Великие виртуальные игры волшебников-демиургов

Психушка

Где-то громыхнул в отдалении, уйдя в руины. Блондинка-терминатор Владлена, словно змейка, прошипела:

- Вот это мой расчет! Открыли счет...

Девушка-капитан снова вынуждена отползать. Немцы и их сателлиты не могут использовать в завалах свой технический перевес. По вине упрямого Гитлера, орды Третьего Рейха увязли в позиционных боях в довольно большом и хорошо укрепленном городе.

Николетта швыряет гранату. Заставляя делать подбитых немцев, или арабов сальто, перевертываясь. У одного из гитлеровских боевиков отрывает руку, и на ней висят, английские часы с компасом.

Николетта с улыбкой произносит:

- Что компас указует вам? Путь в ад!

И красивая девчонка стряхивает с пыльной пятки кусок прилипшей керамики.

Анжелика тоже отряхивает пыль со своей упругой, полной груди. Соски от грязи почти черные, и зудят. А попробуй помыться. Снова приходиться зарываться, когда строчат немецкие пистолет-пулеметы. И проползать по-пластунски.

Батальон девушек держит позиции, хотя идет артобстрел. И рвутся тяжелые снаряды, а с неба падают бомбы. Но ничто не сломит мужество советских героинь.

Вот Владлена видит, как проползает "Пантера"-3. Ну, этот танк уже не так страшен.

Можно пробить его в борт. Девчонка чихнула, выплюнула лезущую в изящный рот пыль. Взяла в руку гранату, утяжеленную взрыв-пакетом. Нужно подползти незаметно. Но вокруг столько дыма.

Анжелика стала подбираться, упираясь в дерн босыми пальцами ног и локтями. Она напоминала кошку, выслеживающую мышонка. Девушка помнила войну с того страшного лета сорок первого года, когда вермахт вероломно вторгся в просторы СССР. Было ли девушке, почти девочке, страшно? Поначалу да, но потом привыкаешь. И уже постоянные разрывы снарядов воспринимаешь, как заурядный шум.

Вот и сейчас взорвалось совсем рядом. Девушка шлеп на живот. Сверху проносятся, словно стая диких пчел, осколки. Анжелика шепчет потрескавшимися губами:

- Во Имя справедливости, Господи!

Девушка ускоряет ползок и вот с разбегу швыряет гранату, с приделанным взрыв-пакетом. Презент летит по дуге. Раздается взрыв, более тонкая бортовая броня "Пантеры" поддается. Немецкий танк начинает гореть, детонирует боевой комплект.

Анжелика с улыбкой шепчет:

- Спасибо тебе, о всевышний Иисус! Одному тебе я верю! Одному тебе молюсь!

Пантеру разносит. Оторванный длинный ствол зарывается в щебень. Лобовая броня, оторвавшись от бортовой, напоминает совок.

Владлена, чьи глаза, на коричневом от пыли и загара лице, сверкают васильками, произносит:

- Чем больше у врага дубов, тем крепче наша оборона!

Анжелика очень сексуальная, в своих черных трусиках на голом, пыльном, сильном теле. Девчонка очень ловкая. Она умеет метать осколки стекла босыми пальцами ног.

Вот швырнула сейчас своей изящной, покрытой слоем пыли ножкой остренький предмет. И вонзилось прямо фашисту в горло. Красивая Анжелика залепетала:

- А я секс-символ, и символ смерти!

Девушка, после чего, снова поползла, стреляя. Вела огонь и Светлана.

Красотка-капитан, Владлена, срубив фашиста, прочирикала:

- Жизнь цепь, а мелочи в ней звенья...

Николетта выстрелила, раскроила фрицу голову и добавила:

- Нельзя звену не придавать значенья!

Светлана, снова метко выстрелив, просипела:

- Но циклиться на мелочах никак нельзя...

Николетта, точно пальнув, добавила:

- Иначе цепь окутает тебя!

Еще одна девушка Олимпиада, тоже очень красивая, вместе с юным бойцом Славой, приготовила мину на проводе. Они вдвоем толкнули ее... Пролезла коварная козявка в гусеницу "Тигра"-2. И как рванет эту длинноствольную немецкую машину.

Белобрысый Слава воскликнул:

- Наша Раша, вам параша!

И едва успел отскочить, мелькнув, черными, сбитыми пятками от падающей кровли.

Олимпиада погладила его по шее и произнесла:

- Ты очень шустрый!

Парень пробрался на фронт и пристал к женскому батальону. Слава даже очень изобретательный. Например, самолетики делал, чтобы сбивать фашистские штурмовики. Когда поднимаются Фокке-Вульфы, или ТА-152, то раздается неимоверно оглушительный рев.

Немцы наносят удары под симфонию Вагнера. Такая величественная мелодия.

Олимпиада с досадой произносит:

- Все еще нас пытаются взять на испуг!

Слава с пафосом пропел:

- Российский воин смерти не боится,

Нас смерть под звездным небом не возьмет!

За Русь святую крепко будет биться,

Я зарядил могучий пулемет!

Олимпиада, рослая мускулистая девушка, с широкими бедрами и плечами - типичная крестьянка. Одежда изорвалась во время боев в лохмотья, крепкие ноги босы, волосы сплетены в две косы и сильно пропылились.

Владиславу всего шестнадцать лет, худющий от недоедания, исцарапанный и грязный мальчика, в одних лишь штанах. Белые от природы волосы у него стали серыми, а ребра просвечивают сквозь, тонкую загорелую и грязную кожу. Ноги жутко сбиты и в ожогах, ушибах, с волдырями. Правда, судьба хранила его от серьезных ранений.

Олимпиада на его фоне кажется большой и толстой, хотя девушка совсем не жирная, а с сильным, тренированным мясом на костях. Причем, голод, казалось, совсем не отразился на ее дородной и крупной фигуре.

Девушка стреляет из тяжелого противотанкового ружья. В лоб немецкие машины не пробить, а вот в гусеницы есть шанс.

И здоровенный "Королевский Лев," получив увесистой взрывчаткой в ходовую часть, стал, словно заядлый курильщик, пускать дымок.

Слава пропел с ехидцей:

- Фриц вонючий не подумав, у подъезда закурил! Он, конечно же, большую неприятность получил!

Олимпиада, мелькая мускулистыми, загорелыми икрами, отбила босыми, красивыми ногами чечетку. Девушка пропела:

- С иконы мелькают святых русских лица... Дай Бог, замочи ты хоть с тысячу фрицев! А если кто больше фашистов загубит - никто вас, поверьте, за то не осудит!