трав.

Ладонь, которую сжал этот загадочный дракон, пылала так, будто я засунула руку в жерло вулкана. Боль прошивала предплечье, но я не смела вырваться – казалось, если я разорву этот контакт, его душа, едва зацепившаяся за край бытия, снова сорвётся в бездну.

Снаружи грохотали крики. Фиона не унималась, подстрекая сестёр на расправу. Стук в дверь стал таким сильным, что посыпалась сухая замазка между брёвнами.

– Будь здесь, Арина. Не отпускай его, – хрипло бросила Агнида. Её лицо, обычно бледное и иссохшее, сейчас горело лихорадочным румянцем. Она выпрямилась, подхватила свой тяжёлый посох и, резко распахнув дверь, шагнула на крыльцо.

Я слышала её голос. Он гремел над толпой, перекрывая шум ветра и ропот напуганных женщин.

– Оглохли, что ли, дуры?! – взревела старуха так, что в лесу, верно, проснулись все лешие. – Смерти своей захотели? Вы думаете, Арина притащила сюда врага ради забавы? Гляньте на небо! Тень ползёт! Инквизитор потерял свой источник магии! Выкрав этого узника, наша Верховная лишила того выродка способности оборачиваться драконом! И теперь он – просто злой человек, истекающий ядом, а не крылатая смерть! Отойдите от дома, если не хотите, чтобы магия Сибиллы стёрла вас в порошок за невежество!

Ропот снаружи поутих, сменившись испуганным шёпотом. Агнида знала, на какие струны давить. А я... я всё ещё стояла на коленях, чувствуя, как моя сила тонкой золотистой струйкой уходит в этого синеглазого незнакомца.

– Сынок... – тихий, надтреснутый стон заставил меня вздрогнуть.

Мадияра. Она приподнялась на своём топчане, бледная, с лихорадочно блестящими глазами. Её взгляд был прикован к мужчине, чью руку я сжимала.

– Мадияра, лежи, тебе нельзя вставать! – воскликнула я, пытаясь удержать и её, и его.

– Арина... спаси его... – она потянулась ко мне дрожащей рукой, и в её глазах я увидела такую бездонную материнскую боль, что моё сердце сжалось. – Ты не понимаешь... Это Дерек. Мой старший. Мой первенец... Истинный наследник герцогского титула.

Я замерла, боясь пропустить хоть слово.

– У него на груди... знак, – продолжала она, глотая слёзы. – Он всегда знал, кто я. Знал, что в его жилах течёт капля ведьмовской крови. Дерек рос воином, но он ненавидел костры. Он тайно помогал нашим сёстрам бежать из столицы, пока его отец – мой муж – сходил с ума от ненависти.

– А тот… второй… инквизитор? – прошептала я, чувствуя, как лоб узника под моей рукой становится ещё горячее.

– Ричард, – имя прозвучало как проклятье. – Его младший брат. Он рос в тени Дерека, впитывая яд отца. Он возненавидел меня, когда узнал о моей сути. Для него магия – это скверна, которую нужно либо уничтожить, либо... поработить. Когда муж умер, Ричард устроил подлую засаду. Он запер брата в подземельях, выставив себя герцогом Дереком Даргом. Никто не заметил подмены – они ведь близнецы, как две капли воды. Но Ричарду мало было титула. Он хотел силы дракона, которая по праву крови перешла только к старшему сыну.

Мадияра зашлась в кашле, и я увидела, как на её губах выступила кровь.

– Он пытал Дерека годами... – прохрипела она. – Ричард наложил печать, которая позволяла ему выкачивать суть брата. Каждый раз, когда он оборачивался ящером и жёг наши деревни, он делал это, используя жизнь силу брата! Дерек умирал тысячи раз, пока его близнец наслаждался мощью.

Я посмотрела на мужчину. Теперь его тоска в глазах стала понятной. Он чувствовал каждую смерть, причинённую его руками, которыми управлял другой. Какое чудовищное бремя.

– Арина, умоляю! – Мадияра едва не сползла с кровати на пол. – Не позволяй ковену убить его! Только Дерек может остановить это безумие. Только он может доказать императору, что ведьмы – не враги Акмарра. Но если он умрёт... проклятье никогда не будет разрушено.

– Проклятье? – я нахмурилась, чувствуя, как пот заливает мне глаза.

– Древнее проклятье драконьей расы, – подала голос Агнида, вернувшаяся в избу и плотно закрывшая дверь. – Очень давно могущественная ведьма, преданная своим возлюбленным-драконом, прокляла их род. С тех пор их пламя стало выжигать их самих изнутри, превращая в безумных чудовищ. И только истинный союз ведьмы и дракона – не рабство, а добровольное сплетение сил – может снять это тяжкое бремя.

– Пей мою силу, – прошептала я Дереку, прижимаясь лбом к его горячему плечу. – Слышишь? Живи, Дерек! Твоя мать здесь. Я здесь. Мы не отдадим тебя смерти.

Я закрыла глаза и представила, как моя магия превращается в чистую, прохладную воду, смывающую копоть и гарь с его измученной души. Я вошла в его сознание глубже, чем когда-либо. Там, в темноте, я увидела огромного синего дракона, скованного ржавыми цепями ненависти Ричарда.

“Рви их!” – скомандовала я.

Раздался оглушительный звон. В реальности изба содрогнулась, с полок посыпались пучки сушёных трав. Кот, забившийся под лавку, издал жалобный звук.

Дерек резко выгнулся, его грудь расширилась, принимая огромный объём воздуха, и он наконец-то схватил меня за плечи, притягивая к себе. Жар начал спадать, сменяясь ровным, живым теплом.

– Мать... – выдохнул он, глядя на Мадияру. А потом перевёл взгляд на меня. В его синих глазах больше не было тоски. Там зарождалось пламя – но не то, что разрушает, а то, что защищает.

– Я знал, что ты придёшь, – прохрипел он, и его голос был похож на рокот далёкого грома. – Все эти годы я видел тебя во сне. Я звал тебя, ведьма, и ты пришла. Спасибо.

Я обессиленно привалилась к его плечу, чувствуя, как дрожат мои руки.

– Рано благодарить, – ответила я, пытаясь улыбнуться. – У нас за дверью целый ковен в истерике, а где-то там твой братец примеряет новую маску злости. Нам предстоит много работы, Ваша Светлость.

Я знала: это только начало. Но теперь я была не одна. Союз ведьмы и дракона, о котором говорила Агнида, только что родился в этой старой избе. И видит Сибилла, Акмарр содрогнётся, когда этот дракон расправит свои крылья.