Вы просто не знаете Получкину

Глава 15

После того, как Виктор Семенович покинул нашу «пекарню», несколько дней я провела в тревожном ожидании. Старики разбойники слали смс «сиди – не дергайся, работаем, думаем». Я тоже думала, но все-таки дергалась. ЛырБыр с настойчивой периодичностью предлагала испечь шарлотку, нажарить пирожков, громко намекнула, что торт «графские развалины» очень вкусный, но возни с ним – целый день. Наполеон был съеден за два дня и Драгунский сообщил, что не против следующего кулинарного шедевра.

- Кулинарить надо по настроению и по желанию! – я стойко оберегала повод, когда действительно надо будет исчезнуть из квартиры.

- Желание есть и большое! Должно хватить и на тебя и на меня,- не отставал Драгунский. – Что-то ты приуныла, краса моя!

- Надоело взаперти! – огрызнулась я.

- Сменили тему! – Драгунский быстро ретировался, дабы не нарваться на скандал, и предложил расписать пульку в гусарика. Преферанс – беспроигрышная тема, что бы отвлечь меня от грустных мыслей.

Тайный телефон хранился под раковиной в кухне на беззвучном режиме. Дело было вечером, делать было нечего. Не проверять же телефон при Драгунском! Я естественно согласилась, и мы приступили к сражению.

Партию, Кирилл, с треском продул, расплатился по счету (ага, мы играем на деньги, рубль-вист, поэтому мелочь в доме на вес золота, платить по карточному долгу предпочтительно без сдачи) и отправился спать. Я же металась по кухне, как зверь в клетке, не сводя глаз с телефона. Не выдержав напряжения, я взяла трубку, зашла в ванную комнату, включила воду и позвонила.

- Я тут подумала…

- Мы разработали план… - перебил меня Достоевский. – Слушай внимательно, что тебе необходимо сделать и когда…

***

Старики – разбойники обычно коллективный сбор проводили у Достоевского. Но не в этот раз. Наличие у Федора Михайловича сына Сергея – командира спецназа ФСБ и по совместительству друга Драгунского, вносило коррективы в привычный уклад «вляпывания в историю с Получкиной». Виктор Семенович пригласил друзей к себе - в холостяцкую берлогу. Не всегда, а точнее, почти никогда, у разведчиков с крепкими семьями не складывается – Достоевский исключение, подтверждающее правило.

Виктор Семенович пребывал в прекрасном настроении, то ли шкаф ЛырБыр, то ли запах печеного, то ли сама хозяйка всколыхнули давно забытое чувство радости жизни.

- И чегой-то ты такой…. ээээ, как наканифоленный смычок? – спросил Хоттабыч прямо с порога.

- Как Паганини, будем играть на одной струне сонату «Наполеон»… . Повеселимся!

- Лучше бы торт, - прокомментировал из кухни Достоевский, такой же любитель сладкого и мучного, как и Драгунский.

- Торт сегодня уже был, - рассмеялся Виктор Семенович. – Саша так и назвала операцию – Наполеон. Про Паганини, просто к слову пришлось.

На златом крыльце сидели…. За кухонным столом… вот идея для корпоративного планктона – лучшее место для мозгового штурма – кухня! Стоит только оборудовать полноценную кухню с большим столом и креатив полезет со всех щелей. Берите на вооружение.

Банда пенсионеров обсуждала ситуацию жарко, крепко и с воображением.

- Ничего не выйдет! – тряхнул лохматой головой Евгений Алексеевич – техническое наше всё, сильно смахивающий на метлу – высокий, худой и лохматый.

- А если понаблюдать под прикрытием? – предложил Федор Михайлович.

- Ты кого врачом решил подрядить? – прищурился Хоттабыч.

- Женька конечно, он больше всех на медицину похож! – Хоттабыч многозначительно уставился на Евгения Алексеевича, и все остальные автоматически повторили.

- Угу, на патологоанатома… Черный плащ с капюшоном и коса в шкафу… - пробубнил Евгений Александрович.

Сопротивление было бесполезно. Если команда приняла решение, то брыкаться бессмысленно. Найти медицинскую экипировку – дело одного часа. Изобразить врача, - тут задача по сложнее. Прошлись по телефонным книжкам, и нашли старого, доброго профессора с которым знакомы много лет.

- Звоним Тырлову! – принял решение Федор Михайлович.

- Максим Андреевич будет оооочень рад… - скривился Евгений Алексеевич.

- Ну, мы ему перед носом, какой-нибудь плюшкой помашем, - улыбнулся Виктор Семенович.

- Получкиной мы ему помашем! Она писатель, он сказочник, вернее персонаж из сказки…, как его там, Кощей? Так и зовут, по сей день? – расхохотался Хоттабыч.

***

Максим Андреевич, в своей привычной манере, разливал коричневое старое зелье по пузатым бокалам и присматривался к Евгению Алексеевичу.

- Кощей, не томи, из Евгения надо сделать видимость научного светилы в области медицины, желательно в травмотологических рамках, - не выдержал Хоттабыч.

- В патологоанатомических! – ответил Тырлов. – Чудики седоголовые, вы куда лезете? В какую прямую кишку?

- Макс! Меньше знаешь – крепче спишь.

- Я замечательно сплю, при всем ассортименте знаний в моей голове. Пока не расскажете, что затеяли, помогать не буду.

- Ситуация следующая, нам надо поговорить с одним очень охраняемым объектом, который находится в больничке. Для того, чтобы с ним поговорить, надо разведать обстановку. Для того, чтобы разведать обстановку, надо быть врачом, что бы быть врачом, надо выглядеть врачом, что бы выглядеть врачом, нужна твоя консультация, - Достоевский натянул на физиономию вариант «Ивана-дурака» и глупо улыбнулся.

- А вам точно, только поговорить? – прищурился Тырлов. Старики-разбойники хором закивали, да так интенсивно, что Максим Андреевич сразу понял, что одним разговором дело не ограничится. – Мне скучно, я в деле!

***

Цитков поднял все базы данных по недвижимости, в поисках неучтенных помещений, принадлежащих Воронову. Таких не нашлось. Затем Олег Евгеньевич перешел к родословной Воронова и настойчиво дошел почти до седьмого колена. Нашелся старенький дом, когда-то принадлежащий прадеду, затем сыну его брата – двоюродному деду, затем жене двоюродного деда, затем внучке двоюродного деда – троюродной или неважно какой, сестре Воронова. Дом болтался бесхозным в умирающей деревне в Ярославской области. Сестра Воронова много лет жила за границей и по данным погранслужбы в Россию не приезжала последние лет пять – шесть.