Восьмое измерение. Лимб.

Глава 9.2

Он прошёл мимо стражей, те подождали, пока разрыв составит пару метров, и направились следом.

Бал не дождался его в коридоре, и это был плохой знак. Как только Орта вышел во внутренний двор, сопровождающие отвязались. Он призвал лошадь и попросил Ким выстроить маршрут обратно в гостиницу.

«Как тебе роль навигатора?» – подумал он, обращаясь к Ким и желая отвлечься, пока скакал к гостинице.

Поговорим, когда ты заблудишься в лесу и попросишь тебя вывести. Поквитаемся заодно.

Орта усмехнулся. Настроение у него было так себе, да ещё этот запар с прояснившимся сознанием Бала. Хотелось бы, конечно, чтоб тот всё узнал лично от него и при других обстоятельствах. Но события развивались столь стремительно, что оставалось только сожалеть. Он не специально оттягивал, реально не представилось возможности рассказать правду. Вчера устал, уснул, а проснулся, когда вокруг был полный писец.

Все дни его пребывания в Лимбе пока выходили крайне продуктивными, но и чрезмерно трешёвыми, такими темпами Орта был обречён либо умереть, либо достичь поставленной цели за пару недель.                                                                            

До гостиницы добрался быстро. Сразу решил пройти через харчевню и не прогадал: Бал сидел там.

Один за столом, без особого настроения, но уже не с таким потерянным видом, как тогда в кабинете. Бал поел, причём заказал лучшее блюдо – рульку, настолько большую, что съесть смог примерно четверть. На столе перед ним стояли два графина. В одном слабенькое сладкое вино, во втором - крепкий самогон. Причём смешивал он это примерно тридцать к семидесяти соответственно.

Орта подсел к другу и налил себе виноградной браги, а потом капнул в неё немного креплённого, буквально пять капель, и выпил в три глотка.

– Ну, что отмалчиваешься? Давай поговорим. Обсудим и попробуем прийти к общему мнению, – осторожно предложил Орта, не зная, с чего начать и совершенно не думая о судьбе общих сокровищ.

– Да нечего тут обсуждать, – немного ехидно и фыркая от подавленной ухмылки огрызнулся Бал. Но на друга так и не посмотрел. – К тебе претензий, по сути, нету. Вот только тогда возникают вопросы к миру. Выходит, вся моя правда, знания и убеждения на деле полная чушь. Полный ноль. Ничто… – сетовал Паладин, держась за голову.

– То, что случилось в инсте, было жестом отчаяния.

– Да бог с ним. Я бы и так сдох. А теперь сижу здесь, могу обижаться и живой-живёхонький, – вполне здраво рассуждал подвыпивший Бал. – Шрамы украшают мужчин. Только ответь мне честно, ты изначально планировал меня оживить?

– Конечно! – не мешкая и очень убедительно соврал Орта.

Высший заранее подготовился, предугадав нечто подобное.

– Это здорово, – сразу же воодушевившись и наконец взглянув в лицо приятелю, сказал Бал.

Орта обрадовался результату. И тому, что разговор вышел столь коротким, но содержательным. То, что его ответ был откровенной ложью и это портило всё, его не заботило.

– Всё равно, извини меня, – виновато, но твёрдо проговорил он – так, на всякий случай.

Бвл просто кивнул в ответ.

– Я ничего не говорил Олдуину, – догадываясь, что тот мог на него сослаться, чтобы получить нужные ответы, уточнил он. Не просто так ведь его попросили выйти из кабинета. – Что ответил насчёт приёма в столице?

– Согласился, – с сомнением в голосе сказал Орта.

– Есть ещё один важный момент. Командующий допрашивал меня насчёт некой сделки. Мол, ты мог отпустить Горга ради какой-то награды. Например, Антрацита, что я вполне допускаю. Хотелось бы услышать об этом от тебя и, желательно, правду, – Бал не требовал, а как бы просил, явно показывая, что не считает Орту обязанным это делать.

Паладин действительно нисколько не обижался на Высшего - проехали, так сказать, - но это насчёт клинка в его груди. К новой реальности он пока не был готов и был растерян. Бал много думал насчёт грядущего, пока был один, стараясь перестроиться и приготовиться принимать новую правду, как она есть, со всеми, даже самыми поражающими деталями, но от старого мира пока отказаться не смог. Из чего следовало, что услышать от Орты подтверждение сделки с Демоном Бал не хотел, надеясь, что друг немедленно всё опровергнет. Для Паладина подобное обстоятельство означало предательство памяти его друзей ради выгоды – одной части печати, что было неприемлемо. Вот только его позиция не учитывала ни особенностей Лимба, ни убеждений Орталеона, полученных вместе с памятью о прошлых жизнях.

– Номер ещё наш или ты отдал ключи? – оглядевшись по сторонам, полюбопытствовал Орта.

– Оплачен на сутки вперёд, – ответил Бал.

– Пойдём туда. Нужно место потише.

– Да, я и сам хотел предложить. Есть всё равно больше не хочется.

Оба поднялись одновременно. Сзади них, метрах в трёх, сидел дед, с виду бедняк, да и судя по еде - тоже: ел пустые капустные щи, да с таким удовольствием, что видно было, жил он впроголодь.

– Отец. Мы уходим. Иди поешь мяса. Или забери с собой, – негромко сказал Бал, обращаясь к старику.

Глаза того загорелись, он сразу воспрянул духом.