Хэллоуинские страсти. Ночь для инкуба

Глава 8

     — Итак, мы одни. Теперь-то ты можешь рассказать мне о природе возникновения этих отметин на моём теле? — сказала я, когда мы прошли достаточно далеко вглубь парка. Впереди замаячили лавочки, к которым, судя по всему, и вёл меня инкуб.

       Эгл скривился, услышав мой вопрос.

     — Ну почему ты такая злопамятная?

       От возмущения я даже сразу не нашлась с ответом. А демон, тем временем, подвёл меня к ближайшей лавочке и усадил на коричневые рейки.

     — Аврора, прежде всего хочу попросить прощения. Этих... как ты выразилась, отметин, не должно было вообще остать…

     — Я тебя правильно поняла? — перебила демона, не скрывая злости. — Ты просишь прощения не за то, что синяки оказались на моём теле, а за то, что они сохранились на моей коже после пробуждения?!

       Всего на мгновенье в глазах инкуба мелькнуло сожаление и чувство вины, а в следующий миг...  Кажется, я всё же перешла черту дозволенного, совершенно забыв, с кем имела дело.

       В тёмных глазах полыхнуло алое пламя, за спиной инкуба распахнулись огромные кожистые крылья, а на голове Эгла появились эффектные рога.

       Вот только мне было вовсе не до разглядываний демонической красоты. Хотелось получить ответы, да и про дальнейшую свою судьбу уточнить. Пока выходило, что инкуб был нацелен на долгосрочные «отношения».

     — Видят Тёмные, я хотел по-хорошему. Старался быть вежливым и предупредительным, чтобы понравиться тебе и ты не боялась меня, но ты посчитала это моей слабостью. Забыла, что демон — не карманная игрушка, не человечишка, которого можно припугнуть законами, написанными вашими властями для того, чтобы было проще вами манипулировать. Я — Эглемарт Барбетайский, демон правящего дома! И перед тобой отчитываться не обязан!

       Знаете, как бывает в мультфильмах, когда перед героем разверзается огромная пасть и огнём опаляет, ветром сдувает волосы назад, оглушает?.. Вот примерно такое же чувство было и у меня, даже пряди волос улетели за спину.

       В резко наступившей тишине отчётливо прозвучал мой испуганный:

     — Ик!

       А Эгл, которого теперь не тянуло называть сокращённой версией имени,— только полной формой, — вдруг замолчал. Я бы, честное слово, звала бы его как подобает! Но никак не могла запомнить сложное созвучие букв, тем более обстоятельства никак не способствовали благоприятному функционированию памяти.

     — Ик! — снова икнула я, и тут же прикрыла рот ладонью. Я не специально, оно само. Я всегда от резкого испуга начинаю икать. И это вовсе не смешно.

       А инкуб будто вдруг вспомнил нечто важное, нахмурился, медленно опустил крылья и тряхнул головой, качнув рогами.

     — Так мы не договоримся, — изрёк он гениальную мысль.

     — Ага, — тихо согласилась я. — Не договоримся.

     — Тогда поступим иначе, — криво улыбнулся демон, а у меня от его улыбки лёд по венам побежал.

     — К-как? — я снова начала заикаться, как и в первые мгновения нашего знакомства. Ну, того, которое я пока ещё помнила.

     — Я сделаю тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться, — усмехнулся инкуб.

     — Это то самое, за которое продают душу? — негромко спросила я, вжимаясь в спинку скамьи.

     — Именно, — даже и не думал отнекиваться этот рогатый гад. — У тебя же есть заветная мечта? Что-то, чего ты настолько сильно желаешь, что готова заплатить за это всего одной ночью из множества ночей твоей жизни?

     — Погоди, — я с недоверием покосилась на демона. — Ты исполнишь любое моё желание всего за одну ночь?

     — А ты подумала, что мне нужна вся твоя жизнь? — тёмные глаза инкуба откровенно смеялись. — Нет, малышка, мне нужна одна ночь. Но на эту ночь ты будешь принадлежать мне полностью. И телом, и душой. Так что, согласна? Есть у тебя такое желание?