Хозяйка Грозовой Пустоши

Глава 13. Черный ручей

На следующий день я просыпаюсь от стука в дверь. Дороти, староста поселения, звучно выкрикивает:

— Подъем!

Остальные девушки, за исключением Лейси, уже на ногах. Та сладко тянется в постели, закинув руки за голову.

— Давайте-давайте, — поторапливает нас Элла, собирая на стол миски.

Завтрак неожиданно сытный: густая каша, похожая на овсянку, с сушеными ягодами и кружка травяного чая. Пока мы ели, Лейси и Элла заново обсуждают вчерашний визит драконов.

Лейси даже старается подражать их суровым голосам, но в итоге сама начинает смеяться. Кайли только слегка улыбается, словно ее мало волнуют вчерашние события.

А я, стараясь поддержать общую атмосферу беззаботности, то и дело вздрагиваю от каждого шороха за окном. Вдруг генерал решит навестить нас снова? Что ему вообще нужно от меня?

После завтрака Элла замачивает в большом ушате стирку, пока Лейси и Кайли занимаются посудой.

Лейси показывает мне, как пользоваться колодцем, я вытаскиваю несколько ведер воды в дом взамен истраченной. Солнце едва показалось над горизонтом, везде туман, и холод пронизывает до костей.

— На, возьми, — заметив, что я дрожу, Лейси протягивает мне потрепанный плащ. — У меня еще есть, не стесняйся.

С благодарностью накидываю плащ на плечи.

— Ну, вроде все успели, — Элла окидывает взглядом дом. — Пора на работу.

Девушки тоже облачаются в плащи.

Мы берем под навесом у дома инструменты — что-то вроде больших жестких сачков — и выходим в серый рассвет. Поселение просыпается: фигуры в плащах спешат к тропе, ведущей от поселка куда-то в пустошь.

Закинув сачок на плечо, шагаю, стараясь не отставать, и невольно любуюсь суровой красотой этого места.

Дорога петляет между скалами и каменистыми равнинами, испещренными редкими клочками выжженной солнцем травы. Пейзаж суровый, почти безжизненный, но в то же время в нем чувствуется какая-то дикая, первобытная сила.

Мы идем довольно долго. Когда солнце начинает припекать, тропа выводит нас к Черному ручью.

Это не столько ручей, сколько широкая полоса вязкой, черной жижи, медленно ползущая между камней. Воздух здесь густой и влажный, пахнет сырой землей.

Поселенцы сразу принимаются за работу. Видно, что они привыкли разделять труд и понимать друг друга без слов.

— Начинаем вот отсюда, — командует Элла.

Одни женщины копошатся в иле, наполняя корзины и ведра, которые затем относят к тележкам, выстроившимся вдоль берега. Другие встают возле высоких грядок и вилами разравнивают рассыпанный по ним ил.

Элла показывает мне, как правильно черпать ил: нужно выбирать наиболее плотную, насыщенную жижу, избегая участков с торчащими из нее корнями и водорослями.

Работа грязная и неприятная, ил липнет к рукам и одежде, а запах въедается в волосы. Но девушки работают быстро и слаженно, никто не жалуется. Даже худенькая невысокая Кайли трудится наравне со всеми.

Я тоже стараюсь не отставать, набирая полную корзину и с трудом дотаскивая ее до ближайшей тележки.

Мужчины, чуть поодаль, орудуют лопатами и кирками, расчищая местность от крупных валунов. Камни складывают в невысокие стены, обозначающие границы будущих грядок. Другие таскают тяжелые тележки с илом, высыпая его на подготовленные грядки.

Солнце поднимается довольно быстро, начинает припекать. Мужчины разогреваются от работы, многие скидывают одежду, раздеваясь по пояс. Некоторые с обнаженными по пояс торсами выглядят очень внушительно.

Украдкой посматриваю в их сторону, пытаясь вычислить, где Багси с его подельниками. Но пока не вижу их среди работающих. Вероятно, их поставили где-то дальше по течению ручья, где уже видны всходы на грядках — заниматься поливом.

— Кого высматриваешь? — Элла замечает, что я то и дело оглядываюсь.

— Да так, подонка одного…

Рассказываю о нападении в пути и о том, как я боюсь, что Багси до меня теперь доберется в поселке. Лейси, отложив сачок, тоже подходит послушать.

Элла хмурится, когда я заканчиваю свой рассказ.

— Ну и мерзавец, — цедит она сквозь зубы. — Не волнуйся, мы тебя в обиду не дадим. И Дороти предупредим.

— А я говорила, что тебе замутить с генералом нужно, — Лейси назидательно поднимает палец, перепачканный илом. — Женщину дракона никто не тронет!

— Каждому свое, дорогая, — осаживает ее Элла. — Мы и так всех тут на место поставим, если понадобится.

Ее слова немного успокаивают, но тревога все равно остается. Я продолжаю работать, стараясь не смотреть в сторону мужчин, но все же не могу удержаться от быстрых взглядов.

Вот один из них, широкоплечий и мускулистый, наклоняется, чтобы поднять огромный валун. Его загорелая кожа блестит на солнце, и я замечаю сложный узор татуировок, покрывающих его спину.

Он бросает камень в тележку, а затем оглядывается по сторонам. И взгляд у него такой мрачный и свирепый, что появляется уверенность: вот этот тут точно не по судебной ошибке. Наверняка натворил что-то ужасное.