Холодное пламя "Феникса"

Глава 6 (часть)

            Он висел на столбе, перевернутый вверх ногами. Глаз видно не было, но Эндрю знал, что человек в железной маске смотрит на него.

            Парень попятился, потом развернулся и бросился бежать. Уже потом, ввалившись в дом и выхлебав две кружки воды, он понял, что повел себя как придурок. Возможно, тот, в маске, заметил его смятение, и теперь у Эндрю вполне могут быть проблемы. Значит, и у Тома тоже…

            - Твою-то мать, - парень уселся за стол и уткнулся лицом в ладони.

            Почему он так испугался? Ему доводилось видеть вещи и страшнее, но они были естественными. Смерть, убийства, каннибализм, объеденные крысами трупы – все это как-то умещалось в его представление о жизни. Но перевернутый вверх ногами человек, наблюдающий за площадью, казался противным всему. Таким же, как и вживленное в плоть железо или провода, торчавшие из-под кожи.

            Культ всячески демонстрировал, что плевать хотел на человеческое естество и природу…

            Рука сама потянулась к кувшину с водкой.

            Вкус был мерзким, но Эндрю, следуя заветам Отца, не торопился перебивать его едой или питьем. Именно это неприятное ощущение во рту, жжение в брюхе, помогали встряхнуться, привести в порядок мысли.

            После второго стакана все же захотелось закусить, но под руку попались только сухари.

            - Фу, ну и дрянь.

            Он оттолкнул стакан и встал из-за стола. Дрожь в теле вроде бы улеглась, но Эндрю ощущал себя будто муха в меду.

            Теперь Том не сможет даже приблизиться к Среднему городу. А что помешает Культу развесить таких же монстров на каждом квартале, в каждом закоулке Менгарота? Тиски сжимались, Эндрю ощущал их прикосновение, словно это его глотку зажимала ржавая хватка.

            Он вдруг почувствовал себя маленьким мальчиком, который больше всего на свете хочет, чтобы вернулся Отец. Не весной, не через неделю, не даже к вечеру, а именно сейчас. Открыл дверь, вошел молчаливой тенью, сбил снег с сапог и решил все их проблемы, как случалось раньше.

            Но дверь оставалась неподвижной.

            Эндрю размазал слезы по щекам. От выпивки? Нажравшись, люди всегда ведут себя как глупо. Вот и он нюни распустил…

            Он проверил новенький обрез, загнал два патрона и уселся на единственный табурет, чтобы видеть дверь. Оружие положил поперек коленей. Уверен был, что с перепугу не шмальнет в Тома – тот умел ходить неслышно, как мышонок, и забираться в дом почти незаметно.

            - Уйдем вместе.

            С этими мыслями он и уснул, пропустив явление незваного гостя.

            Тот вошел, оглядел лачугу, тихо усмехнулся. Чтобы резко не будить задремавшего парня, несильно толкнул стол высоким сапогом.

            Эндрю от скрипа вскинулся, сон и хмель как рукой сняло.

            - Неплохо, - оценил незнакомец. – Крепко спишь, но подорвался ловко. Только целишься не туда.

            Эндрю прицелился точнее.

            - Ну-ну, - незнакомец поднял ладони к потолку, - не стыдно безоружному грозить?

            - Вали из моего дома! - Эндрю злился на себя в первую очередь, но благо было на ком сорваться.

            - Непременно. Здесь не особо уютно, да и ты мне ружом в харю тычешь, - мужик осклабился. Его лицо напоминало маску из-за грубой, омертвевшей кожи. Синие бугры и струпья говорили о том, что он слишком много времени проводил в Пустошах и совсем скорого его кожа начнет кровоточить. Такой недуг был нередким среди старых рейдеров. – Но, может, выслушаешь меня, Эндрю?

            - Ты не назвал имени, вошел как вор, и хочешь, чтобы я тебя слушал?

            - Точно. Ты поразительно умен. Давай не будем играть в крутых парней, размахивать оружием,  а перебросимся парой слов.