Влюбился заново... в жену

Глава 4

Всё же отбросив эмоции, которые сейчас могли сыграть не в мою пользу, я направилась следом за сыном. Герман устроился на постели и взглянул на меня затравленно. С одной стороны, он наверняка понимал, что беседы не избежать. С другой - пытался остаться в своём маленьком иллюзорном мирке до победного.

- Я думаю, что нам стоило это обсудить сразу, как я столкнулась с тем, что до сих пор никак не могу осознать и принять, - проговорила я.

И тут же мысленно себя отругала - слишком высокопарно и непонятно для ребёнка. И хотя Герман какое-то время смотрел на меня внимательно, а потом кивнул, показывая, что он всё понимает, мне стало ясно, что это далеко не так.

Сын очень старается выглядеть взрослым. На деле же - он ещё малыш, которого нужно оберегать и защищать.

- Твой папа развёлся со мной по вполне конкретной причине. У него появилась другая женщина.

Всё.

Я это сказала.

Произнесла те слова, которые мне самой казались настолько жуткими даже сейчас, хотя и прошло уже достаточно времени.

Герман поджал губы и рвано выдохнул. Его руки сжались в кулаки, он качнул головой и уточнил:

- У него будут новые дети?

Через меня вновь словно пропустили разряд в двести двадцать. Бедный, бедный мой малыш… Как же ему было неприятно и тяжело!

Притянув сына к себе, я прижала его к своей груди, а на заданный вопрос не ответила. Потому что сказать мне было нечего. Я не могла заверить Германа, что его отец перестанет плодиться и размножаться и останется он его единственным ребёнком. Мы с Ильёй сами подумывали о том, что у нас когда-нибудь появится ещё сын или дочка, благо возраст позволял. Однако сейчас все эти планы, конечно же, были в прошлом.

- Я не знаю, - всё же сказала расплывчато. - Но хочу, чтобы ты понимал: даже если папа пишет о своём желании вернуться, и он действительно хочет обратно - принять его я не смогу. Он предал нашу семью. Максимум, на что я готова пойти, и то исключительно ради тебя - общаться с ним чисто по-человечески.

Герман отстранился и снова стал хмуриться. Он о чём-то очень крепко размышлял, и я не вмешивалась в этот мыслительный процесс.

- Я всё понял, - просто сказал сын по прошествии времени.

Он сидел молча довольно долго, глядя перед собой, а когда я уже собиралась как-то закончить этот разговор и пока все дальнейшие обсуждения перенести на потом, Герман неожиданно жёстко произнёс:

- Я больше не хочу с ним говорить и видеться.

Это было столь внезапно, что я даже охнула. Совершенно не рассчитывала на то, что наша беседа завершится именно на этом. И что в принципе сын придёт к такому пожеланию…

- Герман, я понимаю, что твой папа поступил плохо… - начала, но он повторил ещё более твёрдо:

- Я больше не хочу с ним говорить и видеться!

И что я могла сказать? Нет, ты не должен принимать таких решений?

Несмотря на весьма юный возраст, только Герман мог знать, как ему поступать дальше в том, что касалось общения с отцом. Да и, положа руку на сердце, я понимала, что это эмоции, которые рождаются здесь и сейчас. Пройдёт время и всё может измениться.

- Хорошо. Я думаю, что пока мы на этом остановимся. Но если что - ты же знаешь, что всегда можешь ко мне прийти и рассказать обо всём, что с тобой происходит. И что у тебя на душе.

Герман кивнул и взглянул на меня глазами, в которых плескалась затаённая боль.

- Бабушка говорила тебе что-то нехорошее…

Он не спрашивал - утверждал. И в этом вопросе я тоже решила не играть в молчанку. Ответила ровно:

- Да. У нас с ней вообще не особо складывается общение. Так что вряд ли она появится у нас дома в обозримом будущем.

Следующая возникшая пауза была ещё более дискомфортной, чем те, которыми мы заполняли неприятную беседу до сего момента.

- Давай я приготовлю нам что-нибудь вкусненькое, - предложила Герману, чтобы сменить неприятную тему.

На что он покачал головой, лёг на постель и свернулся калачиком.

- Я не хочу, - ответил сын, отчего возникло чувство, будто мне полоснули по сердцу.

Постояв немного, не зная, как ещё помочь своему ребёнку, я дождалась, пока он заснёт. Видимо, напряжение было столь острым, что его нервная система попросту не выдержала…

Что ж, это к лучшему. Как говорится - утро вечера мудренее.

Укрыв Германа пледом, я всё же покинула его комнату и хоть мне тоже совершенно не хотелось есть, заняла себя готовкой.

Моя откровенность в любом случае приведёт к чему-то новому, скорее всего, неприятному. Илья так просто мне это с рук не спустит.

Но подумаю я об этом как-нибудь потом.

***

Сын отпросился погулять с другом и немного поиграть в футбол в ближайшем дворе, и я, конечно же, противиться не стала.

Как раз занялась насущными делами - посетила скромную, но весьма интересную выставку, которая была связана с моей деятельностью. Меня вновь охватило размышлениями о тех задумках, которые я хотела воплотить в проекте - трудилась я ландшафтным дизайнером, и заказ у меня был весьма масштабный.

Когда же вернулась домой - первое, на что наткнулся мой взгляд: обувь Кудряшова в прихожей.

Чёрт бы его побрал, он что, снова был здесь? В том месте, где его совершенно не ждали?

И да - сам Илья обнаружился… мирно спящим на моей кровати. Причём с той стороны, где обычно я и устраивалась на ночёвку.

Но самое главное заключалось не в этом. Кажется, бывший муж решил поиграть в какие-то свои игры, потому что он… притащил с собой сумки!