Внебрачный секрет от магната

Глава 5

Артур

Самый жуткий день, который можно представить!

Артур развязывает галстук и идет по комнатам своего пентхауса в гардеробную. Зашвыривает аксессуары на полку и останавливается. Нужно что-нибудь выпить, чтобы прийти в себя.

Бывают просто неудачные дни, а бывают такие, как сегодня.

После которых на нервной системе живого места не найти.

Он берет бутылку минералки и подходит к окну, чтобы успокоиться.

Кошмар…

Лев все-таки достал его.

Еще вчера Артур бы только над этим посмеялся. Сегодня уже не до смеха.

Как он мог сделать это сегодня! В мамином фонде!

Есть ведь неприкосновенные вещи.

Только не для Льва.

Он достает телефон, отыскивает в списке номер хорошего знакомого из органов и набирает номер.

– Артур? Привет, давно не слышали.

– Знаешь что-нибудь о человеке по имени Глория Погодина? – начинает он.

– Что-то слышал. Навскидку не скажу.

– Журналистка. Ее сегодня подослали с плохими вопросами о моем отце. Пыталась опозорить меня перед прессой.

– А вот это уже нехорошо.

– Можешь найти на нее все: биография, слабые места… С меня ужин и все такое.

– Ужин хорошо, но лучше банька.

Артур смеется.

– Договорились.

– Завтра утром отчет будет тебя ждать.

Они прощаются и Артур с облегчением делает глоток минералки. Чистая вода и разговор со старым, хорошим другом, смывают всякую муть.

Ладно, эта Погодина. Стерву подослал Лев. И ведь и вкусы его учел: Глория как раз девица, на которых он западает. С ней он разберется, прижмет – у каждой шустрой девицы есть за душой секрет. Отстанет. Еще и с извинениями.

Но Лев сделал ход конем.

Это нельзя оставить без ответа: ударил по живому, кто же так делает? В любой борьбе есть негласные правила, которые нужно соблюдать, если хочешь остаться человеком, а не сволочью. Родители и дети – одна из таких вещей. То, что нельзя пачкать.

Лев это правило перешагнул.

И теперь ему нужно отплатить за это.

Для плана мести нужно отдохнуть, успокоиться и планировать с холодной головой. Проблема в том, что успокоиться невозможно!

Он смотрит на город.

Гостиницы с подопечными не видно, но мыслями он там.

И еще эта девочка, рухнувшая в обморок в холле.

Ну и перепугался же он, когда на вопрос, где обещанная фотогеничная красавица для кадра, помощница сообщила, что девушке стало плохо и она рухнула за секунду до того.

Все пошло наперекосяк.

Сначала чуть ли не пощечина от Погодиной.

Затем обморок прямо под объективами камер. Сделать вид, что ничего не происходит он просто не мог: во-первых, характер не позволял стоять в стороне, когда девушке плохо, во-вторых, журналисты следовали по пятам.

Пришлось отнести ее наверх.

Конечно, перед собой нет смысла скрывать, одна из причин, по которой он это сделал – не хотелось, что ее снимали в таком виде в его гостинице. Разбираться не было времени. Убедился, что ее можно перемещать и взял на руки.

Что за девчонка он толком не рассмотрел.

Молодая. Беременная и несчастная – других в его фонде не было.

Но от нее осталось странное впечатление.

Он и видел-то ее пару секунд. Лица не разглядел – накрыто чем-то было, и его отвлекали со всех сторон: журналисты, сотрудники, спонсоры. Некогда было на нее смотреть. Он стремился скорее ее унести.

Но что-то неуловимо знакомое в ней промелькнуло.

Может, пересекались раньше?

В фонде?

Больше шансов столкнуться с беременной где-либо еще у него просто не было.

Странная девочка… Причем он даже не понимает, что именно в ней казалось знакомым. Голос? Он толком его не слышал. Лица почти не разглядел. Фигура – ну какая фигура у беременной, все, что бросилось в глаза, это круглый живот и тонкие ноги, когда она раскинулась на диване.

Он запомнил, что она была легкой: ожидал, что окажется тяжелей. Видно, дети весят меньше, чем кажется.

Черт, теперь будет об этом думать, пока повседневные дела не выбьют ее из головы.

Елена, кажется.

Нужно будет завтра узнать, как она.

И по какому вопросу она находится у них. Может, стоит помочь девушке и ее будущему ребенку шире, чем предлагают полномочия фонда.

Раздается звонок и, взглянув на экран, Артур застывает.

Лев.

Никакого стыда. Он еще звонить осмеливается?!

– Алло, – безмятежно отвечает Артур.

– Как дела, Артурчик, как прошло мероприятия? Надеюсь, тебя поразил мой сюрприз?

Артур молчит несколько секунд.

Голос Льва полон куража. Интересно, а что это произошло, что Лев перестал гнушаться подлостью? Раньше он не трогал святое.

Ведь есть же причина.

– Прекрасное мероприятие, – отвечает он. – Все было, как я ожидал. А если ты говоришь о глупой девочке, которую нанял, то ее бенефис длился не больше минуты, после чего ее вывела охрана. Я был о тебе лучшего мнения, Левик… Какая-то жалкая журналистка, наверняка из провинции, приехала сюда, ей нужны деньги, и она возомнила себя акулой пера.

– Не лги, что тебя это не задело, – заносчиво возражает он.

– Конечно, нет. Даже не успеть понять, что она там лопочет. От человека с твоими возможностями найм стервозной дурочки просто смешен. Или ты с ней спишь и пообещал бесплатную сенсацию?

– Скорее, бесплатный цирк.

– Так вот, ей будет несмешно. Я выведу ее из игры. Может быть, даже против тебя использую. Что меня действительно задело, Лев… Ты покусился на святое: на день памяти моей мамы. Ведь твоих родителей я никогда не трогал?

– Ты не посмеешь, – усмехается он. – Вернее, не сможешь. Руки коротки их достать.

Он бросает трубку.

Артур отключает телефон, чтобы провести остаток вечера и ночи в одиночестве и тишине. Нужно восстановиться к утру. Потому что утром от этих умников полетят клочья.

Родителей он, пожалуй, не тронет.