Возьму босса в хорошие руки

3

– Софья Витальна, вы открылись для меня с новой с-стор-роны! – заявляет Иван, подойдя ко мне.

Я бросаю взгляд в зеркало на дальней стене – что еще он там опять рассмотрел? Вроде бы платье не задралось. Разве что во время танцев, тут я действительно увлеклась.

– Да нет, – ржет он. – Просто… просто это было так неожиданно! Вы – такая солидная, такая… И вдруг танцы! А какая пластика… какие у вас руки, они же так и порхали! Откуда это?

– Годы тренировок на ноутбуке и калькуляторе.

Он снова ржет. Но недолго.

– Пойдем, – подпихивает его Петр в спину, – ты подышать воздухом шел, а не приставать к человеку.

– Я? Подышать? А я тут не могу, как все?

– Не справляешься.

Иван грустно вздыхает и позволяет Петру вывести себя на улицу. Я стою у окна, поэтому вижу, как он, осознав, что там прохладно, делает попытку сбежать, но у него не выходит. Хоть бы не заболел после такой заботы приятеля.

Мой взгляд выхватывает другую мужскую фигуру, которую я легко узнаю. Тот самый незнакомец, который подсадил сегодня Ивана на запах арабики. Он не один. К нему подходит какой-то мужчина. Они о чем-то переговариваются. Засматриваются на проходящих мимо женщин. Надо же, а я была уверена, что коты – одиночки и не сбиваются в стаи.

– Софья, – отвлекает меня от подглядывания вкрадчивый голос.

Обернувшись, вижу нашего бухгалтера – Марию Семеновну. Тоже пришла отдышаться? Мы ведь с ней на пару отжигали под музыку. Ну еще Дарина, как организатор, не могла уйти в сторону.

Я двигаюсь, чтобы Мария Семеновна оперлась о подоконник. Вон как дышит неровно и щеки красные, может, давление поднялось. Но дай Бог каждому в пятьдесят, да еще при внушительной комплекции так плясать.

Она наоборот становится поближе ко мне. Оглядывается, проверяя прослушку, и шепчет:

– Софья, я тут наблюдаю… Скажите честно, что у вас с Марком?

От неожиданности я молчу. Нет, я бы еще поняла, если бы ко мне приплели Ивана или Петра – за столом они сидят с двух сторон от меня. Или даже шефа – такой тост про меня задвинул, что все пьют без остановки и новый не просят. Но Марк?

Я невольно перевожу взгляд на обсуждаемый объект и вижу, как он что-то увлеченно чертит в блокноте. Бедолага, на десять лет меня младше, работает даже на отдыхе и не догадывается, что ему тут приписывают такой мезальянс.

– Парень он рукастый, хороший, покладистый, симпатичный, вежливый, интеллигентный, всегда со всеми здоровается. А еще у него очень редкая черта – он всегда всем помогает, – воодушевленно продолжает бухгалтер. – Но конечно. Если у вас на него серьезные планы, то я уступлю, не стану бороться.

У меня дар речи пропал еще в моменте, когда она начала петь ему дифирамбы. А сейчас, когда я понимаю, к чему это все…

Бедный, бедный Марк. Вот и делай после этого кому-то добро.

– Так как? Что вы скажете?

Ну вряд ли она хочет услышать, что Марк ей больше подошел бы в качестве приемного сына. И потом, кто я, чтобы судить? Любовь – штука такая, вдруг у нее там бабочки? Вон она как на танцполе порхала.

– У нас с Марком ничего нет. Можете быть уверены, что в отношении него я никаких планов не строю.

– Отлично!

Мария Семеновна так искренне радуется, и даже как-то молодеет от этой улыбки. Как знать, может, у нее действительно есть хорошие шансы.

– А сейчас самое интересное! – разносится над гулом отдыхающих голос секретаря. – Софья Витальевна, Мария Семеновна, пожалуйста, можно вас?

Не знаю, не знаю, что сегодня может быть еще интересней. Но иду, как и моя напарница по танцам.

– Призы! – радостно объявляет Дарина.

И достает из-за спины бумажную корону и коробку с эклерами.

Тут уже речь теряет и Мария Семеновна. А в зале становится тихо-тихо, ни одна рюмка не дрогнет.

Даже тост шефа не вызвал такого сильного впечатления.

Дарина теряется. Хочет обернуться к начальнику, видимо, чувствует, что он смотрит, и боится. Боится осуждения, насмешек. И этой тишины.

А зря.

Молодость для того, чтобы позволять себе глупости. А то потом будет нечего вспомнить.

– Ну наконец-то! – улыбаюсь, рассматривая призы. – Я уже думала, что мы с Марией Семеновной за всех просто так отдувались!

Смех шефа разряжает атмосферу и возвращает в зал голоса и улыбки. Дарина чуть подрагивающими руками протягивает подарки. Мария Семеновна ей подмигивает и первой делает выбор. Что она выбирает, догадаться нетрудно. Мне надевают корону.

– Это стоит отметить! – решает шеф.

– У меня есть еще конкурсы!

Шеф задумчиво потирает лоб: как бы так отказать, чтобы не сгубить энтузиазм самого активного сотрудника?

– Пока выпьем за это, – объявляет решение, – глядишь, к следующему туру больше созреет участников.

Шеф – есть шеф. Он не только прекрасно знает свое дело, но и коллектив. Хорошо отдыхаем. Душевно. Неожиданно для многих одним из самых активных участников становится Марк.