Второй шанс от Снежной королевы

Глава 12

Они медленно продвигались по коридорам и Тоня удивлялась, как быстро ей удалось преодолеть это расстояние на своих двоих здоровых ногах по сравнению с тем, каким черепашьим шагом они двигались сейчас. Она практически несла мужчину на себе. Одна его рука была перекинута через плечо Тони и девушка чувствовала, как Андрей дрожит. Она понимала, что он изо всех сил старается не опираться на неё всем своим весом и насколько трудно ему это даётся.

Всё то время, что они ползли от спортзала до каюты, Тоня мысленно чертыхалась и проклинала свою горячность. Конечно, в том, что она сказала не было ни капли неправды, но гнев заставил ее забыть о том, что этот мужчина ни за что не признается в своей слабости. Могла бы и догадаться, что Андрей ещё не оправился от травмы. Он, конечно, сам виноват в том, что пострадал, но и она оказалась причастна к этому фиаско.

Когда они странной трёхногой черепахой доползли до лифта, Тоня уже обливалась потом. Прислонив Андрея к стене, девушка опёрлась руками на колени в попытке немного отдышаться и подняла на него взгляд.

Черт, а он совсем плох! Лицо красное, надо ртом яркая белая полоска в бисеринках пота, дышит тяжело, привалившись к стене и закрыв глаза. Тоня отчаянно защёлкала кнопкой вызова. Да где же этот чертов лифт?

Наконец кабинка подъехала и двери с мелодичным звоном соизволили отворится. Тоня аккуратно положила руку Андрея к себе на плечи, перетягивая его вес на себя. У девушки все сжалось внутри от сострадания и чувства вины, когда мужчина поморщился и не смог удержать стон.

Когда они доехали до своего этажа и медленно вышли из кабинки, Андрей безнадёжным взглядом окинул длинный извилистый коридор, простирающийся перед ними. Его каюта располагалась в самом конце этого коридора. Они оба поняли, что преодолеть этот путь невозможно. Тоня вздохнула.

— У меня есть идея. Потерпи чуть-чуть.

***

Андрей с трудом разлепил глаза. Сквозь туман и вату мозг удивленно проводил рекогносцировку окружающей действительности и приходил к неутешительным выводам. Не помню, как отключился, не знаю, где я и с кем. Но из плюсов нога почти не болела, а только отзывалась глухой пульсацией. Постепенно память начала возвращаться к нему, но радости это не принесло.

Грусть навалилась тяжёлым грузом. Тоня высказала ему всё, что о нём думала, и в её глазах он был полным придурком. И теперь Андрей всё яснее осознавал, что вёл себя по отношению к ней, как придурок и как ревнивый осёл.

Утром они совместными усилиями добрели до её номера, где Андрей рухнул в кровать, выпил обезболивающее, заботливо поданное Тоней, и отрубился. И вот теперь он лежал в её каюте, в её постели и снова думал о ней.

А из них получилась отличная команда. Они хорошо дополняли друг друга. И если задуматься, так было всегда, если кто-то из них не пытался перетянуть одеяло на себя. И даже если они не смогли быть вместе — сердце при этой мысли привычно отозвалось грустью — то почему бы им не попытаться договориться в плане работы?

Андрей огляделся по сторонам в поисках предмета своих размышлений.

Тоня вышла из санузла и, увидев, что он проснулся, смутилась.

— Я тебя разбудила?

Выглядела она совсем иначе, чем утром. Бледная, с потеками туши на лице, как будто она терла глаза пальцами, тихая. Ещё совсем недавно это польстило бы его самолюбию, так сбить с неё спесь, поставить её на место, но теперь он почувствовал только стыд.

— Тебе очень больно? — тихо спросила она.

Идеальной утренней укладки как не бывало, и Тоня нервно накручивала прядь на палец, заискивающе глядя ему в глаза.

— Нет, — ответил Андрей и попытался подняться, чтобы продемонстрировать, насколько всё хорошо.

Это было ошибкой. Ногу пронзила резкая боль. Он прикусил губу, чтобы не вскрикнуть и опустился обратно на подушку. По глазам Тони, Андрей понял, что ему не удалось её одурачить. Вина вытеснила с её лица все другие эмоции.

— Мне жаль, — просто сказала она. — Я должна была понимать, что твоя травма не могла…

— Нет!

Это прозвучало резче, чем он хотел, и Андрей попытался смягчить свою грубость.

— Нет, — повторил он тише. — Я должен был признаться, что ещё не выздоровел окончательно. Это я должен просить у тебя прощения. Я и вправду вёл себя как последний придурок.

Между ними повисла неловкая пауза. Оба не знали, как начать восстанавливать разрушенные мосты.

— У нас ведь отлично получалось раньше, — наконец в сердцах воскликнул Андрей. — Ну неужели мы, двое взрослых успешных умных людей не сможем договориться?

— Ну, насчёт умных — это ты погорячился, — хмыкнула Тоня, но чувствовалось, что в шутке нет яда.

— Тогда мир? — Андрей протянул ей руку.

— Мир, — согласилась девушка, аккуратно сжав его руку в своих руках, как будто та была сделана из хрусталя.

Андрей вздохнул. Придётся восстанавливать ее доверие и доказывать, что он не фарфоровая кукла и не инвалид.

— Наши пенсионеры наверняка уже заскучали, — сказал он, чтобы сменить тему. — Я думаю, пришла пора их встряхнуть.