Второй шанс спасти наследника Дракона

Глава 16. Жажда ответов

Матушка Малькира — так полагалось обращаться к настоятельнице сестринства Вайтрок — в последующие несколько дней стала моим ангелом-хранителем. От неё я узнала об этом мире больше, чем за всё время, проведённое здесь. Она показала мне, как работает моя магия, научила делать пусть маленькие, но необыкновенные вещи.

Без неё, наверное, я бы ещё годами топталась на месте. И это в самых благоприятных условиях. Ведь магия — это не только талант, но и навык. Без постоянного и усердного использования он не раскрывается и не развивается.

Кроме того, матушка Малькира почти всё время проводила в моей комнате и этим спасала от чрезмерного и, в целом, недоброжелательного внимания ко мне со стороны инквизитора.

Герцог терпеливо ожидал завершения ритуала поиска рода. А вот его друг, также оставшийся гостем замка, не оставлял намерения поймать меня или старейшую светлую ведьму на чём-то запрещённом, разглядеть зло во мне или, может быть, даже в ней.

Он приходил в мою комнату ежедневно по несколько раз, будто на работу. Становился третьим лишним при наших с нею беседах. Не обращая внимания на наше недовольство, вмешивался в её попытки меня обучать. И страшно раздражался, когда герцог находил ему какое-то дело вне стен моей уютной тюрьмы.

Так я на собственном опыте убедилась, что Торрин Ульф, герцог Наврский не зря приобрёл славу особы чрезмерно недоверчивой и склонной подозревать всех и каждого.

Малькира рассказала мне, что господин Торрин стал инквизитором совсем недавно, менее года назад. Как любой неофит, он во всём видел чёрную магию и злодейский умысел. Он жаждал найти проклявшего меня тёмного мага, но и я могла стать связкой дров для разгорающегося огня его инквизиторской карьеры.

В один из дней, когда мы, наконец, остались без надзора усердного соглядатая, матушка Малькира посоветовала мне:

— Не принимай его недоверчивость близко к сердцу. Дело не в тебе лично, а в зле, которое он поклялся искать. При этом будь с ним предельно осторожна. Не вздумай признаться ему или кому-либо, что ты не из этого мира.

Она смотрела на меня из-под низко опущенных полей колдовской шляпы. Её глаза таинственно мерцали, будто у кошки.

— Знай, что твой случай не уникален. В истории Эльдавии бывали такие, как ты — и мужчины, и женщины. И каждый раз приход иномирцев запускал колесо необыкновенных событий.

— Каких именно?

— Войн, мятежей, чёрного мора. У драконов-правителей хорошая память. Если они узнают о тебе правду, это ухудшит твоё положение. Потому лучше молчи.

Никаких войн и мятежей я не собиралась организовывать. Но говорить об этом не имело смысла.

Инквизитор Торрин ежедневно доказывал мне, что драконы необыкновенно упрямы. Им трудно изменить однажды составленное мнение и легко оправдать свои убеждения.

— Послушай, Райн, — наговаривал он на меня герцогу, не побеспокоившись хотя бы выйти из моей комнаты, — эта девушка годами являлась марионеткой чужого злобного разума. А зло имеет свойство проникать и прорастать во всём, с чем соседствует. Как одна капля чернил портит стакан молока, так и зло портит неокрепшую душу.

— Но в Мелани нет зла. Я не вижу его, и ты не видишь.

— Не вижу, но оно в ней есть.

Несмотря на риск для меня, он требовал помочь ему в поисках тёмного мага. Насколько я поняла, красные нити, обнаруженные Малькирой, рассыпались, стоило за них потянуть.

— ...В противном случае, я буду считать, что ты с ним заодно.

— Вы можете считать так, как вам будет угодно, Ваша Светлость, — пришлось сказать, так как молчание в ответ его не устроило.

Эти семь дней показались мне самыми долгими в моей жизни.

— Завтра мы узнаем, из кого ты рода, — сказала матушка Малькира вечером накануне. — Помолись тем богам, в которых веришь. Не помешает.

Как и она, я понимала, что многое будет зависеть от результатов. Будучи попаданкой, никакого отношения к кровным родственникам Мелани я не имела. Но то, кем они окажутся, несомненно, могло как сломать, так и улучшить мою нынешнюю жизнь.

Утром до завтрака меня вывели из комнаты и доставили в гостиную герцога. Там уже находились сам герцог, выглядящая сонной Малькира и, разумеется, сгорающий от нетерпения инквизитор.

Вчетвером мы собрались вокруг стола, в центре которого находилась серебряная чаша.

— Приступим, — приказал герцог.

Малькира провела ладонью над чашей и улыбнулась.

— Каков бы ни был ответ, но результат есть. Сформировавшаяся нить сильная, мощная. Кровный родственник Милы находится неподалёку.

Она провела ладонью над чашей ещё раз.

— Очень близко. Я бы сказала, что цель находится в замке.

Она сделала ещё один круг рукой над чашей. От сонливости не осталось и следа. Глаза засверкали.

— Как необычно. Он совсем рядом. Указующая нить аж дрожит.

— Хватит уже лицедействовать, — раздражённо произнёс Торрин. — Милостивая госпожа, открывайте сосуд. Нам нужно имя.

Я обвела собравшихся взглядом. Малькира загадочно улыбалась, господин инквизитор злился, а герцог Райнхольд с задумчивым видом смотрел на меня.