Вверх тормашками в наоборот

Глава 24. Око Дракона. Дара

Я вообще не поняла, что за капец такой случился. Вот деревуны творят чудо – сад преображается на глазах, и вдруг застыли столбами, попёрлись куда-то, как зомбаки со стеклянными глазами. Я ничего не могла сделать, понимала только: что-то нехорошее происходит.

Испугалась. Почувствовала себя маленькой-маленькой, как блоха: прыгаешь, мечешься растерянно, а без толку.

Неожиданно всё изменилось. Свист – и призрачная стрела рвёт невидимые путы. А я ещё никогда не была так рада слышать этот красивый оперный голос, который мною командовал. Даже на противность не хотелось ничего сделать: грохнулась оземь, как солдат по приказу. Гибкое тело пронеслось рядом. Не бежал, а крутил невероятное сальто, легко отталкиваясь руками от земли, словно ничего не весил, пружинил и опять взвивался в воздух.

Геллан приземлился ровно там, где надо: ни шагом больше, ни шагом меньше, налету выхватил из-за спины меч и крутанул им над головами впавших в транс деревунов. Затем подрезал воздух на уровне талии и возле ног. И всё это молниеносно, я даже моргнуть не успела. Честно говоря, какой там моргнуть… у меня глаза из орбит прям вываливались.

Деревуны повалились на землю, как паяцы с отрезанных нитей, веером брызнул зелёный сок. В лицо ударило чем-то горячим. Кровь! Зелёная густая кровь!

Тела корчились, а я наконец смогла оторвать голову и сесть. Меня пошатывало. Геллан деловито рыхлил мечом землю вокруг круглой дыры.

– Что это было, Бэрримор? – ляпнула я невпопад и уставилась на меченосного пахаря.

Если я думала, что он ответит, зря надеялась. Геллан злился, поэтому проигнорировал и мой дурацкий вопрос, и мой взгляд. Волосы стянуты на затылке, на лицо без содрогания не глянешь: вмятина проступила отчетливее. По всей видимости, Геллан сжимал челюсти, чтобы чего лишнего не наговорить в сердцах. Только по этой каменной твёрдости можно судить о бушующей внутри буре. А так – внешне спокоен: дышал ровно, лицо нормального цвета, тело расслаблено,.будто только что не показывал акробатические номера.

Я поднялась на ноги и подошла ближе. Страх страхом, а любопытство – тяжёлый грех: мне очень хотелось посмотреть, что там за дыра такая.

Как вам сказать? Ничего страшного не увидела. «Дыра» – громко сказано. Просто круг на земле. Словно золото расплавилось и меняет оттенки, движется какими-то тенями. Никакой ямы тебе или воронки, как казалось раньше. Просто золотистое пятно с вертикальной тёмной полосой посередине.

– Не подходи, – процедил истукан златоволосый сквозь зубы.

Очень надо, подходить ещё. Деревуны отползали в сторону, подальше, оставляя на земле зелёные капли крови. Видать, круг ещё тянул их, но уже куда меньше.

Я присела возле Офелии. Глаза – сплошная боль.

– Вы ранены. Надо перевязать вас, – пробормотала, протягивая руку.

Офа отрицательно покачала головой:

– Это дань тверди. Пусть забирает.

Вот же дремучий народ, блин. А если кровью истекут? Какая ж это дань? Жертвоприношение больше. Мне пофиг на их предрассудки, поэтому я прикоснулась к мокрому от крови платью.

Мда. Медсестра из меня та ещё, вы уже в курсе. Тем более, с зелёнокровными до сегодня дел иметь не приходилось. И вообще, что можно понять, не зная, откуда кровь льётся? Через зелёную тряпку не видно.

Но, кажется, Офа считала иначе. Пока я пыталась её пощупать, она ожила и смотрела на меня пристально, удивлённо. Горячие пальцы-веточки сжали мою ладонь. Я аж испугалась.

– Больно, да?..

– Как раз наоборот… Дара… Помоги другим.

Обалдеть. До меня дошло. И пока Геллан продолжал вспахивать землю по кругу, делая подкоп под золотой круг, я перещупала всех деревунов – просто прикасалась и водила ладонями по зелёным балахонам. Вскоре все очухались и поднялись. Видон у нас, надо полагать, был ещё тот. Грязно-зелёные. Я затосковала: опять придётся напяливать дурацкий бабский балахон и играть в средневековую барышню. К тому же молчание Геллана меня удручало.

Ну да, я виновата. Откуда я знала про этот золотой пятак? Хотела как лучше, вышло как всегда.

– Ты не виновата. Ключа Силы здесь не было никогда.

Заговорил наконец-то, одумался. Пока я ломала голову, изобразить ли мне оскорблённую невинность и поиграть в жертву или попробовать объяснить всё, как есть, Геллан закончил накручивать мечом круги. Вокруг золотого круга образовался приличный земляной валик, как будто крот наружу вылез и оставил после себя свежую насыпь. Обязательно для этого нужно меч тупить?

Геллан подозрительно кашлянул. Он что, ржёт?..

– Дара… я слышу тебя.

И тут я покраснела. Вообще не в моих привычках краснеть. Но в данный конкретный момент в башке проскакали все мысли, которые я нагородила, пока думала, какую стратегию поведения выбрать. Вот же блиииннн… Ну, и как прикажете с этим жить?!

– А ты мозги свои захлопывай и не подслушивай! – огрызнулась, найдя таки повод встать в позу жертвы.

Ну, конечно, Геллан смеялся. Негромко, но от души. Рядом прятали глаза и улыбки деревуны. Я вдруг заметила, как они красивы: тонкие лица, гибкие тела… Почти неотличимые друг от друга, как братья и сёстры. Причем почти не понять, кто брат, а кто сестра. Не земля, а скопище красавцев. Впору отращивать комплексы неполноценности.