Хозяйка лавки "Дикие ягодки"

Глава 6

Меня ведут по узким каменным коридорам, и цепи звенят при каждом шаге. Тяжелые, холодные, они натирают запястья до крови. В ПВЗ хоть наручников не было, а здесь я как особо опасная преступница.

Ну все, Лен. Теперь точно конец. Казнь, говорят. А я даже завещания не написала. Хотя кому оставлять-то? Димке с его новой пассией? И главное — что завещать? Кредиты свои?! Хм… В целом я не против.

Стражники молчат, только сапоги стучат по камню. Мы спускаемся все ниже, и становится холоднее. Пахнет сыростью, плесенью и чем-то еще — страхом, что ли. Или просто средневековой канализацией.

Блин, а ведь я думала, что самое страшное в моей жизни — это когда Димка с похмелья микрозаймов на моё имя наоткрывал. Наивная дурочка! Вот что значит настоящие проблемы!

Мы останавливаемся возле железной двери с крошечным окошком. Стражник достает ключ — настоящий средневековый, размером с половник — и с громким скрежетом поворачивает его в замке.

— Заходи, — бурчит он и толкает меня внутрь.

Я влетаю в камеру, спотыкаюсь и едва не еду носом по сырому каменному полу. Цепи звякают, больно дергая руки. Дверь захлопывается за спиной с таким грохотом, что я вздрагиваю.

Я осматриваюсь. Вот это жесть! Камера крохотная — метра три на два, не больше. Каменные стены покрыты зеленоватой плесенью, в углу стоит ведро, назначение которого лучше не уточнять. На полу разбросана солома, но такая старая и вонючая, что лучше бы ее не было вообще.

Они-то не варвары?!? Да в нашем сарае для дачного инвентаря чище было!

В стене есть крошечное окошко под самым потолком, через которое пробивается жалкий луч света. По размеру его хватит разве что кошке, и то худой.

Я опускаюсь на пол, подтягиваю колени к груди и пытаюсь не паниковать. Но получается хреново. Руки трясутся, сердце колотится, как бешеное, а в горле стоит комок.

Ну все. Вот и конец моей бурной жизни. Двадцать шесть лет прожила — ни разу замуж нормально не вышла, детей не родила, бизнес не открыла. А теперь еще и голову отрубят за чужие грехи.

Глаза быстро начинает щипать, слезы текут сами собой, и я их даже не вытираю. Какой смысл? Все равно никто не видит.

А ведь думала, что попала в сказку. Красивое платье, особняк, богатый муж. Думала, наконец-то жизнь повернулась ко мне лицом. А оказалось — задом…

Время тянется мучительно медленно. За окошком постепенно темнеет, значит, уже вечер. А может, и ночь — в этой дыре фиг поймешь.

Вдруг слышу шаги в коридоре. Тяжелые, уверенные. Останавливаются у моей двери. Но ни на что хорошее я уже не надеялась. Чем там в тюрьме кормят?

Наверное, ужин несут. Хлеб с водой. Или баланду какую-нибудь.

Но вместо стражника с едой дверь открывает сам генерал Кайрен.

Я вскакиваю на ноги, и ярость вспыхивает во мне, как пожар.

— Вы! — кричу я и кидаюсь на него, размахивая цепями, как цепом. — Генерал хренов! — ну а что, мне уже терять нечего, хоть выскажу этому напоследок.

Кайрен ловко уворачивается от моих цепей и одной рукой хватает меня за запястья, останавливая атаку.

— Леди Вивиана, остановитесь! — говорит он, но в голосе нет грубости, только усталость.

— Отпусти меня, сволочь! — рыдаю я, пытаясь вырваться, повышая градус своей дерзости. — Ты с этим подонком заодно! Небось деньжищи за меня получишь!

— Прошу вас, выслушайте меня, — Кайрен осторожно отводит меня от двери и отпускает. — Я должен извиниться.

— Что? — я застываю, моргаю, не понимая.

— Я не должен был вести себя с вами так грубо, — он делает шаг назад и склоняет голову в небольшом поклоне. — Это недостойно мужчины — так обращаться с дамой, даже если она подозревается в преступлении.

Я смотрю на него и не понимаю, что происходит. Еще полчаса назад он грозил мне казнью, а теперь извиняется?

— Вы что, издеваетесь? — спрашиваю я осторожно, возвращая себе самообладание.

— Нет, — качает он головой. — Я говорю серьезно. Мое поведение было недопустимым.

— А цепи? — показываю я на кандалы. — Это у вас тут такие извинения?

Кайрен морщится, словно ему неприятно на них смотреть.

— Это была необходимость. Родерик должен был поверить, что я действительно считаю вас виновной.

— Родерик? — переспрашиваю я. — А вы не считаете?

Кайрен подходит к стене и опирается о нее плечом. В свете факела его лицо кажется усталым. Но все еще красивым. Даже обидно!

— Леди Вивиана... или как вас на самом деле зовут?

Мое сердце в панике подскакивает к горлу.